Амнезия

— Слава Богу! Не забивай свою хорошенькую головку всякой ерундой.

— Надеюсь, медовый месяц на индийском побережье будет способствовать ухудшению моей памяти! Я всегда страдала тотальной забывчивостью!

— А теперь ты будешь ею наслаждаться?

— Постараюсь! Две недели — огромный срок… А благотворительные вечера — мне больше посещать не придется! Ни за что бы не хотела — даже случайно встретиться с этим человеком… Никогда!

— Не драматизируй, зайчик! Шансов случайно встретиться — у вас, на самом деле, очень мало.

В светлых глазах — вспыхнули веселые искры.

— Да он, наверное, быстро все забудет! Мужчины редко придают значение подобным эпизодам в своей жизни… Правда, Сонь? Ну, разве в состоянии они вспомнить лицо женщины, с которой у них был секс? И — один раз! И — так поспешно…

— Мне почему-то кажется, что тут все немного… по-другому…

— Да нет же, Сонь!

Порывистый жест — тонкой руки.

— Всё примитивно и банально — до безобразия! И самое поганое — это даже не то, что я повелась… Самое поганое — что мозг отключился напрочь! Не я сама — позволила себе потерять голову… Списать даже не на что, прикинь? Трезвая была. В здравом уме… А оказалось, что ум — это не мой конёк…

— Знаешь, что самое интересное в твоих душевных судорогах?

— И что же?

— Ты ни разу не сказала: «Ах, а как я посмотрю в глаза Толику?!»

Она замерла на мгновенье — девушка с растрёпанными волосами. Сидящая на больничной кушетке рядом с белым столом. В вечернем платье с безнадежно помятой юбкой.

— Я все равно — выйду за него, Сонь…

— Я так и подумала…

Они расстались — на выходе. У такси — перед крыльцом больницы.

— Спасибо, Сонь… Я это говорю в миллионный раз… Наверное — скажу ещё столько же.

— Не за что, зайчик… Счастья тебе и роскошного медового месяца!

— И забыть сегодняшний вечер как плохой сон!

— И это — тоже!

Прощальный чмок в щеку — и такси увозит её в ночной город. Хрупкую девушку в помятом вечернем платье. Со странными искрами в глубине светлых глаз. Оставляя позади и серое здание больницы. И подругу с волосами цвета меди.

И бурю эмоций.

И — запах мужчины из темноты.

— Значит, уже летит к индийскому побережью?

— Так точно, Эльдар Владимирович! Медовый месяц и всё такое…

— Я все понял… Ты можешь быть свободен, Сергей.

— Все сведения — в этой папке.

Кусок прозрачного пластика на столе — тоненькое досье на вчерашнюю женщину. Нику… Странное имя - но другое ей и не подошло бы.

Чашка остывающего кофе в сильной руке. Тяжелые шаги к открытому окну. Она сумела выбить его из колеи — эта маленькая Ника. И подтверждение тому - его вчерашнее бешенство. От осознания - что она сбежала. А он даже не спросил её имени. И его почти бессонная ночь на диване в кабинете. И желание узнать о ней всё. И мгновенное отрезвление - от полученной информации.

Он заметил её в толпе — мгновенно. Как снайпер выхватывает свою жертву из скопления людей. В объектив оптического прицела. Пепельные волосы и грациозную линию плеч. А потом он встретился с ней глазами. И его накрыло — словно волной. Заставляя забиться в неровном ритме сердце. От чуть испуганного светлого взгляда и полуоткрытых нежных губ.

«Хочу её!».

Он хорошо умел переводить в слова свои эмоции. И называть вещи своими именами. Он завелся с пол-оборота. Как когда-то давно. В юности. В другой жизни. Он не отрывал от неё глаз пока она о чем-то разговаривала со своей яркой спутницей. Пока она улыбалась каким-то людям, подходившим к ней. Пока она подносила к губам высокий бокал с шампанским. Он едва дождался, когда заиграет музыка. Прекрасный повод познакомиться — пригласить её на танец. Он так торопился прикоснуться к ней, что даже не расслышал её ответа. И он все равно бы не отпустил её. Даже если б она отказала. Но она уже танцевала с ним — положив маленькую руку на его плечо. Он смотрел сверху на длинные загнутые ресницы. Вдыхал её волнующий запах. И его мысли с завидной скоростью устремились куда–то вниз. Прочь — из головы. И его пульс — гулко застучал в висках. Заглушая — звуки музыки. Заглушая — звуки толпы.

«Хочу тебя!».

Она упорно не поднимала на него глаз — эта женщина-искушение. Кажется, ему даже пришлось выдавить из себя пару слов. Чтобы услышать её голос в ответ. Чтобы еще раз увидеть розовые губы. И светлые глаза. До странности — светлые глаза. И так мучительно близко. А потом от его непроизвольного движения её маленькая рука скользнула по шелковой ткани торжественного смокинга. Заставляя напрячься сильным мышцам на его широкой груди. И он инстинктивно прижал её к своему телу. Женщину-искушение. Искушение — только для него.

«Хочу тебя!»

И, замирая, он почувствовал вдруг её реакцию в ответ. Реакцию — её тела. «Посмотри на меня!». Её взгляд — как подтверждение. Растерянный взгляд — светлых глаз. Такой беспомощный и зовущий. Последняя капля — в захлестнувшем его потоке. А потом он вел её сквозь танцующие пары. Ощущая тяжесть удивительного тела, безвольно повисшего на его руке. Только бы она не очнулась! Только бы не пришла в себя! До того как он получит её. До того как отпустит эта боль в паху. До того как его сознание обретёт привычную четкость.

Его автопилот — сработал безотказно. И они оказались в маленькой темной комнате с широким подоконником. Единственной горизонтальной поверхностью — в душной темноте.

— Какая ты…

Её тихий стон - последнее, что он услышал. Перед тем - как одним движением поднять её узкую юбку.

«Моя!».

Остывающая чашка кофе в сильной руке. Он не был дураком в отношениях с женщинами. Никогда. Не совершал безумных поступков. Не терял голову. Нет — он, конечно, любил. Влюблялся — неоднократно. Испытывал — страсть. Но это никогда не заслоняло всего остального. Никогда не мешало его хорошо отлаженной жизни. С большим трудом — отлаженной жизни.

И уж конечно он презрительно относился к случайным связям.

Таким — как накануне с этой маленькой Никой.

Искренне считая, что проще заплатить проститутке. Что торопливый секс в туалете ночного клуба — вариант для подростков. Плотно сидящих на кокаине. Искренне считая, что невозможно потерять голову. Из-за женщины. Из-за незнакомой женщины. Из-за близости с ней.

Он потерял.

Ненадолго — ровно до того момента, как пришла информация на неё.

На Нику.

На обычную сучку - решившую развлечься перед свадьбой. Так получилось, что она развлеклась с ним. И он сам сделал ей шаг навстречу. Первый шаг. А ведь в какой-то момент — он поплыл. От смуглой кожи и дурманящего запаха. От светлых глаз и завитков волос на шее. Поплыл до такой степени, что собрался отвезти её к себе домой. Он хотел продолжения и все остальное отошло на второй план.

И его запланированная речь в конференц-зале, и дальнейший ужин — с подругой. С речью он справился почти машинально. А вот Ольгу — обидел. Обидел близкого человека. Близкого — на протяжении последних двух лет. Обидел — из-за иллюзии. Из-за странного помутнения ума. Из-за призрака в узком платье. Мгновенно умчавшегося в ночь. Едва он только отвернулся. Едва ослабил — внимание. Едва отвлекся — на реальность.