Страница 191 из 232
- Ну что, блин? Они говорят, двое, - Саша плюхнулась на переднее сиденье и просунулась между сиденьями назад. - Завалим же?
- Так чего, нас тут пятеро, - пожал плечами Серг, - предзимье, завалим.
- Четверо, - поправила Саша, скользнув взглядом по мне, - но завалим. И пока туда-сюда ездить будем, уйдут же. А по темноте по тем местам бегать - только ноги ломать, знаю я эти руины в лесу, да за порванной колючкой.
Последние слова она говорила, уже набирая на комме Сержанта. Короткий разговор - и разрешение было получено. Детишки утрамбовались к нам на заднее сидение, самый бойкий устроился рядом с Сашей, показывать дорогу сперва к дачному поселку, потом и к месту.
Искреннего восхищения я за пятнадцать минут поездки получила больше, чем за весь предыдущий год. Мелкие выcпрашивали, каково это - быть настоящим Охотником, да страшно ли, да много ли оборотней мы завалили, трогали хвосты, нашедшиеся у Серга в сумке. Потом мы их высадили у КПП садоводства, сдав с рук на руки охране и оставив себе только одного, напросившегося в проводники. И тут уж наши не остались в долгу, так что к концу пути мы знали, что зовут нашего полупроводника, как окрестила его все та же Саша, Вовкой, лет ему десять, читать он умеет, хоть и по слогам, а писать - нет, только на папином комме немного печатает, потому что в школу его возить некому, а своей у них нет. Но раз в Охотники без этого не берут - он непременно выучится. Дена не отвлекался от дороги, а вот Серг периодически бурчал под нос, что, мол, с такими нравами и отношением к знаниям как мы еще тут совсем не одичали и не ушли в пещеры жить, раз чуть что - и сами детей учить бросаем, и в интернат не отдаем. Я криво улыбалась, потому что что тут скажешь, не читать же прямо сейчас речь про голодающих негров, саалан такие шутки не понимают, а всерьез слишком долго объяснять.
А потом началось дело. Похоже, была это все же не фабрика, а какая-то военная часть, и забросили ее еще задолго до того, как Северо-Запад стали называть Озерным краем. Я не взялась угадать назначение зданий - вроде и не казармы, и не ангары. Странное что-то. Действительно, напоминало фабрику: трех-четырехэтажные здания с выбитыми стеклами и переходами между на разных уровнях, полуразобранные элеваторы, брошенные остовы каких-то механизмов, бетонные чушки, из которых торчали металлические "ушки", покрытые ржавчиной. Только вот стены слишком толстые. Так "просто корпуса" не строят. Да и на сгоревшем КПП на въезде еще можно было разглядеть что-то вроде пятиконечной звезды с облезшей краской.
Увидев "место происшествия", Дена присвистнул: похоже, прочесывать придется куда большую территорию, чем думалось. Однако нам опять повезло. Вовка показал, где они увидели тварей, и там остались их следы, ведущие в здоровое здание чуть на отшибе от всех остальных. И, судя по следам, одна из тварей подволакивала ногу.
Хлопки дверей машины, быстрый перекур. Мальчишка восхищенно крутил головой и просил "подержать" Сайгу у Дены. Я думала, меня, как и мальчишку, загонят в машину, но нет - к ногам полетела снаряга из багажника, а Саша ткнула пальцем в бетонное бревно у входа в цех, где когда-то висели ворота, а теперь была просто дырка:
- Сиди тут. Если до темноты не вернемся - отзвонись Сержанту, бери мальчишку и дуй на базу. Если он из джипа вылезать пообщаться начнет - дай ему по шее и загони обратно. Все ясно?
- Да.
И они ушли.
Вовка сидел в джипе, смотрел какие-то мультики и ел чипсы, нашедшиеся в багажнике. Было скучно. В оцеплении хоть поговорить есть с кем. Интересно, где оборотни? На чердак забились? Хотя, скорее, в подвал, если там не очень мокро.
Прозрачную предзимнюю тишину нарушило карканье вороны. Она пролетела почти над моей головой, сделала круг, приземлилась и стала что-то высматривать на асфальте между окурков. Я начала подмерзать. Прошла туда-сюда вдоль дырки ворот. Попрыгала на месте, дошла до угла, подула в ладони, повернулась было идти назад и обмерла. Метрах в двадцати от меня, опустив голову и широко расставив лапы, стоял оборотень. Его ноздри чуть раздувались, не привыкшие к дневному свету глаза были сощурены. Я свистнула, он дернулся на звук, подняв уродливую башку, и тогда я выстрелила в маленький белый треугольник на шее, туда, где она переходит в грудь. Он еще успел прыгнуть, и выстрелом его откинуло назад. И тут, словно эхо, донеслись выстрелы откуда-то из глубины здания, громыхнула граната. Вот и второго завалили. Удачно.
К тому времени, как остальные вернулись, я уже достала огнемет из багажника и успела дать по шее Вовке, рвавшемуся посмотреть на дохлого оборотня. Так что за появлением героических Охотников из руин, где они убили тварь, мальчишка следил, расплющив нос о стекло дверцы джипа.
- Что стреляла? К Олимпиаде тренировалась? Или комары налетели? - спросил Эдвар.
- Ага, комары. И еще какие, - мрачно ответила я. - Самый маленький за углом лежит.
Заглянув за угол, Саша сказала:
- Так вот он куда удрал... Это тот, хромой, - обернулась ко мне. - Молодец. Проверь, вроде канистра дезраствора в багажнике была, - и продолжила уже остальным. - Так, Дена, Серг, вы огнеметом по нашему пройдитесь, Алисе дольше объяснять будем где, я пока клыки у этого достану. Айна, мелкого возьми, пусть посмотрит на Алисиного оборотня, будет что рассказать. И лекцию прочитай, почему сюда до зимы ходить нельзя.
Абсолютно счастливого Вовку мы сдали с рук на руки родителям и вернулись в городские казармы. На Гатчину времени уже не осталось, а вот на праздник - очень даже. Как-никак, я убила первого оборотня и стала настоящим Охотником. На цепочке, где уже висело кольцо князя, появились клыки и хвостовой шип твари. Но вот поверить, что этот праздник - настоящий, я так и не смогла. Для радости чего-то не хватало.
Впрочем, когда я рассказывала об этом случае князю, я об этом не упомянула. Выслушав меня, князь сказал:
- Ты понимаешь, что это - совсем другое? - мягко спросил князь.
- Да, - неохотно согласилась я. - Понимаю. Он сам на меня вылетел. Я не успела испугаться.
- Значит, весной все же убьешь оборотня так, как это делают Охотники, - улыбнулся он. - Сама пойдешь к нему и убьешь, потому что ты так решила, а не потому что он свалился тебе на голову и решил тобой закусить. Хорошо, что ты отказалась от татуировки.
- Я не поэтому от нее отказалась, - мрачно сказала я. - Я не хочу делать татуировку. Мне ее не надо.
- Да? - и это "да" прозвучало уже с насмешкой. - Ну посмотрим.
МЫ ДУМАЛИ, ЭТО КОНЧИЛОСЬ: ДЕЛО ЕГОРОВА И ВАСИЛЬЕВА
12.12.2026 Кирилл Светлов.
Да-да. Я думал, мне уже никогда не придётся писать про "дело Егорова-Васильева".
Я в очередной раз ошибся. Причина - обычная русская наивная доверчивость, которую мне, кажется, уже не изжить до конца. Где-то в глубине души у меня еще живет вера, что у подлости властей есть какой-то предел, "не могут же они". И каждый раз убеждаюсь, что - могут, МОГУТ. Они ещё и не то могут.
Но по порядку. Краткое содержание предыдущих серий.
В июне 2024 года Дмитрий Васильев и Юрий Егоров были признаны виновными в неподобающих практиках. Что такое "неподобающие практики", досточтимые объясняют крайне расплывчато. Зато под эту марку убивают горожан по самым разным поводам. По хорошему, мирное население имело право ответить. Но имперская администрация очень заботится о нашей морали: нам нельзя ничего, что напоминало бы нам о том, как мы жили до оккупации, простите, присоединения. Значит, что? Значит, смерть любого сааланца надо вешать на какого-нибудь русского. Во-первых, это развивает ненависть к русским у титульной нации, что политически правильно. Во-вторых, русские не мстят: и не умеют, и государство за руки держит. Поэтому к любому трупу сааланца нужно приписать русского и его примерно наказать. Неважно, как далеко этот русский находился от погибшего гостя в момент смерти. Некромантия объяснит все!