Страница 56 из 74
- Почему ты остановился, гном? - оглянулся бог.
- Светлые себя не хорошо чувствуют в этом месте, - поежился Фарун.
Во взгляде светлоликого появилось понимание.
- Идем, Фарун, скоро это место станет лишь пылью.
Поднявшись к главным воротам, украшенным странным орнаментом больше напоминающим огненные смерчи, бог вновь остановился.
- В мое время такого не делали. Это и к лучшему, - расхохотался бог и открыл дверь.
В храме властвовала тишина и спокойствие. Здесь было почти безлюдно, лишь несколько темных стояли в углу и о чем-то тихо шептались.
Гном поежился. Ему не нравилось находиться в этом месте.
Грион прошел к круглому алтарю, расположенному в самом центре зала. Вокруг него пылало золотистое пламя служившее ограждением и защитой, но и оно не остановило бога. Он прошел словно через него, как будто просочился и с жадностью прижался к жертвеннику. Камень засветился. Подобно тому, как брошенный камень оставляет на рябь на воде темные всполохи стали появляться на его поверхности. Бог оживал, чувствуя, как сила наполняет его. Она бежала по его ладоням, прижатым к темному мрамору.
Сколько жизней и смертей питали этот камень? Сколько сил темных было вложено в него? Он скорее почувствовал, чем услышал крик гнома и лишь на минуту нехотя оторвался от алтаря только для того, чтобы одним своим желанием убить несколько темных, которые пытались схватить малорослика и приблизиться к воскресшему божеству. Раньше он мог больше, намного больше. Грион вновь обнял камень и блаженно зажмурился.
Сила закончилась неожиданно. Бог тоскливо посмотрел на круглый жертвенник и повернулся к бледному гному, который сидел в окружении тел темных.
- Теперь можно идти и к главе города, - брезгливо отряхивая одеяние, сказал Грион.
Фарун шел за своим господином и не мог прийти в себя. Если в замке темного гнома им пришлось использовать заклинания, и бог нуждался в его помощи, то тут он одним движением кисти убил достаточно сильных темных, причем всех в одно мгновение. Это поражало, восхищало и устрашало. Да, гном боялся своего спутника, но пытался это скрыть. Мало ли что могут пробудить такие опасные эмоции в этом чокнутом божестве?..
Сколько же мощи в этом божестве и на что он способен? Фарун взглянул на прекрасного мужчину и не смог оторвать взгляд: в нем словно слились сила и красота.
Как только они приблизились к главным вратам раздался протяжный звук рога, остроконечная башня вспыхнула синим пламенем, из арки появились защитники.
Их пытались остановить сильные маги. В воздух взлетали огненные шары, сверкали молнии, вода принимала форму убийственных игл, а земля вспучивалась на пути двух нападающих.
Грион с легкостью отбивал их атаки. Когда маги приблизились на достаточное расстояние, он вытянул их силу вместе с жизнью и на землю падали посиневшие тела. Кого-то он убивал огнем, поджигая, как когда-то они поджигали светлых. На тех, кому стоило сгореть в огне мщения, гном указывал пальцем. Сейчас бог уже не был столь уверен в том, что светлый так уж плох. Фарун явно наслаждался тем, что происходило вокруг. В малорослике рождалось понимание «прекрасного». Огненные живые факелы и сопутствующие им крики умирающих больше не казались гному такими уж ужасными. Бог был рад. Он давно так не забавлялся.
Когда глава города вертелся сгорая на каменном полу, гном хохотал так же безумно, как и Грион.
Фарун Кассах чувствовал себя счастливым. Впервые за долгое время его распирала гордость. Он смог вызволить самого бога, стал его верным соратником - его помощником и тем, кто направляет его в новом мире. Ведь он зависит от Фаруна и доверять ему.
Гном сел на каменный трон города и закинув ноги на подлокотники, наблюдая, как последние стихийные маги умирают в муках.
- Что скажешь, гном? Теперь ты можешь считать себя отомщенным? - бог видел, как меняется светлый. Видел гордыню, проснувшуюся в маленьком маге. И это ему нравилось. Теперь он не чувствовал себя одиноким в этом странном новом мире.
- Да.
***
Солнце безбожно пекло. Пыль попадала в глаза, пыталась проникнуть в нос и рот, мешала видимости и продвижению. Сейчас конюх жалел, что теперь с ними нет воздушника. Пусть он и был верным псом Лише, но все равно не заслужил смерти на чужих берегах.
Соол ехал рядом с полуэльфом. Его еще немного потряхивало, но он не хотел оставаться в замке. К тому же демон еще с утра сообщил ему, что его присутствие обязательно. Скорее всего, виной тому сочувственный взгляд принцессы. Она оторвалась от своего светлого и подъехала к нему, как только для этого появилась возможность.
- Я уж думал, что вы меня не осчастливите своим вниманием, - поддел принцессу конюх.
- Не мели чушь. Как ты себя чувствуешь?
Роксана не была в восторге оттого, что отец приказал взять с собой Соола. Конюх еще не оправился после ранения, да и выздоравливали люди намного медленнее магов.
- Как будто меня пытались отравить. Но знаешь, Роксана, я рад. Теперь точно знаю, кому буду обязан смертью.
Конюх косо взглянул на мага. Тот ехал с непроницаемым выражением лица, украшенным синяками.
Принцесса тоже бросила мимолетный взгляд в сторону мага.
- Сам виноват. Его никто не просил нанимать убийцу.
- Это точно. Я вот точно не просил, - хмыкнул Соол.
Роксана улыбнулась.
- Теперь и не попросит. Так грубо сработано, - фыркнула девушка.
- Ну, спасибо. Это не он грубо сработал. Это я такой замечательный.
- Удачливый.
Соол лишь с тоской и возмущением взглянул на девушку, которая и не скрывала, как её забавляет этот разговор.