Страница 102 из 119
Ни вспышек от выстрелов, ни дымов пожаров, ни хоть какого-то движения не наблюдалось в темном блюдце котлована, где была расположена база-сателлит верфи. Сама верфь тоже молчала. Ни единого огонька не светилось в её доках, и ни один сборщик не двигался в редких просветах между стапелями. Единственное, что мерцало, так это щиты.
Расположенные отдельно генераторы защитных полей по-прежнему выдавали максимум энергии, и обеспечивали все мембраны на сто процентов. Вот только, как видели глаза Адмирала, не помогла та сотня в деле обороны.
На жидком песке импровизированного пляжа, что располагался пред стенами базы, валялись около десятка покорёженных «пирамидок». Судя по повреждениям, их сбили зенитные батареи вспомогательного пояса, призванного бороться с залётными истребителями, которые были вынуждены, порой, опускаться почти к самой поверхности. Орудия этих батарей стреляли преимущественно фугасными и шрапнельными снарядами, которые были очень эффективны против легкобронированных целей, но которые совершенно не плясали против закованных в прочнейшую сталь абордажников.
Никто и никогда не брал на абордаж целую верфь, которая базируется на почве. Никому даже в голову такое не приходило за всё время службы, да что там, службы – жизни! за всю свою жизнь Альбер ни разу не слышал о том, чтобы наземную крепость штурмовали, как космический корабль. По всем учебникам тактики предписывалось скидывать десант в прочных капсулах прямо на головы осаждённых. Против этого у Арбона стояло двенадцать реактивных батарей и сто шестьдесят темполазерных счетверённых «шилок» и турбоплазменных парных болтеров, которые и крейсер-то прошивали почти насквозь, лишись тот на мгновение щитов. Уж этих «наконечников» вся эта мощь испарила бы в километре от ближайшего щита.
Но эти наконечники не сыпались сверху. Арбон глядел на присланные верфью логи и понимал, что свой Монфор он потерял. Они летели со скоростью 500-520 километров в час и на двух-трёх метрах от почвы. Большинство оборонительных орудий Монфора попросту не могли опустить свои стволы на столь низкий уровень. Тех агрессоров, что сейчас вяло дымились на песке, каким-то чудом удалось либо подловить на неудачном манёвре, либо сбить вовремя взорвавшимся снарядом в полуметре от брони. Но и это не возымело хоть какого-то успеха: все сбитые «гробы» были раскрыты, и от них тянулись редкие вереницы следов шагающей компьютерной техники. Все эти вереницы утыкались в низкий прочный забор, опоясывающего сборище высокотехнологичных сооружений.
Остальные катера без труда пробили первую, самую надёжную пелену репульсорного щита и без всякого смущения затормозились о пелену вторую, не столь надёжную. А, спустя минуту, из абордажников полезли роботы.
Как именно пробили первый щит машины, Альберу было уже известно. Тот же принцип использовался в протонных торпедах земного флота: внутри снаряда, перед самым пробитием любого щита, срабатывало устройство, под названием «Дисраптор», и на короткий миг прекращало всякое течение любого рода энергий в радиусе срабатывания. После этого торпеда превращалась в обыкновенный баллистический снаряд с механическим детонатором и субъядерной начинкой, которые активировались от физического контакта с целью. Принцип работы дисрапторов основывался на использовании электромагнитного импульса, который выжигал вообще всю электронику в радиусе действия, однако отличался он тем, что вокруг снаряда создавалось ограниченное поле высокой плотности, останавливающей даже потоки в защитных полях и тем самым, проделывая дыру в больших щитах.
И именно этот дисраптор и был использован против его щитов – за это Арбон отдал бы обе руки и одно ухо на отсечение без права регенерации. Но одного Адмирал понять не мог: каким образом роботы, сплошь состоящие из электроники, пережили убермощный ЭМИ-разряд, находясь внутри железных капсул?
Его бортовой прайм-инженер Саймонкэт уже накидал ему с пяток возможных схем, которые мог использовать тостер при изготовлении «гробов», но все они выглядели не очень убедительно. Впрочем, это признавал и сам техник: даже если бы роботы находились в «гробах» в выключенном состоянии, их бы всё равно пожгло... Тем не менее, хоть на какое-то рационально объяснение это тянуло, и люди приняли его, как основное, хотя и с большими условностями.
- Гораздо грустнее тот факт, Адмирал, что мы, скорее всего, должны будем сейчас отбивать свою же верфь обратно. По всем признакам она уже захвачена врагом.
- Коды отключения щитов прошли?
- И это вторая причина, из-за которой я сильно грущу, мой Адмирал. Все контрольные сети отключены, резервные линии, вероятнее всего, уничтожены, а респондеры просто молчат. Исходя из всех полученных данных, нам придётся разбивать генераторы, мой Адмирал.
Эта новость очень не понравилась Арбону. Не столько щиты, сколько их генераторы являлись жемчужиной его верфи. На эту жемчужину он и потратил полгода времени и полтора миллиарда ресурсов, чтобы только она засияла. Ошибочно было бы думать, что вынесение столь важного элемента обороны за пределы самих щитов являлось грубым просчётом и следствием недальновидности военного начальства. Наоборот, блок генераторов был едва ли не самой защищённой частью Монфора, если не больше. Располагаясь на глубине в сто семьдесят метров, он был защищён не только гранитным панцирем планеты. Его маскирующие поля давали неверные координаты собственного расположения, а внутренние защитные поля позволяли генераторам выдержать полный залп линкора супериор-класса.
Но главный секрет блока генераторов силового поля не знали даже старшие офицеры базы.