Страница 26 из 95
«Что?», — напрягся Геральт. Ведьмак сам того не понимая, попал в ловушку Филиппы. Чародейка знала, что его это точно заинтересует.
— Ты хочешь спросить у меня, что особенного в княжнах Цинтры? Не так ли? — глаза чародейки сузились. — Ведь ты сам мало что знаешь о них. Гляди, Геральт, как бы невежество тебя не погубило.
— Не понимаю. В чем твоя выгода от принцесс Цинтры? То есть, с твоим королем понятно. Хочет жениться на одной из них, а в чем твоя? — перебил ее Геральт, перестав играть в дурачка.
— Берегись, ведьмак. Копаешь в верном направлении, но понятия не имеешь во что ввязался. Хотя, ладно. Меня это не сильно заботит. Во всяком случае, сейчас. Ты лучше скажи мне вот что: ты сможешь сберечь этих детей? Сможешь укрыть от всего мира? Сможешь гарантировать их безопасность, черт побери?! А если не сможешь, попроси других!
Лютик удивился столь эмоциональному ответу чародейки.
— Дай их мне. Я позабочусь о них. Уверяю, они будут в безопасности подальше от мирских глаз. А когда придет время, они уже сами будут вершить свою судьбу.
Настала тишина.
Не то, что бы Геральт всерьез задумался над ответом, просто он хотел, чтобы так подумала Филиппа. Какое-то время и Лютик также думал, что ведьмак и впрямь колеблется. Однако он вспомнил о роли, которую взяла на себя Йеннифэр. Точно! Геральт уже позаботился о девочках. И сейчас, он ничем не рисковал, зато выбил из рук Филиппы аргументы и получил неожиданный ответ. Ведь Филиппа считала, что знает Йеннифэр, и что, та ни за что бы не стала нянчиться с кем-либо. Что ж, все ошибаются.
Но Геральт все продолжал молчать, имитируя сомнения и раздумья. Впрочем, последний эмоциональный ответ Филиппы действительно добавил щепотку сомнения. Филиппа знала. Знала обо всем. Знала, что он отправил их к Йеннифэр. И своей просьбой Филиппа предупредила Геральта, что он не в силах справится со всем миром, а она сможет с королевской помощью и помощью Капитула. Ведьмак внял предупреждению: чародейка была права в одном — он не сможет. А вот Йен…
Лютик сосредоточился на наблюдении за взглядами и лицами ведьмака и чародейки. За этим невербальным диалогом, полным чувственности и азарта с одной стороны и холодной настороженности с другой. И на один миг ему взбрело голову, а не связывает ли этих двоих что-либо в прошлом. Лютик прекрасно знал, что подобные, доказывающие взаимное влечение словесные и умственные поединки, которые вел порою ведьмак с чародейками, очень часто оканчивались в постели. Стоит вспомнить, что многие чародейки весьма неравнодушно дышат в сторону белого волка.
— Что молчишь, ведьмак? Защищать, — помолчав, проговорила чародейка, — значит принять на себя ответственность за безопасность существа, не способного самостоятельно обеспечить свою безопасность. Если ты поставишь под угрозу… Если с ними приключится несчастье, ответственность падет на тебя, Геральт. Только на тебя. Ни на кого другого. Подумай об этом. Сможешь ли ты взять ответственность за Предназначение? Ведьмак, который всю жизнь заботился только о себе. А я управляю огромным королевством и забочусь о своих людях.
— Я знаю.
— Боюсь, ты все еще мало знаешь.
— Ну так просвети меня. Чего ради столько персон вдруг вознамерились снять с меня груз ответственности, пожелали принять на себя мои «якобы» обязанности? Бог с ними с королями, вот чего хочет от Цири и Айри Совет Чародеев? Они же не волшебники. А Цинтра под Нильфгаардом.
— Цири и Айри, да? — протянула Филиппа, якобы не расслышав последние слова. — Так вот как ты к ним обращаешься… Стоит запомнить.
— Повторюсь, зачем они вам? Нет, зачем они тебе?
— Ох, может, я просто люблю молодых и прекрасных принцесс? — заулыбалась Филиппа.
— Ясно. Свои мотивы оставь при себе. Лучше скажи, чего хочет этот некий Риенс, который в Соддене и Темерии уже прикончил троих, якобы встретившихся со мной? Который чуть было не убил Лютика, пытаясь добыть от него сведения обо мне? Кто он — этот Риенс, Филиппа? Я видел его магию, а значит, он — из ваших. Что, Капитул не знает о замыслах своих же людей? И отправляет нескольких магов за мной?
— Нет. Не из наших, — скрипела зубами чародейка. — Я не знаю, кто такой Риенс. Но, как и ты, очень хотела бы узнать.
— В самом деле? — скрестил руки ведьмак. — А мне кажется, что вы все за одно.
— А вот этого не надо, — предупредила Филиппа. — Этот убийца — не один из нас.
— Что ж, узнаем это только когда поймаем его. И раз ты ничего не знаешь и я тоже. Тогда разойдемся с миром? И каждый продолжит заниматься своими делами.
— Ладно, Геральт. Но помни, что я предлагала. Ты сам пожалеешь об этом. Ты не видишь, как стая ворон кружится над тобой и теми детьми. Пока не все верят в их жизнь. Но с каждым днем сомнения будут улетучиваться, а не наоборот. Да и сами эти девушки вряд ли будут сидеть на одном месте, и тогда кто-то да их заметит или уже заметил. Кстати, сколько им сейчас лет? Почти шестнадцать, вроде бы да? Прекрасная пора взросления юных девиц и превращение в прекрасных девушек. Пора ошибок и первых серьезных шагов на пути к самостоятельности. Понимаешь меня?
— Ты еще здесь?
— Иду, иду. Увидимся позже, Геральт. И рада была познакомиться, Лютик.
Женщина превратилась в сову и вспорхнула в окно.
— Геральт, извини, сплоховал. Но что происходит?
— Лютик, что еще ты сказал Дийкстре?
— Ничего! — оскорбился Лютик. — Клянусь. Я даже хотел, чтобы меня пытали!
— Ладно… Нам уже не нужно скрываться. Нужно поймать Риенса, как можно быстрее. И лучше раньше Филиппы и Дийкстры. Я знаю, что он действует не один. Нужно узнать на кого он работает.
========== Глава 11 Навстречу судьбе ==========
Когда шагнем за вечный мы порог,
Не будет перед нами столь дорог.
Нам на Земле для этого отпущен
Кому короткий, а кому длинный срок.
***
1266 год в Континенте начался с весьма кровавых событий. Север сотрясли два крупных сражения. Эльфские бригады с Дол Блатанна прошлись по граничным к их лесу городам Аэдирна кровавыми нападками; краснолюды Махакама из соседних гор закрылись у себя и перекрыли все торговые пути через ущелье, предав огню города у подножья в землях Темерии. Армии Северных Королевств не могли не ответить на агрессию со стороны нелюдей. Реки крови пролились вновь, по лесам, по горам, ровно как в годы первой войны людей со старшими расами. В последние дни параллель с теми кровавыми событиями прослеживалась уж слишком четко.
Из-за чего каждый видел в этом тревожные знаки и начало чего-то страшного. Дело пока не дошло до крупномасштабной войны, но это был лишь вопрос времени. Простой люд поговаривал, что частенько видели призрачных всадников — глашатаев рока и вестников войны. В местах, где их видели, потом, через день или два, исчезали без следа целые поселения. Но грядущее пугало похлеще, чем Дикая Охота, морозные ветра которой несли с собой только смерть.
В умах простого населения все сильнее вырисовывалась одна ясная картина — в не отдаленном мрачном будущем ничего кроме войны не предвидится. Тяжелая, жестокая война, которая, несомненно, приведет с собой годы голода и страдания. Чего тогда стоит власть королей, которые в первую очередь подумают о себе и о своих богатствах? В отличие от простого человека им есть куда уйти. И что тогда останется делать простому кмету? Уповать на судьбу? На щедрость короля или же взять все в свои руки? Выбор не особо сложный. Авторитет короны, чужая жизнь и богатство ничто перед страхом голодной смерти.
Как подтверждение этим знамениям, со всех сторон все больше и больше раздавались пророчества безумцев и прочих ворожей о конце света. Бредни сумасшедших, которых раньше никто не воспринимал всерьез, считая их жалкими и потешными, теперь же не казались такими уж бреднями. В свете дня древние эльфские пророчества, пользующиеся в народе как красивые небылицы и байки, заиграли новыми красками. А строки знаменитого пророчества эльфской ведуньи Итлины и вовсе стали повсеместным достоянием.