Страница 23 из 53
Они поспешили к нему, и Андерс с Лисабет заняли ближайшие ящики. Рейна и Эллюкка переглянулись, а затем Эллюкка уселась на свой упаковочный ящик лицом к площади. Ее лицо было наименее узнаваемо, и она будет наблюдать, как другие разговаривают с большим волком.
Лицо Хейна просияло, когда они присоединились к нему.
— Вы здесь, — сказал он с облегчением.
— Это Рейна, — сказал Андерс, положив свою руку на руку близнеца.
— Да, — сказал Хейн. — Да, твоя сестра.
В его тоне не было пренебрежения, и Андерс был удивлен, услышав, что большой волк говорит так, словно не сомневается, что Рейна — его сестра.
— Да, — согласился он. — А это…
— Кто-то еще, — сказала Эллюкка, не поворачивая головы, обрывая его прежде, чем он успел назвать ее имя или объяснить, кто она.
— Рад познакомиться, — дипломатично ответил Хейн.
— Хейн, — вмешалась Лисабет. — Что происходит в Ульфаре?
Проектировщик сдвинул очки на нос и глубоко вздохнул.
— Они считают, что драконы готовятся к нападению, — сказал он. — Подозрения зашкаливают.
— Но ведь именно у волков есть Снежный Камень! — выплюнул Андерс. — Это они собираются напасть.
— Я знаю, — сказал Хейн. — Но большинство — нет. Большинство волков не знают о Снежном Камне, и они не знают, что случилось с тобой и Лисабет. Ходят слухи, что тебя похитили, а некоторые — что ты предала нас. Твоя…
— Лидер, — сказала она, обрывая его прежде, чем он успел сказать «мама» перед Рейной и Эллюккой.
— Ферстульф, что она делает?
Хейн склонил голову, принимая предупреждение не упоминать о связи.
— Все, что она может сделать, чтобы волки и люди Холбарда поняли, что она считает нападение необходимым.
Лисабет вздрогнула, хотя новость не могла быть неожиданной. Она повернула голову и посмотрела на другой конец города, туда, где за улицами и зданиями скрывались ворота Академии Ульфара, и Андерс подумал, что, возможно, какая-то ее часть каким-то образом представляла себе возвращение… ну, домой, несмотря на все, что произошло.
— Похоже, волки и люди Холбарда ей поверили, — тихо сказал Андерс. — А ты?
— Думаю, мне есть, что вам сказать, — сказал Хейн. — И что мне лучше просто сделать это, а потом посмотрим, что к чему.
— Хорошо, — сказал Андерс, переглянувшись с Лисабет и Рейной. — Продолжай.
— Для начала, — сказал Хейн торжественным тоном, — я верю, что ты и твоя сестра рождены волком и драконом. У вас смешанная кровь.
— Да, — ответила Рейна. — Мы это знаем.
У Хейна отвисла челюсть.
— Откуда вы знаете? — спросил он. — Все думают, что это невозможно.
— Лейф, Дреклейд, сказал нам, — сказала Рейна.
Хейн медленно кивнул.
— И он смог сказать вам, кто ваши родители? Потому что я верю, что могу.
Рейна ахнула, и Андерса охватила дрожь.
— Н-нет, — пробормотал он. — Он не знал.
— Или не сказал, — вставила Лисабет.
— Конечно, — тихо сказал Хейн. — Андерс, Лисабет, я уже говорил вам, что мы с моим братом Феликсом когда-то работали с драконьим кузнецом Дрифой. Мы создавали артефакты, она их выковывала. Мы втроем были близки. Мы работали вместе много лет. Рассказывают, что Дрифа убила Феликса, а потом сбежала. Именно это возродило вражду между драконами и волками и в конечном итоге привело к последней великой битве. Я поверил, когда мне сказали… в конце концов, он был мертв, а ее видели убегающей, и после этого она исчезла. Это произошло как гром среди ясного неба — они всегда, казалось, любили друг друга, даже заботились друг о друге — но я не видел другого объяснения. Но в глубине души… — он вздохнул, задумчиво глядя на пришвартованные корабли. — В глубине души я всегда задавался этим вопросом.
Андерс едва мог дышать.
— Что ты теперь думаешь? — прошептал он.
Хейн сглотнул и снова посмотрел на Андерса, потом на Рейну.
— А теперь я думаю, не убил ли его кто-нибудь другой. Думаю, Дрифа и Феликс не просто заботились друг о друге? Думаю, на них обоих напали, и она убежала, потому что была беременна? Если ей пришлось защищаться.
— Так ты хочешь сказать… — Андерс едва мог произнести эти слова.
— Да, — тихо ответил Хейн. — Я думаю, что ты и твоя сестра — дети Дрифы и моего брата-близнеца Феликса. Что вы можете быть моими племянницей и племянником. Вы как раз подходящего возраста.
— Но, но…
Андерс никогда раньше не слышал, чтобы Рейна теряла дар речи. Со своей стороны, он пристально смотрел на Хейна, внезапно заметив на его лице печаль, которую никогда раньше не замечал. Андерс не мог себе представить, каково это — потерять Рейну. Он понимал, как Хейн мог все эти годы верить в худшее.
Молчание нарушила Лисабет.
— Так ты их дядя?
Новая волна потрясения накрыла Андерса. Дядя. Он провел всю свою жизнь, страстно желая узнать своих родителей, и теперь прямо перед ним стоят кто-то, кого он любил, даже восхищался… член его семьи.
Возможно, они с Рейной больше не одни.
Внезапно Рейна пошарила в кармане пальто.
— Мы можем это выяснить, — поспешно сказала она. Ее руки дрожали, и ей потребовалось три попытки, но она выдернула из кармана маленький красно-серебряный кошелек, который дал ей Лейф, и протянула его Хейну. — Вот, открой это.
Хейн взял его в большую руку и перевернул.
— Это артефакт, — сказал он, впечатленный. — Отличное качество изготовления. Я думаю, это был Элиот, я бы узнал его работу, где угодно. Теперь, что это… — он изучил крошечные руны, выгравированные на застежке, и затем понимание осветило его лицо. — Он признает семью, — сказал Хейн. Он помедлил, потом негромко откашлялся. Андерс не мог не задаться вопросом, нервничает ли Хейн так же, как он. А потом толстые пальцы Хейна нажали на маленькую серебряную застежку.
И кошелек распахнулся.
Они все уставились на него… даже Эллюкка вытянула шею, чтобы посмотреть, что случилось… и губы Хейна изогнулись в медленной улыбке, когда он вернул кошелек Рейне.
— Ну, — тихо сказал он, а потом ему пришлось поправить очки и осторожно вытереть пальцем слезы с глаз. — Ну. Интересно, знал ли об этом Феликс? Надеюсь, что так. Дрифа, должно быть, спрятала вас с кем-то в городе… волки охотились за ней, и тот, кто убил Феликса, сделал бы то же самое, чтобы помешать ей сказать правду… но я знаю, что она собиралась вернуться за вами. И я думаю, она хотела, чтобы я познакомился с вами.
— Ты все равно нас нашел, — тихо сказал Андерс. — Как?
— Эннар и ее класс вернулись с историей о том, как ты сказал им всем, что твоя сестра была драконом, — сказал Хейн. — И после этого я провел много времени в раздумьях. В первый раз, когда мы встретились, я подумал, как сильно ты похож на моего брата в том же возрасте, и это меня зацепило. Собственно, именно поэтому из всех волков на этой площади в тот день я возглавил погоню, когда ты бежал, Андерс. Я смотрел на тебя, пока ты был на помосте, хотя и знал, что ты никак не можешь быть сыном Феликса.
— Кроме того, что так оно и было, — пробормотала Лисабет.
Хейн кивнул.
— У нас в семье близнецы, и после того, как я узнал, что у тебя есть сестра, я вспомнил, что было двенадцать или тринадцать лет назад. Я знал всех драконов, которые приходили в город работать с волчьими конструкторами. Не было бесконечного числа кандидатов.
— Господи, может быть, ты вырастешь таким же большим, как дядя Хейн, — хихикнула Рейна, толкая Андерса локтем. Он знал, хотя и был уверен, что остальные этого не знают, что она пробует название, ищет предлог, чтобы произнести его вслух.
— Я думал, что я один в этом мире, — тихо сказал Хейн. — А теперь у меня есть вы двое. Андерс, Рейна, вы двое… вот почему я так сильно хочу предотвратить еще одну битву между волками и драконами, которая произойдет, если мы используем Снежный Камень для нападения. Я должен защитить вас, а у нас мало времени. Сигрид заставляет меня искать усилители, артефакты, которые можно использовать для усиления эффекта Снежного Камня. До сих пор мне удавалось тянуть время, но это не будет длиться вечно.