Страница 108 из 164
— Ричард, — хрипло прошептала она, узнав склонившееся над ней лицо. Во взгляде графа витало испуганное виноватое выражение. Она же выглядела бледной, измученной и потрясенной. Он смотрел на нее с досадой и непонятной грустью, и почувствовав, что она снова в реальном мире, отпустил ее руки. Его пальцы нежно прошлись по ее щеке, и замерли, когда она испуганно дернула головой. Их взгляды встретились. Она заметила, как дернулся мускул на его щеке, и напряглись скулы. Он ждал, пока Элизабет успокоиться и не предпринимал больше попыток дотронуться до нее.
— Что тебе снилось? — спросил Ричард, когда ее дыхание стало сравнительно ровным. Он знал ответ на свой вопрос, но хотел услышать от нее.
— Ты, — прошептала она сипло, отворачивая голову, не в силах смотреть на него.
— Значит, я герой твоих кошмаров, Элизабет? — горько усмехнувшись, спросил Мельбурн. Взгляд его скользнул по ее напряженному профилю, и нервно прикушенной зубками нижней губе. — Как же ты справляешься с этим? — он адресовал этот вопрос, скорее себе, чем ей.
Она ничего не ответила, продолжая все так же смотреть в пустоту. Отчаянное желание всколыхнулось в нем. И он не мог найти причины той боли, пронзившей его, когда он понял, кому адресованы ее брошенные в кошмарном бреду слова. Ненавижу тебя, сказала она. Ненавидит и в тоже время делит с ним постель. Как такое, вообще, возможно?
— Почему? — произнес Ричард одно единственное слово.
Элизабет повернулась и взглянула на него с беспомощностью раненного зверя. Сердце его сжалось, а тело напряглось от болезненного обжигающего вожделения. Она заметила отблески страсти в его потемневших глазах, и снова испуганно дернулась.
— Нет, — прошептала она тихо. — Только не сейчас. Я не могу.
— Именно сейчас, Бет, — уверенно сказал он, наклоняясь к ней и целуя дрожащие губы. Ладони Элизабет уперлись в его твёрдую мускулистую грудь, но он перехватил их и вытянул над головой, прижимая ее к кровати тяжестью своего горящего тела. Его язык ворвался в глубину ее рта и овладел им беспощадно и умело. Он продолжал удерживать ее кисти одной рукой, в то время, как другая начала путешествие по ее телу, беззастенчиво касаясь в самых интимных местах с изощрённостью умудренного опытом любовника. Прекратив атаковать женские губы, его рот прошелся по изящной линии шеи, тонким ключицам, скользнули к груди. Элизабет судорожно вздохнула, когда он провел языком по напряженному соску. Знакомая теплая волна накрыла ее с головой, напряжение медленно, но уверенно покидало тело, сдавшееся в плен его губ и рук, и когда Ричард освободил ее кисти, она с жадностью набросилась на него, лаская пальцами могучее сильное мужское тело, нетерпеливо стягивая белую сорочку с широких плеч.
— Все еще ненавидишь меня? — срывающимся шепотом спросил Мельбурн.
Теперь они любили друг друга иначе. Медленно, чувственно, нежно, плавно качаясь на волнах разделенного удовольствия. А потом он долго держал ее в своих объятиях и целовал ее волосы, губы и глаза.
— Я хочу, чтобы ты вспоминала это, когда будешь думать обо мне, — тихо сказал он, глядя в ее глаза. Элизабет мягко улыбнулась, нежно касаясь губами его плеча.
— Ты невыносимо испорчен, Ричард Мельбурн.
— Ты сделала меня таким, моя маленькая ведьма. Ты околдовала меня.
— Я совсем не похожа на ведьму. — Элизабет прижалась губами к его ключице.
— Я не хочу, чтобы ты думал, что я ненавижу тебя. Это не так. Я не была бы сейчас с тобой. Ты ведь понимаешь, что я хочу сказать? — прошептала она, вырисовывая пальцами круги на его груди.
— Нет, не совсем. Лиз, то, что тебе сняться кошмары, и я являюсь в них главным действующим лицом — естественное явление. Я заслужил, заслужил твое презрение и ненависть. Вопрос в том, как нам преодолеть это. Как исправить. Вместе, мы попытаемся вместе восстановить то, что разрушил я один. Но, если ты не хочешь, если не готова, я отпущу тебя, и верну тебя в твой мир.
Элизабет приподнялась на локте и посмотрела в лицо Ричарда. Во ее глазах горела твердая уверенность.
— Но я не хочу возвращаться туда одна. Ты мне нужен, Ричард, — сказала она с придыханием. Его глаза задумчиво скользили по ее лицу.
— Маленькая моя, зачем тебе такое чудовище? — горькая улыбка тронула совершенные мужские губы. Ресницы девушки изумленно распахнулись. Как он может спрашивать о таких очевидных вещах?
— Ты сильный, отважный, умный, и ты ранимый, и нежный. И очень-очень одинокий. У тебя действительно чудовищный характер, но не потому что ты плохой, а потому что жизнь не была с тобой справедлива. Я верю, в то, что сейчас мы оба на пути в новую жизнь. Стоит лишь отпустить прошлое и взглянуть вперед. Сделать это будет не просто, но я готова. Да, я не знаю, что будет завтра. И как изменяться наши отношения, когда мы окажемся в других обстоятельствах. Когда в моей жизни, так запредельно заполненной тобой сейчас, вновь появятся другие люди, и когда я снова почувствую себя свободной и независимой.