Страница 24 из 147
Решившись, Фарт попытался сделать стремительный рывок к тропинке, но сил хватило лишь на то, чтобы еле-еле перебирать ногами, не заваливаясь при этом. Наплевав на осторожность, не в его состоянии красться, он побрел по тропе, чувствуя, что с каждым шагом становится хуже. «Хоть тушкой, хоть чучелом, но сваливать отсюда нужно» - бормотал Фарт сквозь зубы слова из старого анекдота и упорно брел дальше. А метров через восемьсот он встретил Геббельса и Малыша.
Сначала он их почувствовал, метров за сто уловил знакомый запах. Запах Улья. Запах разлагающегося мяса. Вряд ли бы Фарт узнал Малыша в той куче окровавленного тряпья, но вот огромный рейдовый рюкзак опознал сразу. Сломанные ветки подсказали в какой стороне искать Геббельса. Вернувшись на тропу Фарт постоял пару секунд в раздумьях и повернул назад.
Побег терял смысл. Сейчас, наоборот, необходимо отлежаться, подождать пока организм придет в порядок, а там уже думать.
Он вернулся назад к подземелью. Из последних сил выволок ведро, воняющее как общественный туалет, из-под кушетки на улицу. Сил донести до туалета уже не было. Зацепив по дороге пустое ведро вернулся назад, спустился и закрыл люк на защелку. Выбрал из коробки стационарный фонарь с функцией «ночника», прихватил пару бутылок воды и отправился в свою клетку. Где и провалился в полусон-полубред.
Сколько он находился в этом состоянии Фарт не знал. Никаких таблеток в логове Геббельса не было. Да и бесполезно было их глотать – организм активно чистился. Мысль о живце вызывала только острый приступ тошноты. Единственное лекарство что ему осталось – обычная вода. В этом полубредовом состоянии к нему заглянул покойный Геббельс и они о чем-то спорили. Прибегали также племяшки с сестрой и знакомые с Земли. Знакомая незнакомка просила возвращаться.
Когда Фарт решил, что уже окончательно рехнулся и назад дороги нет, его, наконец, начало отпускать. Постепенно исчезла тошнота, во всяком случае, стала не такой навязчивой, когда глоток воды сразу же выходит наружу. Головная боль перестала терзать череп изнутри и поселилась в глубине, изредка показывая свои зубы. И появилось чувство голода. После перекуса пищей из тубуса, сильно потянуло в сон. Фарт утащил ведро с рвотными массами подальше от клетки и провалился, на этот раз, в обычный, оздоравливающий сон без сновидений.
Проснулся почти здоровым. И голодным. Отвратительный запах помойки в убежище не способствовал удовлетворению чувства голода. Открыв люк и убедившись, что гостей на поляне нет, он вытащил ведро из убежища. Снаружи была ночь. Опорожнил оба ведра в туалет и вернулся. С опозданием догнала мысль что он тут, вообще-то, один. Его никто не прикрывает. А он рассекает как по Бродвею. Запоздало испугался и юркнул под землю.
Насколько Фарт помнил, где-то здесь должен стоять генератор. Рассеянный свет фонаря начал уже раздражать и он отправился на поиски. Первая зашторенная ниша вела в комнату, скорее всего, Малыша, судя по размерам одежды. Во второй проживал Геббельс. «Даже зеркало себе повесил, комфорт любил, бля» - хмыкнул Фарт и споткнулся, зацепившись взглядом за отражение. «Это что такое? Где мои почти сто кагэ веса?!» - мысленно возопил он.
Из зеркала на Фарта смотрел узник концлагеря в крайней стадии истощения. Глубоко запавшие глаза и щеки. Острые скулы. Под глазами синяки, как будто получил в нос дня два назад. Тощая, «цыплячья» шея. Фарт стянул футболку. Выступающие ребра и ключицы. Через живот, казалось, можно рассмотреть позвоночник. Он обратил внимание на свои руки. Было полное впечатление что между костью и кожей ничего нет.
«Что за ерунда? На кушетку я ложился нормальный.» - подумал Фарт. Он прислушался к себе. Да, есть хотелось. И с каждой минутой все сильнее. Но он никак не ощущал себя немощным. Когда очнулся на кушетке – было стократ хуже.
- Листья дубовые падают с ясеня, вот нихуя себе, сказал я себе. – пробормотал Фарт и помотал головой – Так. Сначала генератор. Потом уборка. Затем душ, при этом попытаться не дать сожрать себя, а потом уже самому пожрать и разбираться со всем этим.
Нарезав, таким образом, себе задачи, он целенаправленно двинулся на поиски генератора. Попутно обнаружил «вкусную» комнату, забитую продолговатыми зелеными «армейскими» ящиками, с белой и желтой маркировкой. Но даже не стал заходить туда зная, что может там потеряться навсегда. Также буквально «за шиворот» вытащил еще из одной комнаты, забитой разными камуфляжными тряпками. За очередной занавеской, вместо помещения, обнаружился тоннель. Пройдя по нему Фарт увидел отходящий влево проем. Посветив туда фонарем, разглядел обвал земли. «Странно…» - подумал Фарт – «Когда тестировали первый дар, никаких завалов я тут не помню. Может и ошибся.». В конце тоннеля была генераторная.
Хоть Фарт никогда и не имел дел с генераторами, инструкция «для дураков», нарисованная на боку, позволила ему со второго раза запустить его. Появилось нормальное освещение.
Следуя плану, Фарт освободил центр большой комнаты от кушетки и капельниц. Поднял штатив с видеокамерой, которую он свалил в темноте. И, используя футболки из «барахолки» в качестве тряпок, тщательно замыл место, на котором стояла кушетка, избавляя помещение от источника неприятных запахов.
С интересом постоял перед листом формата А1, пришпиленной к доске и оказавшейся картой. Пусть она была нарисована от руки, но сделано это было с большой любовью. Разлинованная на квадраты, с буквенно-цифровым обозначением. В каждом квадрате присутствовали надписи. По всей карте имелись схематичные рисунки ориентиров, иногда с пояснениями. Масштабной линейки, к сожалению, не было.
Неожиданно тревожно расквакалась жаба, которой вторил хомяк. Перед глазами встал рюкзак Малыша. И то, как неизвестные люди его утаскивают прочь. А ведь там наверняка что-то ценное!
Дышать ароматом гниющего мяса совсем не хотелось. Тем более Фарт знал реакцию своего организма на такие запахи. Мотать на морду повязку с уксусом – тоже. Немного подумав и щелкнув в воздухе пальцами, он направился в комнату с военной экипировкой. После непродолжительных поисков, в отдельном ящике, он нашел что искал – противогаз. Правда был он совсем не таким, каким Фарт их помнил. Никаких «папа, пускай слоники еще побегают». Этот больше походил на маску для глубоководного погружения. Однако инструкция, найденная в том же ящике, утверждала что это противогаз. Быстро разобравшись, с помощью инструкции, как, куда, чего надевать и чем дышать, он выбрался наверх. Люк при этом оставил нараспашку, для проветривания. Да и для стремительного отступления, в случае чего.
Осторожно добрался до останков. Долго крутил головой, прислушиваясь и приглядываясь, но похоже, останки плоти привлекали только местных насекомых. Чудной противогаз надежно отсек неприятный запах и Фарт волоком утащил рюкзак, сил поднять не хватило, к себе, теперь уже к себе, под землю. Также поступил и с рюкзаком Геббельса. Правда при этом пришлось побродить и поискать его. Когда Геббельса рвали, рюкзак улетел в сторону. В процессах поиска рюкзака наткнулся на оторванную голову Геббельса. В своей всплыл их диалог: «И как только Институт за твою голову награду не назначил. - Почему не назначил? Назначил. На тот момент было две красных жемчужины. Теперь – пять.». «А почему бы, собственно говоря, и нет?» - подумал Фарт и решительно отправился по комнатам в поисках подходящего контейнера.
Оный нашелся на кухне. Большая жестяная банка из-под консервированных овощей прекрасно подошла для этих целей. Овощи долой, тару сполоснуть и оставить сушиться. Фарт задумался о том, что можно использовать в качестве консерванта. В древности, для транспортировки усопшего боярина, на Руси, да и не только, использовали мед. Или воском заливали. Иногда увлечение историей бывает полезно. Мед был, но не в таком количестве. Решив не заморачивать себе мозги, Фарт вытянул мешок соли. Он не был совсем уверен, что соль не «съест» мягкие части, но это пускай уже институтские с идентификацией заморачиваются.