Страница 19 из 29
Изначальная, генетическая причина всему этому, лежит в метафизике нашего расширяющегося пространства. Ведь вся наша «действительность», по одной из версий, имеет своим началом «Инфляционное расширение пространства», которое дало зарождение всей Вселенной, а вместе с тем, и зарождение продуцирующей нашим разумом «действительности» со своим временем и пространством, строящемся целиком и полностью на взаимоотношении объектов, плавающих в «полной пустоте». И причиной всему этому явилось нарушение общего баланса природы, её «абсолютного баланса» олицетворяющего «пустоту», и последующего «флуктуационного расширения» в этой «пустоте», и появления некоего состояния, названного мною «балансом плюс», формирующего все объекты действительности, и саму материю. Этот «баланс плюс», как некая дисгармония по отношению к «полной гармонии архаической природы, явился причиной появления материи, как таковой. (То, о чём я говорил в начале моего изложения). И это расширение продолжается поныне, во все мыслимые и не мыслимые стороны, на всех мыслимых и не мыслимых уровнях и плоскостях бытия. И особняком во всём этом, стоит наша воля, с её разумом, и его «авангардным безумием». Ведь всё это, как внешний мир, так и собственное осмысление его, строит и воспринимает именно он, – наш разум. Строит образы своих внутренних, упорядоченных на определённый лад форм и движений, проецируя, а точнее продуцируя эти образы в окружающее бытие. Где затем, словно пчела, он собирает «нектар внешней действительности», который превращает в лабораториях своего сознания, с помощью собственных ферментов, в «мёд действительной реальности», поглощая жизнь, словно «кисло-сладкий яблочный пирог», с вкраплениями горьких и жгучих «волчьих ягод зла».
Талантливость и Гениальность.
«Великое», это, как правило, лишь то, что выше среднего, лишь по отношению к среднему. – Шпиль башни, возвышающийся над домами. Наша оценка «Великого» всегда относительно среднего, и всегда с высоты нашего положения, с высоты нашего собственного величия».
Прибегая к аллегориям и метафорам, всё широкое море осознанности каждого из нас, можно сравнить с неким «бульоном», основой которого являются с одной стороны, – идеальные перспективы полей умозрения, с другой, – последовательные выложенные пути, – дороги на этих полях. Первые воплощаются в объёмные образы идеального созерцания, вторые – в логические ряды и алгоритмы умозаключения. И в этом «бульоне», смешиваясь и синтезируясь, в сочетании идеальных перспектив, и локальных цепей логического построения, рождаются «мысли – ингредиенты». И концентрация этих «ингредиентов» в «бульоне осознанности» каждого индивидуума, зависит от того, как организованна общая внутренняя система. То есть, как соразмерно и гармонично противостоят друг другу эти идеальные и логические плоскости разумения. Именно это противостояние, и их синтез, создают в отдельной голове, некие «концентрированные сгустки гармоничных сущностей», олицетворяющих алгоритмы сложных душевных агрегатов, воплощающихся как во внешние произведения собственного искусства, так и во внешние конструкции совершенных форм научно-технического прогресса, – в произведения цивилизации. И так же как все Великие произведения искусства писателей, мыслителей, художников, композиторов и поэтов, – всё, что, так или иначе, относится к наследию человеческого рода, обязаны именно этому внутреннему синтезу, происходящему в отдельной личности. Как собственно и все умопомрачительные продукты цивилизации, с их совершенными агрегатными воплощениями, так же исходят из этого Великого синтеза идеального и рационального, протекающего в каждой отдельно взятой творческой голове. Гармоничное сочетание, и последующий синтез идеального и рационально-аналитического мышления, это и есть то, что мы называем талантом. Сверх ценность которого, давным-давно тысячекратно превысила номинал изначального значения той монеты, от которой пришёл этот термин.
Далее, в отношении искусства. У каждого отдельного индивидуума свой неповторимый «бульон». – «Бульон» некоей утончённой сверх организации душевной структуры. У одного он, условно говоря «жидкий», «разбавленный», в нём мало реакций, в нём мало силы. Следовательно, в нём низка концентрация мыслей. «Мысли – сгустки» в таком «бульоне», просты по своим конфигурациям, слабы и инертны. И, соответственно, будучи воплощёнными в произведения искусства, легко проглатываются и легко усваиваются потребителями. Вашему «желудку» нет необходимости особо напрягаться, усваивая такие произведения. И соответственно, продукты таких «бульонов» не приносят удовлетворения душам, требующим для собственного удовлетворения работы, преодоления, «раскусывания орехов». Как не приносят радости и всем «искушенным гурманам».
Но существуют настолько «концентрированные бульоны», что уже собственно, перестают быть «бульонами» в классическом понимании. И воплотившись в произведения, превращаются в такое «блюдо», которое можно лишь «грызть». Понятно, что такие «бульоны», как плохо поддаются проглатыванию, так и сложно усваиваются. И некоторым «желудкам» просто не доступны для усвоения, а часто и противопоказаны. Но в преобладающей своей массе, «бульоны» воплощённые в произведения искусства, имеют консистенцию некоего «супа», доступного для усвоения, при среднем напряжении сил. В мире существует столько «разносолов», сколько существует людей. Познать и попробовать на вкус все, – невозможно для одной личности, в силу ограниченности её во времени. И потому человек стал классифицировать и раскладывать искусство по направлениям, по «мешкам-жанрам». Теперь достаточно развязать и заглянуть в «мешок», чтобы по поверхностным сложениям сделать свой вывод.
Лично я не могу похвастать тем, что попробовал в своей жизни большое множество чужих воплощённых «бульонов». Но меня это нисколько не задевает. Во-первых, мировое наследие произведений искусства так велико, что не приходится и мечтать о знакомстве даже с третью того, что создано человеком. А во-вторых, в этом нет никакого смысла. Ведь какими бы они не казались разнообразными, суть их – всегда одна. Их содержание отличается лишь плотностью и пропорциями, формой и темпом, но ингредиенты, – всегда одни и те же. Их форма и консистенция зависит от «повара», но основа их, это всегда отражение мира действительности, лишь в разных зеркалах. Талантливые художники, писатели, композиторы, поэты и философы – лишь «зеркала с различной кривизной отражения». Они отражают по-разному одну и ту же картинку. И я не изобрету ничего нового и не скажу ничего, что уже не говорил однажды, если выражусь так: Идеально ровных «зеркал», – не бывает. А всё разнообразие, где бы оно не имело места, это лишь вопрос «амплитудной динамики» и «параболической кривизны зеркал продуцирующего носителя», и не более того.
Я знаю точно, что в моём «бульоне» плавает много полезных «ингредиентов». Не берусь оценивать его плотность и соответствующую этой плотности концентрацию мыслей, хотя, конечно же, подозреваю, что в силу сложности некоторых вопросов и подчас невероятной глубины, мой «бульон» плохо проглатывается, и ещё хуже усваивается. Но ничего с этим поделать не могу. Я варю свой «бульон» как могу, и откровенно говоря, почти никогда не задумываюсь о его общей потенциальной «усваиваемости».
Помимо концентрации мыслей, в каждом «бульоне» должна присутствовать некая «заправка», – художественный наполнитель, который после воплощения во внешние произведения расширяет возможности к его восприятию, с точки зрения вкуса, как такового. Ведь этот наполнитель даёт толчок нашей фантазии к образному мыслительному схватыванию. Без этого наполнителя «бульон», воплощённый в произведение искусства, как бы он не был концентрирован, становится пресным и очень быстро надоедает. Ведь он не возбуждает «образного», не затрагивает «идеального мышления», оставляя его в стороне, незадействованным и не открытым. Только художественный наполнитель способен открыть всю гамму «вкусовых ощущений» для твоего разума. Ведь только он включает «ганглии фантазии», – этот генератор нашего интереса, который провоцирует к продуктивности всё широчайшее поле нашего идеального воззрения.