Страница 93 из 137
– Да с чего вы взяли что я стану или даже захочу вам мешать!? Что за безумие? Будь вы любовницей Эвила, я бы поняла вас, но вы его мать! Так что мы делим?
– Ничего. Любовь к такой, как ты, сделает его слабее и уязвимее. Ты не такая, как мы. Ты другая. Сейчас ты не согласишься с моим решением, но пройдут годы, и ты поймёшь, что так было лучше.
– Вы хоть понимаете, какую боль причините вашему ребёнку? Неужели его страдания ничего не значат для вас?
– Ты так уверена в серьёзности его чувств к тебе? – хриплым лающим смехом засмеялась эта невыносимая женщина.
Её слова ножом ударили в самое сердце. Никто не может быть полностью уверен в чувствах другого – чужая душа потёмки. Но я помнила нашу ночь на Змеином Острове, помнила нежность Эвила, его горячую страсть, слова любви.
– Да, я уверена. Ваш сын меня любит.
Улыбка сошла с её лица. Взгляд сделался задумчивым, губы искривились в горькой улыбке:
– Если бы я не щадила его чувств, разве стала бы я возиться с тобой? Куда проще и надежнее было бы тебя просто убить. Но… я же говорю: чувства делают нас слабее. Итак, подведём черту под нашим разговором, дорогая моя – ты отказываешься добровольно покинуть нас?
– Я же уже сказала?
– Верно. Что ж? Значит, покинешь нас против воли. Доброго пути и попутного ветра, Тайима.
Не говоря больше ни слова, Хатериман, отодвинув меня плечом, направилась к выходу с гордо поднятой головой.
Я с недоумением глядела ей вслед.
Я собралась было шагнуть за ней, как тени, неподвижно стоявшие в углах, ожили.
Охранники королевы-матери двинулись в мою сторону. Мои шагнули между нами, обнажив мечи. Но с первого взгляда становилось понятно, что расклад идёт не в нашу пользу.
Внутреннее чутьё на развитие ситуации никогда меня не обманывало… хотя, какое тут чутьё? Простая, но твёрдая логика стояла за то, что намерения моей дражайшей свекрови увенчаются успехом.
И всё же я не желала мириться! Да и как бы я могла это сделать? Приказать охранникам не рисковать собой ради меня и сдаться? Это было бы благородно, но, слава богу, даже если бы я и решила поступить подобным образом, меня вряд ли бы кто послушал.
Нападающие, подняв мечи, кружили вокруг нас, выискивая момент для нападения. Обороняющиеся зеркально повторяли их движения, готовые отбивать удары и дорого продавать свою жизнь. Я стояла в самом центре, опасливо озираясь, отчаянно стараясь придумать хоть что-то для спасения себя любимой.
Всё, что приходило в голову, вопреки предупреждениям, прозвучавшим от Хатериман, призвать на помощь Молнию. Но я чувствовала, что ничего не получится – моей красавицы просто здесь не было здесь! Злобная ведьма, видимо, была не так сильно уверена в предпочтении драконихи, раз постаралась сделать так, что в решающий момент её здесь не оказалось. Ну, ладно! Я и без Молнии кое-что могу!
Тёмный шар легко сплёлся между руками, будто вытягивая из пространство темноту или выворачивая его наизнанку – не знаю точно, как описать происходящее. Я словно держала пальцами колючий и острый лёд. Лёгкое потрескивание дало знать о том, что шар наэлектризован, будто шаровая молния. Последнее то, что естественно приходило на ум при сравнении.
Лица нападающих были скрыты под чёрными платками. Эту деталь мой разум отметил походя, не то, чтобы она вела к каким-то конкретным выводам, перед тем, как я, словно мяч или слепленный снежок, бросила в сторону моих врагов.
Видимо, мои противники лучше меня были осведомлены о действии моей магии. Они бросились в стороны, на пол и были правы – действие шар действительно оказывал как небольшая граната. Мой охранник успел отбросить меня к себе за спину, сбивая с ног и прикрывая собственным телом. Не успели звуки взрыва стихнуть, как меня так же, рывком, подняли на ноги.
– Госпожа, бегите.
Нападающие не дали нам передышки. Оба моих охранника, слава богу, не пострадали, и снова их клинки защищали меня от врага.
Упрашивать себя долго я не заставила, а, подхватив юбки, рванула к выходу. Почти добежала, когда мне наперерез выскочил огромный головорез. Я не помню лица. Не помню даже, было оно скрыто или нет. Для меня он не был в тот момент человеком, лишь угрозой, препятствием, которое следовали либо остановить, либо устранить.
Он с диким устрашающим воплем бросился на меня. Во полумраке синим отливал приближающий клинок. На испуг не было времени. В крови кипел адреналин. Я сумела ловко уклониться от его удара, быстрой серной отпрыгнув в сторону. Его это заставило лишь сильнее рассвирепеть и скорее всего мне бы не поздоровилось, но прежде, чем он повторил попытку меня прикончить, чей-то нож вонзился в его вопящую глотку.
– Идиоты! – заорала одна из безликих фигур на застывших от изумления подручных. – У нас приказ оставить её в живых!