Сердце демона

— Вот и мучайся до вечера! — Вики легко коснулась его поцелуем и выскользнула из аудитории.

Она нашла Габи в библиотеке. Устроившись за самым дальним столом, она считывала воспоминания. Погружаясь в них полностью, слыша фразы, ловя ощущения. Ей повезло, что Габи большую часть вечера провела рядом с Нимуэ. Это позволило Вики увидеть всю картинку целиком. Вики с удивлением считывала эмоции Габи в тот вечер, так явно осознавая её страх за Нимуэ, так явно чувствуя её напряжение. Она несколько раз просмотрела сцену на диване с Барсафаэлем.

Вики отстранилась. Погружаясь в свои мысли. Понимая, что она должна знать что-то, что никак не могла уловить. Она повернулась к Габи и попросила её еще раз показать воспоминания, но более ранние. Габи была удивлена, но согласилась. Вики несколько раз просмотрела одно и тоже. Пытаясь уловить. Понять.

— Габи, еще раз…

— Виктория, может объясните мне в чем дело?

— Нет, сейчас не могу. Мне надо понять… Ещё раз…

И снова сцена у камина, снова страх, снова чувство волнения, потому что…

— Ты её чувствуешь! — Вики удивленно уставилась на Непризнанную. — Ты её чувствуешь! Верно?

— Кого?

— Габи, ты чувствуешь энергию Нимуэ?

— Да, — еле слышно произнесла Габи, опуская глаза.

— Вот оно! Вот, то что я не могла уловить! Это нелогично, непонятно, но ты чувствуешь! Как?

— Я не знаю, просто чувствую.

— Кого еще ты чувствуешь?

— Вас…

— Ещё…

— Фариа.

— Это прекрасно. Кого ещё? Геральд?

— Нет, его энергии я не чувствую.

— Ангел Фенцио?

— Немного, едва уловимо.

— Мисселина?

— Нет.

Вики задумалась. Каким-то странным образом Непризнанная чувствовала энергию, скрытую печатями. Это было невероятно. Такой способностью обладали лишь Сатана и Шепфа. Возможно кто-то еще, но она о таких не знала. Она была не так проста, как показалась сначала. Вики сосредоточилась.

— Ты сказала, что чувствуешь Фариа…

— Да, я его очень хорошо чувствую, так же как и вас. Та же Нимуэ звучит немного слабее. Но вас я чувствую хорошо.

— То есть ты не можешь чувствовать всех, но ощущаешь выборочно?

— Видимо, да. Это страшно?

— Что именно?

— Ну, то что я чувствую…

— Нет, это, видимо, твоя способность. Не бойся. Я подумаю над этим. Возможно, ты уникальна. Возможно, у тебя свое предназначение, мы это выясним, я обещаю.

— Хорошо.

— А сейчас еще раз покажи мне ужин…

— Что вы ищите?

— На ужине что-то произошло. Что-то, что повлияло на Нимуэ.

— На ужине демон влез ей в голову, в душу. Барсафаэль.

— Это я поняла. Я не могу понять, что он там нашел.

— Тут я не могу вам помочь, знаю лишь, что он вызвал мигрень. У неё болела голова.

— Барсафаэль демон мигрени. Это его стезя… Ну, да ладно. С этим я разберусь. Так ты чувствуешь Фариа? И что именно ты чувствуешь?

— У меня такое чувство, что он меня ненавидит. Не знаю почему. Но после встреч с ним мне очень не по себе, я плохо сплю…

— А вот тут поподробнее…

— После таких дней мне все время кажется, что его ладан душит меня ночами.

— Душит… Во сне… А потом? Утром?

— Потом, вроде, становится легче…

— Габи, я обещаю, я подумаю, как это взаимосвязано. Но. То, что ты его чувствуешь - это прекрасно. Ты можешь спокойно общаться с ним, настраиваясь на его волну, понимаешь? Мне потребовались месяцы, чтобы научиться его распознавать. Тебе — достаточно пары дней… Это идеально!

— Идеально для чего?

— Это просто идеально! — сказала Вики, прикусывая медленно самой себе язык. — Кстати. Ваше очередное свидание завтра в десять.

— Да?

— Угу. Разговор пойдет о скачках. Так что… тебе все карты в руки.

— Хорошо.

Вики покинула Непризнанную, унося с собой тяжелый груз воспоминаний. Понимая, что демон вскрыл что-то, что было запрятано глубоко внутри её белокрылой подруги. Знать бы что. Это что-то сильно повлияло на Нимуэ. Она стала как-то глуше, что ли. Словно её хорошенько огрели по голове, хотя после мигренистого демона это было неудивительно. Вики понимала, что в ближайшие дни она в Нимуэ не вцепится. Потому что той сейчас явно не до чего. Она будет сдерживать себя из последних сил. Потому что каким-то случайным образом в её голове поселилась мысль отправить Бессмертных на ипподром собственной матери. Это будет тяжело. Главное просто быть рядом и не дать Нимуэ сорваться. Особенно, после встречи с отцом. Дурацкая идея со скачками. Совершенно дурацкая! Знать бы, кто зародил в её голове эту мысль.

Вики в который раз ощутила острую нехватку демона в её жизни. Он бы сейчас как никто другой, выслушал бы все её тревоги и строго глядя в глаза сказал: «Виктория Уокер, выкинь бред из головы и проанализируй факты».

Ей так его не хватало. Не хватало их разговоров, их молчания. Не хватало его незримого присутствия в её жизни. Но с учетом того, что она узнала сегодня о Габи, она понимала, что поступила правильно. Что Габи именно та, кто сможет пробить броню. Обладая скрытым даром. Чувствуя его на расстоянии. Улавливая его эмоции. Выстраивая их общение. И когда он это прочувствует… Ох, Габи… Знала бы ты, что тебя ждет… Вики легко улыбнулась.

Она поднималась по белым ступеням Небесной канцелярии. Ставшей теперь ей такой знакомой. Каждый коридор. Каждая лестница. Практически каждый кабинет. Холодное здание, залитое холодными лучами солнца, которые теряли своё тепло проходя сквозь витражи. В обозримом будущем где-то здесь, на высших этажах ей будет выделен свой кабинет. Когда она закончит обучение. Когда полностью поступит в распоряжение Канцелярии. Хотела ли она этого? Навряд ли. Но она отчетливо понимала, что это лучше из того, что возможно. Она прекрасно знала, что здесь, в этом холоде, значительную роль играет не кто ты, а кто за тобой стоит. В этом плане Ад нравился ей гораздо больше. Там честнее относились к внутренней силе, давая возможность её развивать, и продвигаться. На Небесах все было иначе. Если у тебя не было поддержки, даже имей ты семь пядей во лбу, тебе ничего не светило. Кроме небольшой каморки под лестницей. И принимая решение, в тот злополучный день, она четко знала. Что возьмет всё, что могут ей предложить Небеса, включая и статус дочери, включая поддержку отца, включая поддержку тех, кто стоял за Авалоном.

Их отношения никогда не были простыми. Он неожиданно появился на острове, рассмотрел её пристально, подмечая всё, что ему было нужно. И вынес свой вердикт словами: «Тебе всё-таки удалось меня впечатлить», обращенными к её матери. И когда она поняла, что он её заберёт, бросив мать умирать, она собрала всю свою внутреннюю силу и высказала своё условие. Он две минуты обсуждал с ней сделку. Не церемонясь. Так же как и она. И неожиданно согласился. Лишь позже она поняла почему. В тот момент он прощупывал её. Считывал. На что она способна. И был внутренне рад, тому что увидел. Она говорила холодно, жестко и по существу. Пряча боль глубоко внутри, не давая почувствовать её никому. Даже самой себе. И ему понравилась эта холодность, эта расчетливость. Словно он увидел в ней что-то от себя. Однако он и тут оказался верен себе. Да, он давал всё, что просила Нимуэ. Но не здесь. На Земле. Убирая мать с её глаз, как помеху. Забирая дочь в свое единоправное пользование. Для своих планов. Для своих амбиций.

Какое-то время Нимуэ просто существовала, оправдывая свою безысходную тоску привыканием к новому месту. Испытывая по факту жгучее желание вырвать себе крылья и спуститься к матери. Но она понимала, что та все равно её не узнает. И никогда не поймет. И в какой-то день она пересилила себя. Встала, и забрала всё, что ей предложил отец. Лучших учителей, лучшие книги, лучших тренеров. Все, чтобы стать той, какой её мечтала видеть мать.