Страница 45 из 92
Оливер проснулся от яркой вспышки. Она возникла всего на мгновение и тут же погасла. Тяжелые капли барабанили по подоконнику и стекали по запотевшей глади стекла. Оливер второй день подряд засыпал на работе. Твердый диван был не самым приятным для спины, но ноги казались кирпичами. Они не позволили покинуть кофейню. Оливер сел и потер переносицу. Белая футболка прилипла к телу, напоминая о тревожном сне. Он стянул ее с себя и кинул за спину. Выручка за сегодня перевесила все ожидания, но настроение это не прибавило. Даже наоборот. Оливер вспомнил, как такие дни праздновал с подругой. Именно в кофейне Фрида искала подработку, чтобы поступить в институт. Вернее, чтобы заплатить за обучение. Но это для него было одно и то же. Он даже не задумывался, откуда будет брать деньги на первое полугодие и был удивлен, когда услышал причину от худенькой девушки, которая казалась слишком хиленькой для работы.
Миссис Майлкрофт поставила ей тогда уговор. Половину необходимой суммы заплатит она, но не больше. Этого Фрида не сказала. Оливер узнал сам. Подруга мало говорила о семье, но при этом нельзя было не увидеть на ее лице улыбку. Она всегда светилась, даже в такие хмурые дни. Рисование стало для нее спонтанным выбором. Это случилось после того, как Фрида съездила с дедушкой в Расл Томб. Молния вновь осветила ночь. Оливер и не дрогнул. Он вспомнил, как Фриду стал мучить кашель после развода в семье. Поездка должна была отвлечь ее от дурных мыслей. Тогда нервы были у подруги не к черту. Фрида провела там все лето. Поездка в Расл Томб принесла хорошие плоды. Фрида быстро набралась опыта и стала рисовать не хуже известных местных художников. Трагическое происшествие десять лет назад послужило толчком к прекрасному. Оливер даже приобрел парочку картин для кофейни, но Фрида не взяла ни копейки, сказав, что это подарок. Она никогда не рассказывала о своем путешествии. Оливер и не спрашивал. Он знал подругу с детства, но никогда не лез к ней в душу.
«А стоило»
Мысль была пугающей, но возможно это помогло бы Фриду удержать. Разговор по душам мог бы многое объяснить. Поджег мастерской было неудачной попыткой добиться ее расположения. Миссис Майлкрофт бывает очень милой и может пустить в глаза пыль, когда ей что-то действительно нужно. Фрида не бросила институт просто так. Она решила вложить заработанные деньги в галерею, а не в диплом, который посчитала никому не нужным.
Прошло время, но Фрида так и не вспомнила о том, что произошло в Расл Томбе. Оливер вновь промолчал. Его просили не поднимать тему о том, что дедушка Фриды не вернулся вместе с ней из поездки, хотя должен был привезти внучку в конце лета. Извещение о смерти пришло позже. Для Фриды тот день стал настоящим ударом. Оливер никогда не спрашивал о случившемся, но точно не хотел, чтобы подруга туда возвращалась.
Оливер пригладил рукой взлохмаченные от беспокойного сна волосы. Взгляд зацепился за серую толстовку, которую он бросил утром на стул в углу комнаты. Сейчас она была сложена и лежала на полке с книгами. Оливер не помнил, чтобы позавчера их собирал. Скорее всего Ника заботливо вернула книги на место, пока он был занят в главном зале. Тоже случилось и с кофтой.
«Больше не кому этим заниматься»
Оливер встал и подошел ближе к полке. Озябшие плечи почувствовали движение воздуха в комнате. Капельки пота успели высохнуть, и Оливер ощутил прохладу. Он накинул на себя толстовку и вышел в общий зал. Просторное помещение казалось особенно пустынным в три часа ночи. Стулья были перевернуты. Их ножки торчали вверх будто руки посетителей. Оливер улыбнулся, представляя, что это действительно так. Он обошел владения, чувствуя себя львом настоящего прайда. Кофейня была его гордостью, хоть сердце и разрывалось от тоски. Взгляд скользнул по стене, где красовались две картины. На одной из них был нарисован домик. Его стены из кирпичной кладки скрывала густая лоза плетущегося винограда. Обильные грозди поражали своими размерами и бликами на солнце. Картина казалась не менее настоящей, чем ее соседка. На ней не было столько солнца, но яркость придавал хрустящий снег. Оливер даже представить не мог, что его можно изобразить настолько натурально. Центром картины стала покосившаяся хижина, из трубы которой поднимался в хмурое небо черный дым. Два пейзажа казались совершенно разными, но их что-то объединяло. Холодная зима и яркая осень были его любимые времена года. Оливер поэтому не устоял, чтобы не взять картины у Фриды, но так и понял в чем их связь.
Яркий свет пробежал по стенам и ослепил глаза. На этот раз вспышка молнии не была причиной. Оливер убрал от лица руку, когда фары погасли. Машина припарковалась возле самого входа. Из нее вылезла тень, которая быстро скралась под зонтом. Стена дождя нисколько не испугала ночного посетителя. Оливер схватился за ножку стула, жалея, что не обзавелся пистолетом. Тень приблизилась ближе, и дверь из стекла позволила хорошо рассмотреть Алекса Джонсона ― лучшего сыщика во всем Мегаполисе. Он бережно прижимал к груди черный портфель и, держа плечом ручку зонта, пытался заглянуть внутрь кофейни. Его глаза щурились, бегая по углам. Он приставил ладонь ко лбу, отчего шляпа-котелок съехала на бок.
Оливер с облегчением поставил стул на пол и торопливо пошел к двери. Замок щелкнул. Дождевые капли наполнили тяжестью воздух в кофейне. Порыв ветра подхватил их вместе с мужчиной, который поспешно вошел внутрь. Оливер закрыл за ним дверь и в помещение вновь воцарилась тишина. Приглушенные звуки дождя и мокрое пятно на полу под Алексом были ярким напоминанием о ливне, который не успокаивался снаружи. Оливер включил свет, после очередной вспышки молнии.