Обреченные

Я засунул руки в карманы джинсов и ждал, что она скажет. На самом деле, мне хотелось поскорее увидеть Кейли.

— У вас все хорошо? Расскажи, что случилось, — попросила она.

— Мы попали в аварию. К счастью все не так уж страшно, но Кейли пострадала.

— Мне так жаль. — Аарен сделала еще один шаг ко мне. — Сомневаюсь, что она захочет меня видеть.

— Так и есть, извини.

— Ничего, я понимаю. — Она подняла свои густо накрашенные ресницы и пристально посмотрела на меня. — Сможем ли мы хотя бы остаться друзьями?

Я пожал плечами.

— Все зависит от тебя, Аарен. Я думаю, это возможно. Спасибо, что приехала. Серьезно. Но мне нужно идти.

Она снова обняла меня и ушла вдоль коридора.

***

У Кейли был сильный жар.

В течение часа доктора сбивали ей температуру. Потом она уснула.

Зоуи, Оуэн, Лукас, папа и я – все мы толпились в палате, сменяя друг друга в кресле рядом с ней.

Около трех часов ночи Зоуи валилась с ног от недосыпания. Джек и Оуэн с трудом увели ее поспать в другой вип—палате. Я уговорил Лукаса поехать домой, пообещав, что буду звонить.

Когда мы с Кейли остались вдвоем, я взял книгу, которую отец привез по моей просьбе и стал тихо читать ее Кейли. Моя рука гладила ее красивые и мягкие волосы, которые стали еще светлее от пребывания на солнце. Кожа стала такой бледной и прозрачной, что я даже боялся к ней прикоснуться. Под глазами залегли темные круги. Это не портило ее. Она была сейчас так уязвима и красива. У нее были темные брови и ресницы, несмотря на очень светлые волосы. И на бледном лице они казались еще темнее.

— Продолжай, — вдруг сказала она слабым голосом.

Я привстал, отложив книгу, и прижался губами к ее мягкой щеке.

— Как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно. Ты читал мне.

— Ты слышала?

— Каждое слово. Это моя любимая история.

— В детстве ты плакала над этой книгой. — Я легко коснулся ее губ.

— Мне было жаль Марчиали, — с закрытыми глазами шептала Кейли.

— Хорошо, что он стал королем.

Она мягко устало улыбнулась.

— Не путай. В фильме все перекроили. Давай посмотрим завтра этот фильм. 

— Обязательно посмотрим, — пообещал я. Все что угодно.

— Поцелуй меня, — тихо попросила Кейли.

Я накрыл ее губы. Кейли облегченно вздохнула и запустила руки мне в волосы, углубляя поцелуй.

— Я хочу быть твоей женой, Картер, — внезапно произнесла она после поцелуя.

Либо у нее бред, либо она так жестоко шутит. Я осторожно забрался на больничную кровать и пристроился рядом. Приподняв белую рубашку, я снова стал гладить ее плоский живот.

Ее ресницы затрепетали, будто она хотела заплакать.

— Что такое, чертенок?

— Почему ты ничего не ответил? Ты не хочешь?

Я приподнялся на руке и пристально вгляделся в ее ярко-голубые глаза. Они блестели от слез, и нет, она не бредила.

— Глупая, — прошептал я. — Как я могу этого не хотеть. Но тебе всего восемнадцать.

— Мне скоро девятнадцать, — возразила она. — Картер, ты думаешь, я передумаю? Думаешь, что снова испугаюсь?

Я молчал. Да, я этого боялся больше всего на свете, но озвучивать не хотел.

— У нас все по-другому, — вновь сказала она. — У нас никогда не было свиданий. Мы выросли вместе, и прошли немало препятствий. Когда я пойду в колледж, я хочу носить фамилию Майлс-Холмес. Хочу быть твоей, по-настоящему. И плевать, сколько мне лет.

«Хочу» Кейли действуют на меня определенным образом. Я всегда делал то, о чем она просила. Но сейчас она проснулась среди ночи и просит на ней жениться. В ее глазах стояла мольба.

— Это слишком серьезно, Кейли. Ведь я соглашусь. Я женюсь на тебе и никогда не дам развода. Ты должна понимать, что ты делаешь.

— Я много думала об этом. Поверь мне. И это не способ, чтобы показать, что я взрослая.

Она изменилась. Эта авария и выкидыш оказали на нее определенное влияние. Она многое поняла и осознала, но это предложение слишком удивило меня.

— Это вообще никакой не способ, — продолжала она. — Просто я люблю тебя.

Кейли никогда мне не говорила этих слов. Еще один гром среди ясного неба.

— И я тебя, чертенок. Всегда любил.

Она притянула меня к себе, и я поцеловал ее. На этот раз со всей любовью и страстью, на которую был только способен.