Обреченные

Почти все утро я провел с телефоном в руке. Доктор сказал, что меня смогут скоро выписать. Сначала я помчусь в Лос-Анджелес и переведусь на последний учебный год в Сан-Диего. Это я решил почти сразу, как понял, что мы с Кейли теперь будет вместе. По-настоящему. Возникнет немало проблем. Особенно с Зоуи. Было бы разумнее увезти ее подальше от родительской опеки. Но обсудив все с Лукасом, мы решили, что из-за случая с выкидышем ей нужно побыть с матерью, хотя бы этот год.

Как только мои мысли возвращались к нашему ребенку, сердце сжималось в груди, а боль становилась такой невыносимой, что затрудняло дыхание.

Кейли винит себя, но я-то прекрасно понимаю, что вся вина за случившееся лежит на мне. Я бы нисколько не жалел, узнай, что она ждет ребенка. Я бы пережил сколько угодно неприязни, но я был бы счастлив. Мы натворили кучу ошибок, и теперь я намерен исправить свои. Кейли все же маленькая и избалованная девушка, которая {уже} учится на своих ошибках. И я так сильно ее люблю, что готов пойти на что угодно. Отказаться ради нее от чего угодно.

Я сидел в кафетерии больницы и пил кофе. В кармане джинсов завибрировал телефон.

— Да.

— Картер, дружище, ты в порядке? — раздался взволнованный голос моего босса.

— Со мной все хорошо, Хендрик. Спасибо.

— Слушай, извини. Я в Лос-Анджелесе и узнал только что.

— Все в порядке. Я понимаю. Не волнуйся об этом. Я думал тебе позвонить, потому что нам нужно поговорить.

Хендрик молчал, а я ждал, когда он заговорит. Я понимаю, что ему надоели мои метания. Но для меня это серьезно. Уехать я не могу.

— Ты никуда не едешь, да? — наконец, подал он голос.

— Извини меня, приятель. Но у меня есть причины.

Он вздохнул.

— Вечером я прилечу в Сан-Диего и буду у тебя. В какой ты больнице?

— Госпиталь Алварадо. Но я не изменю решения. Не в этот раз.

— Знаю, — буркнул он. — Но навестить-то тебя можно? С цветами, конфетами и прочей ерундой.

Я рассмеялся.

— Конечно. До встречи.

Он поймет. Хендрик друг и он все поймет.

Допив свой кофе, я положил телефон в карман и вышел из кафетерия. Сначала в госпиталь порывались папарацци, но охрана легко с ними справилась. Газеты уже пестрели об аварии, жертвой которой стала дочь Оуэна Колдуэла. Поэтому Оуэн принял все меры, чтобы никто из прессы и телевидения не появлялся тут за подробностями.

Я думал обо всем этом, когда шел по коридорам клиники к лифту. Случайно мой взгляд упал на парня, сидящего на диване возле выхода на парковку. Я сразу узнал в нем того самого Макса, друга Кейли. Парня, который целовал мою любимую. И он был здесь.

В одной руке он держал куртку, в другой — телефон, по которому разговаривал. Он поймал мой взгляд и какое-то время мы смотрели друг на друга. Было глупо вот так стоять и пялиться, поэтому, сделав шаг в его сторону, я стал медленно приближаться.

Макс быстро попрощался и встал, ожидая меня.

— Ты Картер, — сказал он. Это не было вопросом. Он знал меня. И знал нашу историю с Кейли. В этом я мог не сомневаться. И я не хотел выглядеть ревнивым парнем. Поэтому я всеми силами постарался убить в себе ревность и пожал его протянутую мне руку.

— Ты Макс.

Он неуверенно улыбнулся.

— Я уже уезжаю, у меня скоро самолет.

— Спасибо, что навестил ее, — сказал я.

Да, разговор не клеился. Мы друг друга не знали, и в нем я видел своего рода соперника, которого не видел даже в Брэдли.

— Да. Я должен был.

Очередное неловкое молчание. Мне нужно уйти, и я хотел этого, но этот парень стал многим для Кейли. Он был рядом с ней, когда я и Лукас злились на нее. И он стал ее другом.

— Послушай, Макс, — начал я. — Я знаю все, что произошло между тобой и Кейли.

Он выглядел удивленным.

— Что ж, это было ошибкой.

Кивком головы я охотно подтвердил его слова.

— Я дико ревную и поверь мне, то, что я сейчас невозмутим, ничего не значит. Мне хочется свернуть тебе шею.

Сначала Макс посмотрел на меня, потом его взгляд переместился в сторону.

— У меня было такое же чувство по отношению к тебе, когда она плакала.

Мои внутренности начали плавиться. Этот незнакомый парень видел ее слезы. Утешал ее, когда это должен был быть я.

В этом нет никакой логики. Она плакала именно из-за меня.

— Но я быстро понял, что между вами это было всегда. И будет не раз, потому что это любовь, черт возьми. Не мне быть третьим лишним. Я просто друг. Тебе придется принять меня.

Этому парню наглости не занимать. Но его слова успокоили бушевавшую во мне бурю, и разум вернулся на место дикой ревности.

— Согласен. Ты ее первый друг.

Макс улыбнулся.

— Кейли сказала мне то же самое. Еще увидимся, Картер.

Я кивнул, и мы снова пожали друг другу руки.

***

Подходя к палате Кейли, я молился, чтобы Зоуи не оказалось там. Я был равнодушен к ее презрению, но от него я просто устал. С другого конца коридора вывернула Аарен. Увидев меня, она прибавила шаг.

— Картер.

Ее руки обвили мою шею, и она прижалась ко мне всем телом.

— Прости, что я не приехала сразу, - отпуская меня из захвата своих рук, сказала она.

— Ты работала, понимаю.

Я не хотел, чтобы мой ответ звучал с каким-то подтекстом, но получилось именно так. Аарен опустила глаза, разглядывая свои серебристые шпильки. Раньше она так не одевалась. Слишком короткий топ и слишком высокие каблуки. Аарен была хорошим другом, но я был в ней разочарован, и мне потребуется немало времени, чтобы смириться с тем, что она творила со своей жизнью.