Страница 113 из 152
Ситуёвина понятна, но мы подначиваем главнюка – типа, с чего он взял, что всё будет именно так? А что, если им там повезёт, и никто туда до них не доберётся? Тот чуть к потолку не подпрыгнул – да как же им там может повезти?! Архипелаг известен давно, и торгуют с ним многие. Но что здесь есть такого, чего не было бы и на материке? Жемчуг изредка попадается, но его мало, морской орех может волнами к берегу прибить, но это и вовсе целое событие. Вот у него только один, у вождя всего их атолла – тоже только один, а у каждого третьего из вождей на их атолле нет и вовсе ни одного. Вот и выходит так, что самое ценное на их островах – это люди. А добром своих соплеменников кто же продаст? Торговля невелика и малодоходна, и тем сильнее соблазн отобрать силой всё, да и самих островитян заодно пленить. И кто же не знает, что плавают вместе с торгашами и шпионы людоловов? Разведывают острова, разведывают селения на них, разведывают подходы с моря побезопаснее, дабы внезапно можно было налететь и врасплох население застать. На соседний атолл в позапрошлом году набег был, но там отбились, а в прошлом году напали на один из атоллов севернее и увели всех людей с одного островка. Человек полсотни или даже немного больше. На них самих лет пять назад напасть пытались, не на его остров, а через один от него, так тоже увели бы людей, если бы соседи не выручили. Разве удалось бы это, не будь общество дружным и сплочённым? Понимать же надо. А им тут – свободу и справедливость какие-то ещё подавай!
Спрашиваем его, чем конкретно-то люди недовольны. Ведь от добра-то обычно добра не ищут, верно? Должна же быть достаточно веская причина, чтобы оторвать зад от насиженного места и податься куда-то в необжитые места подальше от соплеменников? И снова вождь островка едва к потолку не взвился. Конечно, причины есть. Малым числом людей разве отобьёшься от проклятых разбойников? А значит, жить надо кучно, большим селением, а в нём тесно, и жить надо дружно, а это же считаться как-то друг с другом надо и всем вместе подчиняться кому-то одному, чтобы друг на друга обид не было. Он сам не подарок – и прижимист, и властолюбив, и наорать может, когда не в настроении, и не со всеми одинаков, а любимчиков имеет, но кто из вождей лучше? Сосед вон, вождь всего их атолла – тот и вовсе помыкает подвластными ему людьми почём зря. А старейшины, что ли, все и со всеми справедливы? Да и разве можно угодить всем? А нужны сплочённость и соподчинение. И нужно железо, которое можно только купить у торговцев, а они берут за него дорого. И собрать надо со всех достаточно ценного для торговли, и кто-то же добыл больше, кто-то меньше, а кто-то и вовсе ничего, и как тут справедливо со всеми обойтись? И женщину торговцу разве не нужно на ночь дать, да посмазливее, чтобы помягче он был при торге, да поуступчивее? И кому же понравится, когда выбор падает всякий раз на его невесту, жену или дочь? Но ведь это же ради общества, понимать же надо! Торговцу ведь разве скажешь, что на этот раз ублажать его очередь вон той морщинистой старухи?
А железо – да, в первую очередь дружину надо вооружать из самых преданных обществу и послушных. А как же иначе? Что это за дружина без дисциплины? И разве не нужно выделить и возвысить тех, кто первыми встанут на защиту острова? Да, не всем это нравится. А что он, не вооружил бы всех, если бы мог? Но где взять железа на всех? А без дружины – это же им подчиняться другому вождю придётся, у которого сильная дружина, чтобы защищал. Но ведь он же чужой, и тогда будет и ещё меньше той самой свободы, и ещё меньше той самой справедливости. Понимать же надо такие вещи! Да, если всем им расселиться по островкам южных атоллов, то и просторнее там будет всем, и угодий там на каждого будет больше, и уживаться друг с другом будет легче. Что он, не понимает? И здесь было точно так же при их прадедах, которые переселились сюда с северных атоллов именно ради простора, свободы и справедливости. А теперь вот стало так, как было там, и теперь уже отсюда плывут недовольные дальше на юг ради прежнего простора, свободы и справедливости. А как кончатся необитаемые острова, куда дальше поплывут? А им здесь железо нужно позарез, и если бронзовым людям нужны рабы, он соберёт дружину и на юг за ними сплавает. Не хотели смутьяны служить обществу по доброй воле, так неволей ему своей послужат. Да, это нехорошо, он понимает, но своё общество ему ближе и роднее.
Переглядываемся мы меж собой, качаем головами – понятна нам теперь ранняя история этих Мальдив. Без конкретики, конечно, без определённых дат, без имён и деяний первопроходцев и других выдающихся персонажей, но суть в общих чертах понятна.
– Северные атоллы ближе к материку? – спросил Володя.
– Ближе всего Аминдивские острова, – ответил Серёга, – Они самые северные из всех, напротив Кералы. Скорее всего, с них и началось заселение. Лаккадивские дальше и южнее. Скорее всего, заселялись с Аминдивских, когда на них стало тесно. А Мальдивы к югу от них и дальше всех от Индостана, так что с Лаккадивских наверняка заселялись.
– И выходит, значит, что сперва на Аминдивах поселились дравиды из Кералы, не среднестатистические, а самые вольнолюбивые правдорубы, – констатировал я, – Жили так, как считали правильным сами, пока это получалось, но когда размножились, и стало тесновато, а с материка начали прижимать, пришлось организовываться для отпора самим во что-то государствоподобное, и тут, как водится, наверх всеми правдами и неправдами вылезли самые обезьянистые из тех, которых не поубивали раньше. А где не вылезли, там организовываться было труднее, и власть захватили бандюки с материка. Как ещё только индуизм свой кастовый до кучи не насадили?
Развернули карту, сформулировали вопросы на турдетанском и пояснили затем Чендану то, чего он не понял, он перевёл вождю на дравидский, мы ему на карте северный архипелаг показали, который Аминдивский, тот пригляделся, въехал и согласно закивал – да, примерно так там всё и было. Более того, он сам – прямой потомок одного из главарей захватчиков. Его тогдашнему предку, младшему сыну одного из мелких раджей Кералы, не светило наследовать княжество, но дружину и суда отец ему выделил, и предок сумел завоевать один из тех островов, жители которого не выдвинули своего единого вождя и не договорились меж собой беспрекословно ему подчиняться. Сами виноваты, ведь вполне могли бы иначе и отбиться, как отбился соседний с ними остров от такого же захватчика.
И да, его предок пробовал ввести на своём островном княжестве и индуизм, и варны. Островитянам это не понравилось, и они его изгнали. Его предок снова попросил помощи у отца, с ней захватил тот же остров снова, и те островитяне, кто не ждал от него ничего хорошего, бежали от него на острова поюжнее. Предок сделал выводы и правил мягче, чем в первый раз. Возможно, и удержался бы, если бы не вздумал опять внедрять индуизм. Опять изгнали, а на отцовском троне уже старший брат сидит, и у него у самого проблемы, так что и помощь он мог оказать только очень небольшую. Её и не хватило на возврат власти, поскольку островитяне на этот раз выдвинули таки единого вождя. Был полный разгром, и брат ничем уже помочь не мог, убежище только предоставил, но тут на острове случилась смута, вождя изгнали, нового не выдвинули и перегрызлись меж собой. Но сил, чтобы воспользоваться этим, у предка уже не было. И тут вдруг сами островитяне предложили ему вернуться и принять власть вождя, если он клянётся править по местным обычаям и не будет внедрять индуизма с варнами. Предок поклялся и не взял с собой на остров ни одного брахмана, и его потомкам не пришлось об этом жалеть.
А потом – да, росло население, усиливалось давление с материка, приходилось устанавливать порядки пожёстче, хоть и без индуизма, и недовольные отплывали на юг. И так уж выходило, что в очередной волне таких свободолюбцев оказывался и очередной из его предков. Теперь вот уже и середину Мальдив обжили, юг архипелага первопроходцы из числа очередных любителей свободы и справедливости заселять начали, но ещё дальше на юг островов больше нет. Скорее всего, там будет и кто-нибудь из его потомков, из всех самый справедливый и свободолюбивый, как это и повелось у него в роду издавна, но вот дальше-то что? Кончатся свободные острова, вырастет население и на юге, и придётся всё равно приспосабливаться к тесноте и вынужденной несправедливости. А куда денешься?