Страница 84 из 132
Сенамира приказала всем суккубам не приближаться к ущелью. Шло время, но ее жизнь не обрывалась. Так она и узнала об одной оговорке. Считается только насильственная смерть. Если же суккуб просто перестает питаться плотью или живыми душами, это становиться его выбором. Араун не посмеет вмешиваться в исход. Сенамира прилетала пару раз, чтобы проверить Аделину. Она видела, как та ссыхается с каждой полной луной, но кожа новой Верховной оставалась упруга. Власть пришла наравне с предательством. Так правление и завершилось.
Сенамира облизнула пересохшие губы, чувствуя лишь голод. Взгляд вновь увидел мрачные стены подземелья и Брайса, который устал от тишины.
― Если ваши приказы равны, почему ты не вызволишь нас отсюда?
― Я слаба. Нужны человеческие души, чтобы вернуть силы.
― Могу поделиться своей.
― С чего бы тебе мне помогать?
― Личные счеты с Оливией.
Сенамира промолчала. Предложение показалось заманчивым, но необходимо было кое-что узнать. Как вообще недо-суккубу удалось провернуть ритуал? Она хоть и сильна, но человек. Чувствовалось вмешательство алхимии.
― Хорошо, ― согласилась Сенамира и замерла. ― Кто-то идет!
― Ох, не к добру все это, ― согласился Брайс.
― Что за чертовщина здесь происходит?!
Взгляд Оливии был острее кинжала.
― Я не намерена отбирать твою власть, ― поспешила оправдаться Сенамира.
― Думаешь, поверю суккубу, которым когда-то была сама? Без помощи здесь не обошлось. Брайс?!
― Да, дорогая.
Черное полотно бороды треснуло, показав ряд желтых зубов.
― Тебе повезло, что причиной моего прихода была не казнь.
― А что же?
― Скоро узнаешь.
Оливия открыла железную дверь, которая вела к Сенамире.
― Прошу не надо! ― взмолилась Верховная.
― Ты сама научила брать свое любой ценой. Я хорошо запомнила твои уроки жизни.
Оливия подошла к горевшей руке и пнула ее в сторону Сенамиры. Как только пламя осветило бледное лицо, взгляд скрыла пелена. Верховная опустила голову, будто марионетка.
― А теперь поговорим насчет тебя.
― Весь во внимании, ― ответил Брайс, когда Оливия покинула камеру и закрыла ее на ключ.
― Обещаешь себя хорошо вести?
― А что мне за это будет?
Брайс подошел ближе к решетке, перекинув руки через горизонтальные прутья. Оливия узнала тот самый блеск в глазах, от которого свело скулы.
― Свобода и прочие радости жизни.
― С тобой?
― Я замужем.
― Ну и что.
― Все, кроме моей комнаты, моей постели и моей...
― Скучно. Это не разговор.
Брайс демонстративно зевнул, чем еще больше вывел королеву из равновесия. Оливия уже дважды пожалела о решении найти еще одного союзника в борьбе против Лилит.
― Я могу казнить тебя прямо сейчас.
― Не можешь.
― Почему?
― Бессмертие научило тебя не привязываться к людям, но держать рядом тех, с кем весело. Разве не так?
― Придворных шутов в замке хватает.
― Но не все они знают, чего ты на самом деле хочешь. Темные уголки души, которые скрываются под строгими скулами и туго затянутой шнуровке корсета. Суккуб ты или нет, похоть до сих пор искриться в твоих глазах при взгляде на меня. Скажи, ведь скучала?
Оливия ничего не ответила, сдержав на себе вопросительный взгляд. Она ненавидела Брайса за все, что он заставлял ее делать, используя магию и выдавая свои желания за ее собственные чувства. Даже сейчас его взгляд жадно скользил по полым грудям, вздымающихся от каждого вздоха, и тонкой талии, обтянутой тканью в тон ее глазам.
― Похотливый кобель.
― Ха. Раньше у тебя запас слов-ругательств был гораздо больше. Хочешь, напомню парочку?
― Давай, и застрянешь здесь до прихода Лунной богини. Посмотрим, поддастся ли она твоим речам, когда захочет всех убить.
Наконец, лицо Брайса стало серьезным.
― Так что ты предлагаешь?
― Сделку. Твою помощь в обмен на спокойную жизнь.
― Если выживу.
― Разумеется. Но мерзкие крысы самые живучие. Судя по тому, что Араун еще не забрал тебя в свое царство, могу предположить, что ты из их числа. Хотя и там сможешь договориться за свою жалкую душу.
― Ты мне льстишь.
Оливия вернула хищный взгляд и повторила предложение.
― Согласен сотрудничать?
― Конечно. Выбора-то все равно нет.
Замок щелкнул, и дверь поддалась. Брайс вышел на свет факела, разминая руки. Мешочки с травами остались позади. Он бросил на них беглый взгляд.