Чародей в ярости

– Моя жена, – объяснил Род, – и дети.

Она уставилась на него во все глаза. Затем на лице появилась ирония. – Я вижу их, они обшаривают трупы солдат. Не лги мне, парень. Как мог лудильщик с женой и детьми устоять против рыцаря в латах и дюжины солдат? – Она снова взялась за кнут.

– Эй, погодите! – Род почувствовал, как его гнев опять нарастает. Он сделал глубокий вдох и напомнил себе, что за бедной женщиной гнались, вероятно, почти всю ночь. – Мои жена и дети вовсе не грабят покойников, они пытаются разбить чары, сковывающие живых. Потерявших сознание, но, надеюсь, живых. Видите ли, мы не совсем те, кем кажемся с виду.

– В самом деле, – прошипела она сквозь зубы и заставила себя вновь подняться на ноги, замахиваясь кнутом, – так я и думала!

– Не в том смысле! Этот наряд лудильщика просто маскировка! – Род выпрямился в седле расправляя плечи. – Я Родни Гэллоуглас, Лорд Верховный Чародей Грамария, а женщина – там леди Гвендайлон.

Она уставилась на него. Затем губы ее разомкнулись, и она прошептала:

– Подайте мне знак.

– Знак? – Раздосадованный Род подавил свое раздражение и заставил себя вообразить, какое именно умопомрачительство испытывал бы на ее месте он. Он еще раз сделал глубокий вдох – выдох. – О, ладно! – Род закрыл глаза и дал своему мозгу опустеть, сосредотачиваясь. Обычный его туман в такой ситуации рассеялся, после того, как он услыхал голоса детей, словно те находились прямо рядом с ним. Он выделил того, кто выглядел наименее угрожающим и подумал: 'Грегори! Сюда!'

Воздух хлопнул, раскатываясь в стороны, и рядом с его плечом заплавал в воздухе Грегори. – Да, папа?

Женщина уставилась на него.

Затем колени у нее опять подкосились, и она села, слабо кивая. – Да, вы Верховный Чародей.

– Папа? – Грегори чуть склонил голову набок, озабоченно глядя на отца. – Зачем ты позвал?

– Для того, что ты только что сделал, сынок.

– А что я сделал? – взглянул на него ребенок.

– Ты доказал, что я тот, кем назвался. – Он снова повернулся к женщине. – К кому, я имею честь обращаться?

Теперь настала ее очередь подтянуться и вспомнить о своем достоинстве. – Я – Елена, герцогиня Романова.

ГЛАВА 7

Род свернул плетущихся лошадей с дороги на луг, неподалеку от Гвен, поддерживая левой рукой герцогиню. Когда он натянул поводья, она подняла голову, оглядываясь кругом, а потом придвинулась к нему. – Солдаты...

Род повернулся и увидел, что все солдаты собрались в одну кучку под невысоким деревом. Большинство из них прижали ладони к голове. Некоторые подняли голову и, моргая, озирались кругом, с недоуменными выражениями на лицах. Рыцарь лежал около них, без шлема. Около него стояла на коленях Гвен.

– Не волнуйтесь, – попытался успокоить ее Род, – они чувствуют себя так, будто пробудились от дурного сна. Они снова на вашей стороне. – Он спрыгнул с козел. – Оставайтесь тут.

Она выглядела взволнованной.

Род вздохнул и четко подумал: 'Корделия!'

Находящаяся на другой стороне луга девочка подпрыгнула и оглянулась. Обнаружив отца, она вскочила на помело и рванула прямиком к нему. – Да, папа?

Род заметил, что герцогиня смотрел на нее во все глаза. Ну, по крайней мере, хоть немного отвлеклась.

– Корделия, эта леди нуждается...

Но Корделия глядела мимо него на окна кареты, и на губах у нее появилась восторженная улыбка. – Дети!

Род в удивлении обернулся.

В окне виднелись две рожицы, с откровенным любопытством озиравшиеся по сторонам.

Корделия прыгнула мимо Рода, убрав руки за спину. Дети герцогини настороженно наблюдали за ней. Корделия остановилась прямо под их окном и чуть склонила голову набок. – Меня зовут Корделия.

Они, молча, глядели на нее.

Род коснулся ее плеча. – Они в последнее время испытали страх, милочка.

– Ах, папа! – с досадой бросила она. – Неужели они не видят, что я не желаю им зла? – И прежде, чем он смог ответить, она стремительно повернулась к герцогине. – Можно мне поиграть с ними?

Герцогиня опустила на нее взгляд. А затем медленно проговорила: 'Ну разумеется... если они захотят... безусловно.'

А что они захотят Род не сомневался, он знал свою дочку. Двое мальчиков уже наблюдали за ней с заметным интересом.

– О, хорошо! – Корделия мигом повернулась к детям. – У меня тоже есть братья. Вы можете и с ними поиграть, если пожелаете.

Двое мальчиков все еще сохраняли настороженный вид, но дружелюбие Корделии действовало заразительно. Младший открыл дверцу кареты и вышел. – Я, – представился он, – Гастон.

Род отвернулся от них, вполне уверившись, что на какое – то время внимание герцогини будет полностью занято и подошел к жене.

Когда он приблизился к ней, она, сидела на корточках, пристально смотрела. Род мгновенно насторожился. – Что случилось? Гипноз слишком силен?

Гвен покачала головой. – Я разбила чары, милорд. И все же не могу пока привести его к жизни.

Род внимательно взглянул на рыцаря и увидел морщинистое лицо и плешивую голову, с венчиком седых волос. Его серую кожу покрывала пленка пота. Род почувствовал чувство вины. Он опустился на колени рядом с рыцарем. – Но ему досталось всего 120 вольт! Всего пятнадцать ампер! И я поразил его ими всего на несколько секунд!

Гвен покачала головой. – Вполне возможно, что причина в падении, милорд. У него остановилось сердце, и я немало потрудилась, чтобы заставить его забиться вновь.

– Сердечный приступ? – Род пригляделся к рыцарю пристальней. – Он среднего возраста, а позволил себе потерять форму, обрюзг. – Он покачал головой, подняв взгляд на Гвен. – Я не мог предложить это. На нем был шлем с опущенным забралом.

– Действительно, ты никак не мог знать, – согласилась она, – конечно, сделанное тобой, чтобы остановить его, могло причинить ему какой-то вред.

– Она подняла взгляд, глядя ему в глаза. – Однако, милорд, я сомневаюсь, что сразили его какие-то твои действия. Слишком много миль он проскакал в полной амуниции.

Род медленно кивнул. Тот, кто отправил его во главе отряда с полной боевой выкладкой в его-то возрасте, видел в нем только орудие, а не личность. Кто же?.. Нет, сними вопрос. Конечно, кто ж еще? Альфар.