Сердце демона

— И всё же… — он повторил вопрос. Замечая, как сверкают её глаза. Как серебро медленно плавится и перекатывается в радужках её глаз. Она как-то неуловимо изменилась за те несколько часов, что они тут провели.

Она продолжала на него смотреть, словно взвешивая, решая. Сказать ему или нет. Поделиться или оставить в тайне. Он терпеливо ждал. И она решилась.

— А я могу задать вам личный вопрос? — она коснулась в непроизвольном жесте лацкана его пиджака, слегка расправляя, проходясь легко и невесомо по нему ладонью, и стряхивая несуществующую пылинку с его плеча.

Чёрные не оставляют надежды на спасение и предлагают размен ферзей. Размен был бы на руку чёрным, так как у них больше фигур. Однако Гроссмейстер не собирается давать соперникам шанса. Белый слон бьет ладью на D7. Чёрные отвечают конём, убирая белого слона — D7.

Самаэль замер. Её неосознанное, легкое и быстрое движение не вызвало в нем чувства отторжения. Более того. Оно было ему приятно. И это было странно. И неожиданно. Её движения — он не считал «фамильярными». Скорее - личными. Что поставило точку в его личной партии. Внутри себя самого. Давая четкое осознание, что выбранная цель - необходима. Отметая последние сомнения. Запуская - цепную реакцию. Отметая все возражения.

— Задавайте, — он улыбнулся и по привычке увлажнил нижнюю губу.

— В чём причина вражды между Фариа и Бегемотом?

Он расхохотался. Заставляя всех заинтересованных - оглянуться, подмечая момент.

— Думаю, спрашивать с чего вы взяли не стоит? — он аккуратно взял её под локоть, уводя её к стене.

— Не стоит. Просто ответьте.

— Ну, я бы не назвал это враждой. Скорее, ссора. Нечто мелкое, глупое и бессмысленное. Из-за пустяка. Из-за безделицы.

— Что не поделили Фариа и Бегемот?

Этот вопрос не давал ей покоя. Она мысленно перебрала уже все варианты. Вспоминая всё, что знала о Фариа, и всё что могла прочесть о Бегемоте.

— Конечно же людей. Целое государство. Бегемот приложил массу усилий - добиваясь атмосферы постоянного праздника. Того самого принципа - хлеба и зрелищ. Безудержного веселья и бьющей в глаза роскоши. Гладиаторских боёв на арене. И ночных вакханалий под звёздами. Любимое детище Бегемота…

Он с удовольствием погрузился в воспоминания.

— Фариа всегда высокомерно относился к Главному Виночерпию… Откровенно издеваясь над его предназначением… Считая, что он - развращает людей. Что укорачивает и, без того недолгий, человеческий век. И однажды просто поднял на войну варваров. Легко разрушив всё, что так упорно создавал демон плотских удовольствий…

— Всё так просто…

— Конечно - ничего сложного и необычного… Кроме - стертого с лица земли Вечного города. Разрушенной империи. И - озлобленного Главного Палача Ада. От одного имени Фариа - Бегемот долгое время впадал в ярость! Получить такую оплеуху - и от кого? От демона, который провел немало времени в его Раю.

— Так почему Бегемот так боится? Ведь он боится - я видела…

Он вздохнул, сводя на переносице брови.

— Он очень силён - наш Фариа… Силён ещё и уверенностью в себе. В своем предназначении… Почти никто - не способен играть с ним на равных.

— Даже - вы?

— Только - я.

Нимуэ замерла, восхищенно глядя на Самаэля. Фраза «Только - я» - как квинтэссенция всех её мыслей сегодня. Как факт - признание - того, что он реальная сила. Мощь, которая держит под контролем их всех. Зная - каждого. Не мешая им самовыражаться, но пресекая конфликты. Реальная власть, заключенная в одном существе. Прошедшем путь от древнего воина до Бога.

Дело сделано — чёрным светит мат в два хода, для чего осталось провести заключительную комбинацию. И белый ферзь стремительно проноситься по клеткам — В8.

Фариа осмотрел серокрылую с головы до ног. Словно видя впервые. Понимая - что она совсем иная. Тут, с существами, к которым привыкла и которые с ней приветливы. Не такая как с ним. Она не боится и не прячется. Она - дышит полной грудью, гордясь самой собой. Что делает её, бесспорно, привлекательнее. Интереснее. И теперь он понимал, что видели другие. То, чего не замечал он. Сравнивая и уничтожая. То, что просто требовало чуть более тщательного осмотра. Без сравнений. Как данность. Она - иная.

— О чём вы говорили с Бегемотом?

— О камнях, — её голос звучал иначе. Увереннее, сильнее.

— Со мной поделитесь?

— Поделюсь, — она улыбнулась ему открытой теплой улыбкой.

Он приподнял бровь в ожидании. Она лишь подошла ближе, глядя ему прямо в глаза и произнесла:

— Вы позволите? — и не дожидаясь его ответа увлекла его к выступу в стене.

И он в который раз заметил, что её прикосновения - ему не чужды. Они отзываются глухими ударами его спокойного сердца. Поднимают спящих демонов с самых глубин его тёмной души.

— Мы говорили о красоте и её восприятии. О цене и ценности. Об антураже и о сути. О том, что красота - в глазах смотрящего, а ценность - в душевном отклике. И что истинная красота - идеальный баланс между этими понятиями.

— И что красота для вас?

— Это то, что заставит душу трепетать от эмоций. От прикосновений. От ощущений. Красота в моем понимании не бывает бездушной, холодной. И прозрачной. Иначе - это не красота. Это - лишь оболочка. Антураж. Фальшивые декорации.

— И что заставляет трепетать вашу душу?

— Много чего. Но думаю, вам это будет не интересно, — она улыбнулась.

— Почему?

— Потому что я, по вашему мнению, лишь серокрылое существо. Мимолетное видение. То - что не достойно вашего пристального внимания.

Она говорила его фразы его же словами. А он, почему-то, чувствовал диссонанс. Между его словами - и тем, что он чувствовал сейчас. Понимая, что всё изменилось. Он сам - изменился. Пережил, переборол, вышел победителем. Но смог бы он сделать это без неё? Без её присутствия в его жизни? И как ли уж случайно - само её присутствие в его жизни? И готов ли он пойти дальше?

Добровольная жертва ферзя была основана на точном расчете! Чёрный конь легко вывел белую королеву из игры встав на клетку В8. Однако, белая ладья стремительным проходом с D1 на D8 поставила уверенный шах и мат в этой партии, встав рядом с чёрным королем. Подкрепляя свою угрозу белым слоном, стоявшим на клетке G5.

Принимая новый бокал из рук Бегемота, Самаэль окинул взглядом пещеру. Замечая сына, который скрываясь за разговором с одной из ангелов, пристально наблюдал за стоящими в стороне Фариа и Непризнанной. Его глаза на автомате отыскали Нимуэ. Которая стояла у стены, оперевшись на неё плечом и точно также пристально наблюдавшей за Фариа. Его собственная память тут же подкинула ему горящий взгляд самого Фариа, обращенный на серые крылья, в тот момент когда их обхаживал Бегемот.

Слишком много совпадений. Взглядов и мыслей. И одно важное понимание. Почему серые крылья удостоились её защиты.

— За какими крыльями наблюдаете? — его голос тихим шепотом коснулся её уха.

— За обоими, — она, не отвлекаясь, продолжала смотреть.