Страница 24 из 26
Прийти в себя у Тони получалось плохо. Особенно под прицелом пристального внимания Алекса.
— Глаза сломаешь, — Тони разложил еду по тарелкам и поставил их на стол.
— Тебе же нравится, — ухмыльнулся Алекс, взял его за руку и привлек к себе.
— Сейчас почему-то стесняюсь, — пожал плечами Тони.
— Да ладно, чего уж теперь, — заржал Алекс.
— Н-да… — Тони задумчиво почесал голову. — Давай есть…
Алекс встал и шепнул ему на ухо:
— Возьми меня.
— Ты меня провоцируешь… Еще мгновение, и я с катушек слечу… — Тони понял, что все его чинные и благородные начинания накормить гостя и самому съесть теплый завтрак стремительно испаряются.
— Да…
— Какой же ты теплый и пушистый, — задохнулся Тони, обнимая любимого.
— Как подопытный кролик? — пробормотал Алекс смущенно.
— Вот дался тебе этот кролик, — фыркнул Тони.
В спальне Тони подошел к окну, чтоб опустить жалюзи, но Алекс остановил его.
— Хочу тебя видеть, — прошептал он, — хочу, чтоб ты начал как в первый раз… И продолжил… Сверху…
Тони внимательно посмотрел на возлюбленного:
— Ты уверен? Это будет откровенно и глубоко…
Алекс в ответ снова прижался всем телом к любимому.
— Обними меня снова так, как обнимал утром, — шепнул он Тони на ушко.
— Хорошо, — с дрожью в голосе, как когда-то перед их первым ночным совместным сновидением, тихо сказал Тони.
Когда они вернулись на кухню, завтрак, конечно же, остыл. Впрочем, все же не сгорел на плите.
Яичница была уже совсем невкусной, но Алекс стрескал ее практически мгновенно. Тони не сильно отстал от него. Жрать обоим хотелось немилосердно.
Тони собрал опустевшие тарелки, ополоснул и засунул их в посудомоечную машину. Сварил кофе, разлил его по кружкам и опять опустился на стул напротив Алекса.
Алекс подозрительно долго молчал. Потом все же решил спросить:
— Ти, а если я у тебя на несколько дней останусь пожить, ты не будешь против?
Тони тоже какое-то время молчал.
— Нет.
— Хоть сегодня? — несмело улыбнулся Алекс.
— Вчера.
— А больше, чем несколько дней? — тихо спросил Алекс.
— Ал, я мечтаю о том, чтоб мы жили вместе с того дня, как впервые пригласил тебя к себе, — так же тихо ответил ему Тони. — И не буду против, — голос его дрогнул, — даже если ты вдруг надумаешь перебраться ко мне насовсем.
— Надумаю, — прошептал Алекс, глядя в глаза любимому.
— Перебирайся, — ответил Тони, чувствуя, как тонет во взгляде возлюбленного.
Они сидели и молчали какое-то время, не зная как продолжить разговор.
— Тогда мне шмотки нужны будут, — наконец прервал затянувшуюся паузу Алекс, — и родителей как-то предупредить не мешало бы. Правда, не знаю, как им сказать… Что ухожу жить к девушке? А если они меня попросят с ней познакомить? А вдруг им донесут?..
— Хочешь, с тобой пойду? — предложил Тони.
— Хочу… — тяжело вздохнул Алекс.
— Пошли одеваться, — сказал Тони.
— Что, уже? — Алекс дрогнул.
— Да.
Они молча собрались. На улице было душно и пыльно.
Алекс плохо помнил, как они дошли. Кажется, время от времени Тони тащил его за руку. Липкий ужас, застилающий глаза, накатывал тошнотворными волнами.
— Откуда ты знаешь, где я живу? — удивился он во время одного из редких просветлений.
Тони посмотрел на него.
— А, ну да, — дошло до Алекса. Он вспомнил, что Тони навещал его в сновидении.
Они вздохнули с облегчением, когда дверь подъезда дома, в котором жил Алекс, захлопнулась за ними.
Алекс умоляюще глянул на любимого:
— П-поцелуй меня, Ти. Пожалуйста.
— Не боишься, что соседи подумают, если увидят?
— П-плевать. Все равно родители раньше узнают, чем эти им донесут.
Тони обхватил руками Алекса за голову. Тот судорожно вцепился в него. Тони нежно коснулся губ Алекса и отстранил его от себя.
— Пора, — шепнул он.
Они поднялись по лестнице на третий этаж. Алекс открыл дверь своим ключом. В квартире было слышно, как работает телевизор, и вкусно пахло готовящимися котлетами. Ирина выглянула из кухни.
— Добрый день, — вежливо поздоровался с ней Тони.
— Мама, это мой друг Антон, — представил его Алекс. — Ирина Алексеевна, моя мама.
Они пошли в комнату Алекса. Пока он собирал вещи в походный рюкзак, Тони присел на стул возле письменного стола и осматривал комнату, в которой жил его любимый. Было интересно увидеть её наяву и сравнить с тем, что он видел в сновидении. Наконец Алекс с трудом застегнул молнию на рюкзаке и плюхнулся на кушетку напротив Тони. Комната была небольшой, они почти касались коленями друг друга.
— Я так и не знаю, как сказать маме о нас, — тихо сказал Алекс, потупившись в пол, и бессильно опустил руки.
Тони подался вперед и сделал то, что часто непроизвольно делают люди в таких ситуациях — взял его за руки, чтоб хоть как-то поддержать.
Внезапно приоткрытая дверь скрипнула. Ирина заглянула в комнату и спросила:
— Ребята, обедать будете?
И тут её взгляд упал на руки сына. Парень, сидящий намного ближе, чем обычно сидят друзья, гладил запястья Алекса настолько нежно, насколько может ласкать только… Отнюдь не приятель. Мужчина смотрел на её сына так, что даже ей было заметно — больше никого в жизни он сейчас не видит, кроме Алекса.
Алекс поднял, наконец, голову и посмотрел на мать. Вздрогнул. Заметался. Потом все же сжал руки любимого. Тони не высвободил свои, только легко сжал в ответ тоже.
— Мама, я не знаю, как тебе сказать…
— Идите обедать.
Они сидели за столом на кухне. Алекс ковырялся в тарелке. Тони пытался поесть хотя бы из вежливости. Получалось плохо, кусок в горло не лез.
— Давно вы встречаетесь? — спросила Ирина.
— Почти месяц, — ответил Алекс.
— Так значит, это из-за тебя мой сын сам не свой все это время? — усмехнулась она, глядя на Тони.
— Получается, да. Из-за меня, — сказал ей Тони.
Ирина присела на свободный стул. Она смотрела на Тони и думала: «И что он в нем нашел? Вокруг столько девушек. Приходили, одна другой краше, в гости. Может, еще перебесится…»
— Где же вы познакомились? Небось, в гей-клубе каком-то? И ночевали тоже, наверное, где попало? Я ведь правильно понимаю, к кому Алекс ушел вчера?
— Да, правильно понимаете. Познакомились мы в университете, — ответил Тони, — я там работаю, Алекс теперь вместе со мной работает тоже.
— Как же вы дальше-то будете? — неожиданно для самой себя, сочувственно спросила она.
— У нас довольно толерантные коллеги, — пожал плечами Тони.
— А как твои родители? Они знают? — спросила она у него.
— Они далеко, давно по разным странам разъехались. Я живу один, у меня квартира своя. Так что где попало мы не ночевали, — сказал Тони.
— Мама, я вещи собрал, — пробормотал Алекс.
— Как?.. — оторопела Ирина, — ты… Ты уходишь?..
Алекс молча пожал плечами.
— А об отце ты подумал? А если ему плохо станет от таких новостей?! Это же все упадет на мои руки!
— Я вас не бросаю, мама, — Алекс посмотрел на Ирину неожиданно серьезно, а затем глянул на Тони:
— Адрес скажешь?
— Напишу. У тебя ручка и бумага есть? — спросил Тони.
— Есть. В комнате, на столе.
Тони пошел в комнату Алекса. Вернувшись, написал на листке бумаги адрес и свой телефон. Еще и подписаться не забыл — и имя, и фамилию.
— Тогда зовите в гости, что ли. Хоть посмотрю, куда мой сын переселиться решил, — Ирина пыталась сохранить остатки спокойствия и не разрыдаться.
— Заходите, — спокойно сказал ей Тони.
— У вас там, должно быть, совсем берлога и беспорядок…
— Да, как же, беспорядок, — хмыкнул Алекс.
— Хоть это хорошо. Ешьте давайте. А то отощаете. Едите ведь, наверное, непонятно что.
— Тони вкусно готовит, — зачем-то брякнул Алекс.
— Надо же, какой хозяйственный, — не без иронии заметила Ирина.
Алекс вздрогнул, услышав звук открывающейся входной двери. Вернулся его отец.