Страница 19 из 44
Когда пришло время из приюта выпускаться, то никто не знал, что с Ардаком Ралиным делать. В тюрьму он идти не собирался, а рекомендовать его в приличное место - да вы с ума сошли! Церела, да в приличное место! Выход был найден. Ардака направили в военное училище - была в них квота на выпускников приютов. Естественно, не в то училище, в которое поступают с целью сделать армейскую карьеру. "Пехотная школа" выпускала младших лейтенантов, которым светило выйти на пенсию (если не сопьются и не повесятся с тоски) капитаном, не более. Служили выпускники этого училища (оно, в отличие от многих других, не давало высшего образования) в самых глухих местах, на самых низших должностях. Но ведь надо же и там кому-то лямку тянуть?
***
Училище Ралин закончил не имея оценок ниже "отлично" Это был единственный случай в истории Рении, когда выпускник с такими оценками не получил золотой медали, внеочередного звания и направления в столичный гарнизон. Обо всех этих плюшках все как-то хором позабыли. Поехал младший лейтенант в такое место, дальше которого ехать было просто некуда - там материк кончался. Из всех достижений цивилизации в этой глуши была только колония для самых неисправимых преступников, да поселок рыбаков. Ну, и полк, в котором Ралину предстояло служить. Зачем в таком месте полк? А чтоб был!
Спустя пару лет, после появления на краю света молодого офицера, в этот полк прибыла комиссия из округа. Бывает и такое. Надо же, хоть изредка, проверять и такие далекие гарнизоны - вдруг их там уже всех медведи съели?
Комиссия, раздраженная уже тем, что им пришлось переться черти куда, обнаружила в этом полку странные вещи. В основном, все было, как и ожидалось. Солдаты в обтрепанной форме, офицеры с опухшими лицами, казармы со щелями в палец. За исключением одной роты. Ее командир, многоопытный старший лейтенант преклонного возраста, считал дни до пенсии. Он умудрился так ловко забить на службу, что даже на приезд комиссии не соизволил появиться в части. Болен был. Наверно - воспалением хитрости. Второй, не менее опытный офицер этой роты ушел в такой глубокий запой, что, глядя на него, непонятно было жив он еще, или уже нет. В любом случае разум в его оловянных глазах отсутствовал. А вот временно исполняющий обязанности командира второй роты младший лейтенант Ралин был бодр, подтянут и энергичен. Барак его роты, называемый тут казармой, был покрашен, помыт и радовал глаз любого истинного военного выровненными и идеально заправленными койками. Солдаты с удивительно толстыми мордами щеголяли в новенькой форме (откуда взяли-то?) Их строевая подготовка заставила членов комиссии одобрительно кивать головой. Когда выяснилось, что военнослужащие этой роты умеют не только тянуть носок на плацу, но еще и бегают, прыгают, стреляют и окапываются, то члены комиссии хором подумали о галлюцинациях. Массовых. Попытки разобраться, в чем тут дело, ни к чему не привели. Командир полка, стоя по стойке смирно и покачиваясь, дышал на комиссию перегаром и бубнил "Так точно!", "Никак нет!" Никаких других слов то него добиться не смогли, забыл наверное... Полковой интендант, при упоминании фамилии "Ралин" вдруг побелел, закрыл голову руками и с криком "Нет! Не надо!" попытался спрятаться под столом. Сам младший лейтенант преданно ел глазами начальство и на все вопросы отвечал "Служу по уставу. Собираюсь завоевать честь и славу" Комиссия решила голову себе не ломать, а просто отметить, что видела чудо чудное и диво дивное. Бывает. Младшего лейтенанта со странной внешностью (на церела, прости господи, похож!) запомнили. Командующему округом о таком курьезе, как полностью боеготовая рота, со смехом рассказали. И когда из самых верхов пришла указивка о направлении от каждого округа взвода на всеармейский смотр-конкурс, он про этот случай вспомнил. Лейтенант Ралин (негоже командиру лучшего взвода округа ходить младшим) отправился со своими солдатами на центральный полигон, где, в присутствии самого высокого начальства и должно было происходить данное действо.
Когда взвод из занюханного Северо- Восточного Великоокеанского Округа в этом конкурсе победил, то это вызвало удивление, но не очень сильное. Бывало уже такое. Амбициозный и грамотный командир, толковые солдатики, а главное, очень сильная мотивация. Это в столичном округе зажрались, а в дальних гарнизонах всегда есть желающие поправить свою судьбу. Но вот когда все приказы о поощрениях были уже подписаны - на поверхность выплыло происхождение лейтенанта. Уже старшего лейтенанта, за победу в конкурсе внеочередное звание присваивалось автоматически. "Он, что, и правда церел? Да не может такого быть!" Конечно, отменять приказы высокого начальства никто не стал. Но, любой приказ можно выполнить очень по-разному. С Крайнего Севера Ардак Ралин поехал на самую южную границу. Вместо бескрайней, плоской, как стол, заснеженной тундры, теперь вокруг были горы. Такие же безлюдные. Звание капитана Ралин получил находясь в должности командира роты. Выслуга на очередное звание подошла и шестеренки бюрократической машины провернулись совершенно автоматически. Естественно, что в реальности ему приходилось командовать всем отдельным батальоном - в дальних гарнизонах, что на севере, что на юге, офицеры кладут на службу "с прибором" совершенно одинаково.
Когда в горах пошли дожди и под угрозой наводнения надо было эвакуировать население, капитан Ралин не стал дожидаться приказа. Он поднял батальон по тревоге и ускоренным маршем вышел на помощь. Операция прошла более, чем успешно. О том, как спасли кучу народа, а солдаты и офицеры, стоя по колено в воде передавали детей из рук в руки взахлеб писали газеты. Губернатор был обласкан на самом верху и получил Высший Орден Государства. Командующий округом теперь размышлял над покупкой нового дома в столице - перевели с повышением. Майор Ралин к внеочередному званию добавил медаль и ревматизм - вода была холодной. Ну, и еще то, что в горных селениях ему старики теперь кланялись.
***
Спустя какое-то время майор Ралин взял и опять учудил - подал документы в Академию. Поначалу, его хотели завернуть, без объяснения причин (что тут объяснять-то? И так все ясно!), но посмотрев на анкету, документы приняли. "У него же за плечами только Пехотная Школа. Он, небось, и читает-то по слогам. Вот мы его на экзаменах и макнем мордой в грязь! Позлорадствуем, получим массу удовольствия...Все, развлечение..." Вступительные экзамены Ардак Ралин сдал на отлично. То, что на них ему задавали вопросы, подходящие, скорее для экзаменов выпускных, его не удивило и не огорчило - он был к этому готов. Блестяще законченная Академия принесла ему звание подполковника и назначение в полк на границу. Теперь уже на юго-восточную - в Рении хватало глухих мест. Там стоял Второй Равшанский полк - часть со славной историей и совершенно безобразным настоящим. Полк был укомплектован, дай бог наполовину. Находящийся в дикой глуши он мог выполнять только одну функцию - быть местом ссылки для слишком умных. А также дураков, пьяниц и дебоширов. Стремительная карьера молодого выскочки, казалось, навсегда затормозилась. Служить бы ему так и служить, да уйти на пенсию полковником, оставшись в истории единственным в Рении офицером - церелом. Но тут случился Маламарский Бунт.