Страница 94 из 140
С крыльца уже спускалась гомонящая и раскрасневшаяся от выпитого толпа Риткиных коллег, закуривая на ходу. Толян замолчал, и это было кстати. Гордей больше ничего не хотел слышать о той истории. Вынес для себя всё, что нужно, а лишние глюки уголовника ему не нужны.
— Бывай, — сказал он Толяну. — И… Соболезную. Искренне.
Гордей широкими шагами пошёл прочь от кафе, оставив на попечение бывших Риткиных коллег отключившегося Мику. «Сам доберётся», — подумал почему-то зло на полпути к перекрёстку, куда вызвал такси. — «Не впервой». Но, конечно, он видел, что две хлопотливые женщины с автобазы не оставят Мику без внимания.
Его опять терзали мысли не то, чтобы неприятные, а просто панические.
Толян точно спятил, в этом у Гордея не оставалось никаких сомнений. Но, кстати, в том, что он и сам не очень адекватный сейчас, уверялся всё прочнее. Нет, не совсем ещё псих, сумасшедшие таковыми себя не признают. Но явно с отклонениями.
При понимании, что у Толяна «поехала кукуха», Гордей в то же время верил ему. И в жижу, и что она «сожрала» Серёню и его премерзкую компанию. И в то, что Нира умерла дважды — чего ещё никому на памяти Гордея не удавалось, но в это он тоже сейчас верил.
Его сознание мучительно раскалывалось пополам.
Толян сказал, «пацаны», сбежавшие в ту ночь с места трагедии, не видели, что случилось с Нирой и Тимой, но Гордей чувствовал: и он, и она погибли там. Может, Серёня и компания всё-таки добили их, а, может, случившийся катаклизм непонятного происхождения уничтожил не только мерзких преступников, но и их жертв.
Вполне возможно, случился резкий подъём реки, и масса воды, выйдя из берегов, утянула на дно всё, что попалось на пути. Может, вдруг забил родник или горячий источник невиданной силы. Разъел разогретую глинистую почву — вот и «жижа».
Такое часто случалось во время ливней в горах. Когда крошечные реки в момент становились грозными, разрушительными селями, хороня под собой всё, что не успело убраться с их пути.
Жёлтая машина жизнерадостным пятном издалека маячила на углу у небольшой аптеки. Гордей хлопнул дверцей, здороваясь с водителем, когда раздался рингтон его телефона. Звонила Полина, жена Эда, и Гордей, хотя оставался несколько нетрезв и заморочен последним разговором, тут же понял: случилось ещё что-то. И на хорошие новости рассчитывать не приходилось.
За секунду, которой ему хватило, чтобы сказать: «Слушаю», в голове пронеслось: Полина-то как раз и дружила с Облаком, хотя причину такой крепкой привязанности девушки к Ритке он не понимал. У них вообще ничего общего не было, кроме давнего знакомства с Микой и Эдом. Точно! Если Полина не пришла проводить старшую подругу, которой в рот глядела, значит, и в самом деле произошло что-то серьёзное.
— Скажи, — она даже не поздоровалась, — Кайса сейчас рядом с тобой?
Гордей очень удивился, но ответил:
— Нет. А в чём дело?
— Эдик пропал, — всхлипнула Полина. — Только не говори ей.
— В смысле, — не понял Гордей. — Загулял?
С Эдом до сих пор такого не случалось, но всё когда-то бывает впервые, так ведь?
— Не думаю…
Обычно плаксивую Полину Гордей не воспринимал всерьёз, но сейчас какая-то стереоглухота в её голосе заставила ещё больше насторожиться.
— Исчез вчера вечером. Я бы не волновалась так, но… Эдик последнее время вообще был очень странный. Ну, ты же знаешь, да? Эти его вспышки драчливости, как будто у подростка. Ночью я просыпалась, потому что он ходил из угла в угол…
— Полина, — перебил её Гордей. — Ты дома сейчас?
— У Эдиковой мамы. Ей стало плохо, поэтому я тебе…
— Чёрт, надо же сразу… Номер дома и квартиры напомни. Я только улицу…
Гордей продиктовал таксисту старый адрес Эда. Последний раз он заходил к другу ещё до выпускного. Эд сразу после школы как-то быстро получил приличную общагу от завода, на котором работал, а затем — взял льготную ипотеку и купил уже своё жильё. Они встречались с Ириной Александровной регулярно на днях рождения Эда то в кафе, то в его новой квартире. Мать жила с ним подолгу, пока он не женился на Полине. И пару раз Гордею приходилось оказывать Ирине Александровне ту самую внеплановую и внерабочую первую помощь. Давление скачет — так это называется в народе.
— Я буду минут через двадцать, если в пробку не попадём. Почему ты уверена, что он исчез, а не просто прогуляться вышел?
Такси тронулось с места.
— Какие гуляния? — удивилась Полина. — Мы сегодня на кладбище собирались, а потом на поминки. Я, конечно, вчера…
— Ревела много? — догадался Гордей.
— Ну… Да… — призналась Полина. — Рита… Она…
Кажется, приближалась новая слёзная волна. Океан печали Полины был безбрежен, и мог наполнить жизнью несколько планет одну за другой, если выпустить его из берегов.
— Эд разозлился ужасно почему-то. На пустом месте. Раньше он меня всегда утешал, когда расстраивалась, а теперь вдруг разозлился.
— Ну да, — подтвердил Гордей, чтобы она опять не разревелась. — Он на всё злился. На всех, не только на тебя.