Обреченные

Как только эти его слова сорвались с его губ, я заплакала. Он тут же оказался рядом. Я плакала, цепляясь за его футболку, и крепче прижимала к себе.

— Прости, прости…я такая дура. Я ничего не знала.

— Тише тише.

Он вытирал мои слезы и что-то нежно шептал. Когда Картер рядом, я прекращаю сдерживаться. Все мои маски слетают с лица, и все эмоции выходят наружу: боль, гнев, стыд. Я чувствую себя самой собой.

Он задрал на мне больничную рубашку и стал покрывать поцелуями мой живот.

— У нас будет еще, — шептал он. — И в следующий раз я сберегу вас.

Его поцелуи и слова ранили и исцеляли в одно время.

— Ты не оставишь меня? — сквозь слезы спросила я.

Картер поднял лицо и покачал головой.

— Никогда, Кейли. Никогда я тебя не оставлю.

Лукас появился чуть позже. С ним была Эмили и я надеялась, что они тоже решили все свои недомолвки. Но интересоваться этим у меня сейчас не было сил. Тело все еще болело. Самую тугую и ноющую боль я чувствовала в области низа живота. И это пугало.

— Оуэн вернулся в Ла Хойя, — шепнул мне Лукас, когда Картер вышел, а Эм говорила по телефону.

— Слава богу. — Я облегченно вздохнула. Хоть что-то действительно приятное.

— Совсем недавно я думала совершить безумную вещь, которая бы их снова свела вместе, — сказала я.

Лукас посмотрела на меня укоризненно, сведя брови.

— Не такую, — быстро поправилась я. — Это я не планировала.

— Все будет хорошо, крошка. – Лукас прикоснулся губами к моему лбу. — Тебе больно?

— Все в порядке, — солгала я. — Вы уже связались с миссис Бейтс?

Я ужасно переживала, что пропускаю первый семестр своего первого года в колледже. Я так долго этого ждала. Это еще одна причина, которая сводила меня с ума.

— Не волнуйся. Мама решила этот вопрос. Ты умная и все догонишь.

Я подарила брату слабую улыбку и закрыла глаза.

Когда я их открыла, то подумала, что все еще сплю.

Напротив моей кровати в кожаном кресле сидел Макс. Скрестив руки, он положил на них голову. В комнате было ужасно душно. Кондиционер мне не включали, так как моя температура скакала с бешеной скоростью. Несмотря на духоту, Макс сидел в кожаной куртке, под которой четко очерчивались его сильные руки.

— Эй, Бруклин. Тебе не жарко?

Макс поднял голову и вперился в меня испуганными глазами. Я улыбнулась ему, и слабая улыбка поползла по его лицу.

— Кейли.

Стараясь не причинять мне боли, Макс осторожно обнял меня. Его волосы отросли за это короткое время, что мы не виделись.

— Как ты узнал? — спросила я, когда Макс вернулся в кресло.

— Я звонил тебе, но ты не отвечала. Тогда я написал твоему брату. Он попросил номер и перезвонил. Но, похоже, не ожидал меня здесь увидеть через семь часов.

— Ты прилетел сразу же, как узнал?

Макс кивнул.

— Даже не переоделся.

Я не знала, что ответить. Кажется, мы знакомы целую вечность. Его присутствие и такой порыв очень много для меня значат. Я просто надеюсь, что Картер все поймет.

Я протянула ему руку, и он накрыл ее своей теплой ладонью.

— Расскажи мне все, — попросил Макс.

Рассказ не был длинным, поэтому через несколько минут Макс уже знал все.

— Кейли…

— Не надо, - перебила его я. — Никто не знал. Я сама не знала, даже не догадывалась. Так что мне даже трудно скорбеть.

Макс как-то странно посмотрел на меня.

— Это жестоко, знаю, — вздохнув, продолжила я. — Но я не могу впихнуть себе в голову мысль о том, что носила ребенка. Не могу поверить.

— Понимаю. — Макс кивнул. — Если не хочешь, мы не будем говорить об этом.

Но я злилась на себя за то, что не могу об этом поговорить. Я должна. Вина за все то, что произошло, растет во мне с каждым часом. Я едва нахожу силы разговаривать с гинекологом, и каждый раз, когда мои родные начинают спрашивать об этом, я выжата как лимон. И просто не отвечаю. Моя проблема в том, что я не могу понять, что я чувствую по этому поводу. Если за ссору и аварию, меня съедает вина, то беременность и выкидыш – полная пустота.

— Как у вас с Картером? — осторожно спросил Макс.

— Как бы паршиво это не звучало, но произошедшее сделало нас единым целым. Мы ни за что теперь не расстанемся.

— Я так рад за тебя.

В его карих глазах читалась грусть. Я боялась спросить, с чем она связана. Я все еще помню наш разговор в туалете, когда мы едва не совершила ошибку.

— Спасибо. Спасибо, что ты здесь. Ты не представляешь, как много это для меня значит, — сказала я.

Макс провел рукой по своим светлым волосам и кивнул.

— Мой рейс через два часа. Мне нужно вернуться в Нью-Йорк.

— Так скоро? Боже, тебе не нужно было прилетать.

— Мне нужно было тебя увидеть.

— Макс…

— Нет, послушай. — Его лицо стало таким серьезным, каким я ни разу его не видела. — Я натворил кучу глупостей и ошибок, и еще натворю немало. Встреча с тобой что-то во мне изменила. Но, — он глубоко вздохнул. — Я прекрасно понимаю, что ты и я – это не реально. Потому что мы оба шизанутые, и сделали бы друг друга несчастными. И я рад, что у меня есть твоя дружба.