Страница 69 из 123
― Ты продавал некоторых несчастных в рабство!
Смех Кианга полоснул, словно холодной водой, по лицу.
― А как ты думаешь, я еще живу? На маленьком острове, где нет ничего, кроме горы, полуразрушеного храма и зеркал? Нашлась спасительница. А оружие тебе для чего? Ровнять посеченные концы на волосах? Нечего упрекать меня. Убирайся. Миори останется, ― уточнил Кианг.
Вдруг старец поменялся в лице. Словно задули свечу. Старец вложил всю злость во взгляд, который бросил на Шу Ликин лавиной.
― Ты разочаровала меня. ― Каждое слово чеканилось несуществующим ударом ножа.
― Что, прости?
― Ты уничтожила Маргарет.
***
Пещера слез встретила хрустальными каплями, которые разбивались о выступы скал. Сапоги Шу Ликин тонули в грязи. На стенах плясал тусклый свет от факела.
― Фенг! ― крикнула она.
Отозвалось только эхо. Сбилось дыхание. Сзади кряхтел Кианг. Миори ласкала влажные выступы пальцами, словно чувствовала землю.
― Они там, ― сказала подруга и указала на тьму.
Свет замельтешил быстрее.
― Фенг, ― прошептала Шу Ликин.
Она присела над телом, которое казалось безжизненным. Маргарет лежала чуть дальше под зеркалом, скрытым под толстым слоем. В грязи. На мутной поверхности остался след от руки. Это был единственный проход с острова. По крайней мере, о котором знала Шу Ликин. Монета в кармане оставалась все той же платой.
― Фенг, ― повторила имя наемница, словно оно могло оживить.
Вдруг тело зашевелилось.
― Ты жив!
― Пока еще.
Голос Фенга запнулся, когда он оказался в объятьях Шу Ликин. Оно было дружеским. Фенг явно это чувствовал, но не мог себя заставить не думать о том, как они часами прятались здесь. Наблюдали за зеркалом. И пытались разгадать тайну, скрытую в нем. Фенг вдохнул запах ее волос, насытился теплом и потянул руки, чтобы прижать сильнее. Ее. Ту, которую он не забыл. Ту, которую боялся вспомнить. Мысли перемешались. В груди вспыхнул маленький островок их несбыточной мечты и тут же его накрыл сумрак.
― Он больше не ксиоран, ― огласил приговор старик. ― А она, ― Кианг указал на Маргарет, ― больше не Верховная.
― Что вы этим хотите сказать? ― переспросила Миори.
Послышался тяжелый вздох. Объятья Шу Ликин растворились в тени факела, который она продолжала держать в руках. Свет пролился на старушку. Она приподнялась на локтях. Тонкие пальцы тряслись. Слиплись тонкие волосы. Седина исчезла под грязью. Она сползала на лицо. Верховная посмотрела на руку так, словно потеряла обручальное кольцо перед самой церемонией.
― Ее нет, ― шептала старушка в бреду. ― Ее нет!
― О чем вы? ― Миори переводила взгляд с Шу Ликин на Фенга и с Маргарет на Кианга, но никто не торопился дать ответ, пока Верховная не взорвалась.
― Магии больше нет! Я не могу НИЧЕГО!
― Как это нет? ― переспросила наемница.
Фенг коснулся тени и постарался скрыться во тьме, но ничего не получилось.
― Я больше не ксиоран, ― повторил он слова учителя.
― Но как это произошло? ― не унималась Миори.
― Девушка. Здесь была девушка, ― попыталась объяснить Маргарет. ― У нее хрустальные глаза и темная, как ночь, кожа. Она забрала мою магию.
― Как так? Такое вообще возможно?
Шу Ликин перевела взгляд на Кианга.
― Не смотри так на меня. Здесь они были в безопасности, пока ты не пришла.
― А как же Фенг?
― Нечего было уводить Маргарет. Теперь он обычный человек, ― выплюнул учитель слова. ― Он больше мне не нужен. Как и эта старая карга. У нее ужасный характер. Можешь забирать всех. Кроме Миори.
― И вы что? Нам не поможете? ― спросила девушка, сплетая пальцы.
― Тебе помогу. Остальные больше не моя забота.
Шу Ликин знала, что этим все и закончится. Она всегда знала, какой на самом деле старик. Но наемницу сейчас волновало, куда делась сила, и что выберет Миори.
― Пойдем, дорогая. Пойдем, ― сказал Кианг.
― Нет! ― запротестовала девушка. ― Я останусь с ними.
― Тогда ты умрешь или убьешь их своей неконтролируемой силой. Я могу помочь.
Наемница решительно встала. Ее голос звучал эхом и разносился по пещере, словно смертельный приговор:
― Вы никому не способны помочь. Ни себе. Ни тем, кто в храме.
― Я же объяснял.
― К черту все. Каждый может пересечь черту. Каждый. И я тоже. Но пока есть люди способные нас удержать, этого не произойдет. Голос Миори вывел меня из вашей иллюзии и не позволил сделать шаг туда, откуда не вернуться. А что касается тех, кто наверху... Вы забираете их. Лишайте родных мест. Родных людей. Тех, за кого они держатся, а потом мучаете в надежде, что они не перейдут черту. И для чего? Чтобы потом продать какому-то королю за еду и безопасность. Да, Фенг теперь человек, но он долго служил вам, и теперь выкинете его как ненужную вещь? Такова ваша помощь?