Страница 59 из 119
Данный приём был взят от самих биосов – когда-то и сам Великий, «мать» его, Тактик уже страдал так от мёртвого кимпа, но в том-то и дело, что тот был мертвым. Ботомед предлагал же создать киберпланта с нуля, и живым. Другими словами, Ботомед предлагал сотворить мне жизнь. И это имело свои преимущества – биосы навряд ли (94,54%) распознают подвох. Живых киберплантов никто в недрах Триеры не создавал. Кроме самой Триеры.
Если тупые белки в армисах биочасть киберпланта бросят в биоразлагатель, то Ботомед гарантировал заражение особым вирусом всей их инфраструктуры, основанной на органике. По факту это будет смертельным ударом по их экономике.
А если они ещё и псевдозеты не распознают, и воткнут их в любое своё оборудование, то киберврач обещал (но не гарантировал) даже контроль за частью базы врага. Ну, если не контроль, то серьёзную диверсию он гарантировал точно.
Вся мулька строилась на том, что никто и никогда не создавал пограничную жизнь специально. Можно было создать ипкиса, который почти живой, можно было создать робота, который всегда мертвый. Можно даже киборга создать, который суть есть робот, обтянутый мясом. Но киберпланта создать никому до сих пор не удавалось. Да и незачем было. Никто не видел в них никакой пользы, кроме как пушечного мяса да источника зет. Но для этих целей их можно было просто поймать и приручить. Делать-то их зачем? Тем более, что никто не знал, как.
А Ботомед узнал. Параллельным результатом его исследований на тему автореконструкции явилось то, что теперь он мог создавать ту самую ткань, которая делает киберпланта киберплантом – промежуточный мост в его «церебро». Это и не биология и не металл и не кристалл с белковым деревом. Это всё вместе и сразу. Рецепта по его изготовлению не было ни у кого. Тем более, что данный мост прекращал своё существование и терял свои свойства, едва его отделяли от основного тела или если основное тело скоропостижно заканчивало свой жизненный путь.
- Мост – это Триера. Это сама Триера и есть. Её самый, что ни на есть, базовый уровень. Вот этот неуловимый биоматериальный переход от мяса к металлу и есть суть сама планета, в которой мы возимся. Её материя очень сложная. На уровне атомов присутствуют такие структуры, о существовании которых я даже не подозревал раньше – спасибо Петоводу, тот помог с этим очень. Сложно постичь целую планету. Потому и было невозможно воссоздать ее структуру. Я, конечно, не уверен на все 100%, но с большой долей вероятности могу предполагать, что её ядро сделано именно из такого вещества. Костные структуры прослеживаются в гистологических срезах даже растений. Триера – во всем. Просто во всем.
- Не, ну планета, конечно, уникальна, и всяких чудес в ней хватает... взять, хотя бы меня. Но – кость? Упаковывать целую планету в какую-то окаменелую какашку? Не слишком ли ты...?
- Не слишком. Есть, конечно, но пока ещё не слишком. И ты был невнимателен: я сказал, что только ядро планеты и только из этого вещества. То есть, если переводить с технического языка на глупый, то из данного вещества можно слепить как твою любимую какашку, так и целую планету. Мне всё еще катастрофически не хватает интеллекта, но и уже имеющимися шестерёнками я могу сообразить, что тот, кто творил данную планету, был, по меньшей мере, дважды гением в ближайшем секторе галактики. А чтобы ты особо сейчас не развивал свою директорию «Сарказм» до убийственных для меня размеров, скажу, что некоторые структуры из данного вещества присутствуют и в наших механизмах. Догадаешься, где?
- В «Либертасах»...
- И «Церебро», разумеется, тоже. И даже в некоторых высших процессорах они тоже есть. Собственно, как я понял, только благодаря им-то и стало возможно реплицироваться после каждого уничтожения с почти полным комплектом «сознания» и значительным объемам памяти в наших механизмах. В легионерах и инженерах, как ты понял, таких структур особо много не наблюдается, поэтому они и не реплицируются, как мы.
- И теперь ты заявляешь, что можешь создать целую планету из... куска какашки? Не слишком ли ты замахнулся на «дважды гения»? Даже я так замахиваться не умею ещё. Талантлив, конечно, не по годам, но всё же скромен я. Скромен и адекватен. А ты?
- А я и не замахиваюсь. Я ведь и не буду создавать планету. Я только хочу её скопировать. И думаю, что у меня получится. Вот только для этого, боюсь, мне понадобится часть твоей души.
- В каком это смысле? Я не обладаю таким устройством.
- Именно душой – нет. Но у тебя есть другое устройство, которое недоступно нам, младшим машинам. Я говорю о твоем имитаторе эмоций. Наши «эмоции» имитируются путём перебора множества вариантов. Твой же агрегат действует, как я понял, по совершенно иному – непонятному для меня – принципу. Имитатор эмоций, который установлен в твой механизм, занимается всем, чем угодно, но уж точно не примитивным перебором доступных решений. Такое подозрение, что он, как бы, управляется извне.
Я понимал, о чем говорил Ботомед. Такая бесполезная для робота деталь, как имитатор эмоций, представляла из себя неотъемлемый сектор в структуре «Либертаса», который... жил своей жизнью. Имитатор был мне совершенно неподвластен. И одновременно с этим, я в любой момент мог его попросту отключить. Вот и весь мой контроль над ним – включить либо выключить. И несколько раз я пользовался данными мне правами в этом вопросе, вырубая надоедливую часть себя при обсчитывании неподъемных задач. Но никогда я не отключал его навечно.
Где-то на фоновом уровне я чувствовал, что именно этот бессмысленный и отчасти вредный девайс, на самом деле, оказывает мне кардинальную помощь, окрашивая те или иные решения в эмоциональные краски, по типу «нравится-не нравится». И зачастую те самые решения, которые, вопреки всей логике, рациональности и «степени вероятности», мне «нравились» больше, приводили к тому, что я имел успех и уважение. Однако, каким образом во мне проявляются те самые эмоции, я, к своему стыду, не имел ни малейшего понятия. Все чувства, как выразился мой технолекарь, приходили откуда-то извне, и, не управляя мной напрямую, имели косвенное влияние на моё поведение.