Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 29

– Ты полагаешь? Он?

– Такой масти больше нет ни у кого в столице! Смотри, тут все мальчики темные, и лишь этот –светленький. Надо оставить. Ведь мы стремимся к разнообразию. Посмотрим. Если он будет так же хорош…

Дама не договорила, мечтательно подняв глаза, а остальные приторно заулыбались. Тогда увезли половину ребят и большая спальня опустела. Постепенно из других питомников привезли еще мальчиков, и обучение пошло своим ходом. Свен подружился с Миртом, которого привезли из горной провинции. Они вместе отбивались от других мальчишек, вместе шалили и вместе отбывали наказания.

Второй отбор был в двенадцать лет. Перед этим целый месяц шли трудные экзамены по всем предметам. Языки – их изучали два, по числу ближайших соседей; математика, литература, риторика, логика, этикет, музыка, танец, и несколько физических дисциплин – бег, полоса препятствий, борьба, фехтование, массаж. Наложник обязан уметь разнообразно развлечь и защитить свою госпожу! А когда тело утратит привлекательность, элитный наложник мог занимать любую домашнюю должность, благодаря своим знаниям, даже учить хозяйских детей, при необходимости.

С самого утра противный Грэм со своими дружками доставал его, и орал, что бледную моль ждет храмовый костер. Экзамены Свен сдал в числе лучших, но все равно ужасно волновался, он оставался самым маленьким из всех и стоял в конце шеренги, а маленьких не оставляли, он это отлично знал. Показаться с малорослым, хилым наложником – унизительно для знатной дамы.

Все повторилось – их снова выставили раздетых во двор и комиссия, в этот раз гораздо более многочисленная, принялась тщательно осматривать ребят.

К удивлению Свена, самых крепких и рослых сразу отводили в сторонку, и сосед прошептал ему, что сегодня отчислят именно их. Переведут в военное училище дворцовой гвардии.

Надзиратель, другой уже, но такой же злющий, пройдя шеренгу, дошел до него, зачитал результаты экзаменов, и дамы довольно переглянулись. Одна из них опять заглянула в глаза. Он узнал ее, это была та самая дама, что спасла его давным-давно.

– О боги, как же ты похож на него, – прошептала она.

– Фи, какой мелкий, – с осуждением сказала полная проверяющая.

– Он остается, – решительно сказала красивая дама. – Разве вы не видите, какой он необычный? У него такой невинный взгляд. Это очень пикантно, не находите?

Они чуть не оторвали ему уши, толкая и тиская, разглядывая его лицо, глаза, волосы, заглянули в рот, трогали гениталии.

– Да, – сказала в результате самая почтенная матрона. – Пожалуй, оставим.

После этого отбора начались, кроме прежних, совсем другие уроки. На занятия приводили рабынь, утративших молодость и красоту, но годных в качестве наглядного пособия, и строгий наставник следил за постижением «Искусства», так назывался этот предмет в питомнике. Учили возбуждать дам и заниматься сексом, если объект не вызывает ни чувств, ни эмоций. Разрабатывали анус, чтоб хозяйка могла овладеть рабом с помощью особых приспособлений. Их учили терпеть наказания, показывать реакции, которые бы доставили удовольствие будущим хозяйкам.

Через пару лет в питомник началось нашествие разных дам, они беседовали с мальчиками в отдельных кабинетах, некоторых сразу купили и увезли. Приезжали – очень редко – и мужчины, мужья каких-то знатных дам, набирали юных прислужников в свои поместья.

Свен очень радовался, что не пользовался особым спросом. Он даже думать не хотел, что происходило во время приватных «бесед» в закрытых кабинетах и больше всего боялся расстаться с Миртом. Хотя Свен развился, подрос и ростом догнал остальных, он оставался слишком тонкокостным, слишком худым. А Мирт был красавчик, он обладал коммерческой внешностью, его уже выбирали трижды, но Мирт очень удачно пользовался ягодами тиссы, дающими отвратительный запах изо рта. Потом его целые сутки тошнило, зато его не покупали. Теперь им приказали отращивать волосы, чтоб к выпуску и первому аукциону волосы доставали минимум до плеч, и отросшие пряди ужасно мешались, лезли в глаза, а для хвоста были еще слишком коротки.

Как-то весной приехала та самая, знакомая дама, в богатом наряде, отороченном широкой золотой каймой. Свен сразу узнал ее.

Она вызвала его в приемную и велела ехать с ней. Неужели он станет ее пажом? Его купили? Когда они сидели рядом в повозке, Свен украдкой потрогал ткань наряда госпожи и представил, как бы он выглядел в таком. Наверное, жалко, решил он. Он совсем не считал себя красивым, хотя у него не было сомнений в своем будущем – для каких целей его так долго воспитывали и тщательно учили. Он гордился тем, что живет в Императорском питомнике и знает и умеет то, что его сверстникам и не снилось. Вернее, только и снилось.

Они приехали к красивой ограде, окружающей какое-то большое здание, коляска остановилась у боковой калитки, и дама, накинув капюшон на голову, очень быстро прошла по дорожке под лестницу, где толкнула неприметную дверь, скрытую колонной. Потом они миновали несколько узких коридоров и витых лестниц, и вышли в новый коридор, уже широкий и роскошный, ярко освещенный, с мозаиками и зеркалами на стенах и пушистым ковром под ногами. Свен тогда впервые увидел себя в полный рост – из зеркала на него смотрел тощий подросток с бледным угловатым лицом, растрепанными волосами, в темно–синей форме питомника. Свен отвернулся, так неуместен он показался сам себе среди роскоши и позолоты.

Быстро оглянувшись, дама провела рукой по одному из зеркал и оно, тихо щелкнув, открылось, как дверь. Дама за руку втащила Свена в темноту. Несколько неуверенных шагов Свен сделал в полной темноте, но дама шла уверенно, и свернув два раза направо, привела мальчика к богатому расшитому золотом занавесу. Слегка отодвинув занавес, она посмотрела внутрь и прошла вперед, ведя Свена за руку.

Комната была большая и богато обставленная. Мальчик никогда в таких помещениях не был, видел только на картинках, и с любопытством стал рассматривать статуэтки, подсвечники, вазы, резные шкафчики из розового дерева. Свен боялся даже пошевелиться, чтоб ненароком не уронить все эти хрупкие драгоценные вещи.





– Как ты, Миригор? – ласково спросила дама, подходя к большому креслу у окна.

– Подыхаю, – ответил тихий хриплый голос.

В кресле сидел очень высокий статный мужчина, укрытый до пояса пледом. Такие красивые лица Свен видел лишь в учебнике истории, где говорилось о знаменитых древних королях и императорах. Светлые волосы сидящего были аккуратно собраны в длинный хвост. Светлые зеленые глаза удивительной прозрачности и ясности смотрели на тощего мальчишку строго и вопрошающе.

– Подойди, – дама поманила его пальцем.

Свен робко приблизился.

– Я привела к тебе твоего сына, посмотри, – дама улыбнулась.

Мужчина явно удивился. Поднял брови. Задумчиво потер подбородок. В его глазах отразилось сомнение. Потом он вдруг побледнел и закашлялся, растирая себе грудь рукой. На его высоком лбу появилась испарина, а на скулах выступили розовые пятна. Он хрипло заговорил:

– Ты уверена, Уртилла? Я не вижу в нем большого сходства со мной.

– О, как же слепы мужчины! – дама всплеснула руками.

Заставила Свена сесть на маленькую скамеечку, повернула лицом к окну.

– Смотри, у него такие же глаза! Такой же нос, скулы, губы…

– Глаза голубые! – возразил Миригор.

– Конечно, голубые, ты разве не помнишь его мать?

– Не помню, – развел руками Миригор.

– Помнишь, когда тебя только взяли в плен? Пятнадцать лет назад, когда ты оказался у нас?

– Не помню, – возразил мужчина. – Меня ранили, а очнулся я у вас в лечебнице.

– Ну да, и попал в гарем. К прежней Императрице, как любой чужак.

– И что? Она явно не его мать.

– Что ты говоришь!? Конечно же, нет! И не могла ею быть! У императрицы две дочери. А от тебя дети не рождались, хотя многие хотели заполучить такую редкую внешность и кровь…

– Я устал, Уртилла, – тихо сказал Миригор.– Дай умереть спокойно, не вспоминая о всех пережитых мной унижениях…