Осада

Это сделает мой дворец-сказала она.- То, как вы передаете ощущение стремительного спуска армии, используя крылья весераба для поддержки анклава, - это чистая магия. Но я нахожу намек на угрозу в том, как всадники расходятся веером внизу, как будто вы находите приход шадоваров немного пугающим. Вы очень проницательны, миледи. - Арис взглянул в сторону Ривалена, а затем добавил: - Если бы я сделал ту же самую скульптуру сегодня, в ней было бы больше, чем намек на угрозу. Действительно? - Мирмин нахмурилась. - У меня сложилось впечатление, что вы вполне довольны жизнью в городе Шейд. Как и мы, - спокойно сказал Ривален, - но мы понимаем, какими темпераментными могут быть художники. Если бы Арис был несчастлив, мы бы с радостью отправили его куда угодно. Ему не нужно было идти в пустыню с этими ворами. Мы не воры в этой комнате, - начал Галаэрон. Шадовары—Мирмин не просила тебя говорить - сказала принцесса Алусейр, поднимая руку, чтобы прервать его. Она подвинулась на краешек стула и обратилась к Ривалену: - Так что же они украли? Вангердагаст положил руку ей на плечо. - Принцесса, это дело не имеет никакого отношения к Кормиру.

Алусейр нахмурилась. - Они сейчас в Кормире, Ванги. Ее взгляд на мгновение скользнул в сторону Мирмин Ллал, затем снова обратился к принцу Ривалену. По крайней мере, я думаю, что это все еще Кормир.

- Шейд не признает никаких других притязаний на Арабель, - сказал Ривален, не поддаваясь на приманку, - и мы, конечно, будем очень благодарны, если вы вернете этих воров в Анклав Шейдов для суда Высочайшего. Алусейр продолжала наблюдать за принцем, и Галаэрон начал понимать, что в Арабеле происходит нечто большее, чем восстановление города—или, по крайней мере, этого опасалась Стальной Регент.

- Должна ли я спросить еще раз, принц? - спросила Алусейр. - Что они украли? Ривален на мгновение заколебался, затем указал на темное одеяло, накинутое на плечо Ариса. -Начнем с теневой мантии. А еще летающий диск и везераб ... о которых я знаю. Алусейр посмотрела на Руху. - Это правда?

По своей сути - сказала она. Я не была—

На самом деле, - настаивал Ривален. - Вы все были частью плана с самого начала. Малик во всем признался. Малик? - спросила Алусейр. - Может быть, это Малик эл Сами ин Насер, Серафим Лжи?

Ривален кивнул. - Презренный маленький человек, но хорошо известно, что проклятие Мистры не позволяет ему лгать. Он посмотрел в сторону Галаэрона и усмехнулся. Он был с Галаэроном, когда мы спасли его отряд из Страшного Леса. Мы должны были принять это как намек на то, чего ожидать, когда поймем, кто он.

Действительно-сказал Вангердагаст. - Я удивлен, что вы этого не сделали. Малик был схвачен при побеге? Это был не побег, - уточнил Ривален. - Пока они не начали воровать, они могли уйти в любое время.

Принцесса Алусейр, - сказала Руха, - если вы позволите ... —Я не позволю - сказала Алусейр, поднимая руку, чтобы заставить ведьму замолчать. - Говорит принц.

Лицо Рухи вытянулось, и Галаэрон понял, что она чувствует себя так же безнадежно, как и он. Он поймал ее взгляд и ободряюще улыбнулся. Невозможно было разглядеть, как она реагирует под своей вуалью. Когда Ривален не стал продолжать, Алусейр спросила: -Вам есть что добавить, принц? Может быть, они убили кого-то во время побега? Ривален на мгновение задумался, потом покачал головой:—Были некоторые травмы, но только у Малика, и он выжил. Их единственным преступлением в Анклаве Шейдов было воровство. Всевышний будет благодарен, когда они вернутся, чтобы ответить за это. Конечно, - сказала Алусейр. Она повернулась к Рухе. - Ты хочешь что-нибудь сказать, прежде чем я верну тебя принцу? Только то, что было бы ошибкой делать это в такой спешке. Руха посмотрела на Мирмин Ллал, ища поддержки, а затем опустила плечи, когда леди правительница отвела взгляд. Повернувшись к Алусейр, она начала: - Даю слово Арфиста.— Если позволите, - прервал Галаэрон. Даже в Эвереске он достаточно насмотрелся на политику, чтобы понять, что истина редко была самой ценной валютой в подобных дискуссиях. Обращаясь непосредственно к Алусейр, он сказал: - Дары шадоваров имеют свою цену.— Каждый дар имеет свою цену, - парировала Алусейр. - Если ты собираешься тратить время короны на такую ерунду, я отрежу тебе язык, прежде чем верну тебя Ривалену. Уверенность Галаэрона мгновением раньше исчезла. Он правильно оценил ситуацию—он был уверен в этом больше, чем, когда—либо, - но он не мог предвидеть, насколько проницательна на самом деле Стальной Регент и как быстро приходит в ярость, когда она думает, что ею манипулируют. Он сглотнул и попробовал снова. - Цена этого дара выше, чем вы думаете. Галаэрон украдкой взглянул на Ривалена, который поймал его взгляд и насмешливым жестом попросил продолжать. Он сделал. засухи и наводнения, от которых страдает Кормир, - дело рук шадоваров. Мирмин и Донеф громко вздохнули, а Вангердагаст выглядел так, словно изо всех сил старался не рассмеяться.

Алусейр перевела взгляд на принца Ривалена. - Ну, принц, что вы на это скажете? Ривален закатил золотистые глаза. - Я бы не счел нужным ничего говорить.

Это правда- настаивал Галаэрон. Вы, конечно, слышали о бедах на Побережье Меча? Шадовары растапливают Высокий Лед. Это влияет на погоду по всему Фаэруну. Растапливают Высокий Лед? Вангердагаст усмехнулся. - Такое мощное огненное заклинание не было записано даже в книге заклинаний Азута.

Они не используют заклинание—они используют это, - Галаэрон указал на теневое одеяло, висящее на плече Ариса. Они растилают их повсюду—

Принцесса Алусейр- перебил Ривален. - Мне больно видеть, как этот вор тратит время короны на подобную чепуху. Если вы позволите мне вызвать нескольких моих лордов—Еще только минута - сказала Алусейр, приподняв бровь, услышав нотку беспокойства в голосе принца. Закон Кормира требует, чтобы обвиняемым было позволено говорить, прежде чем я смогу передать их вам. Принцесса кивком указала Вангердагасту на одеяло, и Галаэрон с облегчением вздохнул, когда старик вышел из-за ее спины. Арис услужливо расстелил одеяло и опустил его так, чтобы Вангердагаст мог дотянуться до него, повернув самую темную сторону к окну, чтобы оно впитывало солнечный жар. Волшебник провел рукой сначала по одной стороне поверхности, потом по другой, и по тому, как расширились его глаза, стало ясно, что он заметил, как эффективно она улавливает тепло.

Галаэрон взглянул на Ривалена и увидел, что золотые глаза принца впились в его лицо. В этот момент он понял, что преуспел, и принц тоже это понял. Если бы не знание, которое Мелегонт спрятал в его голове, Галаэрон не сомневался, что Ривален убил бы его на месте и скрылся в тени. Как бы то ни было, у принца не было другого выбора, кроме как играть в эту игру еще немного. Через некоторое время Вангердагаст достал из-под мантии волшебную палочку и помахал ею над теневым одеялом, затем положил ее обратно и повторил процесс еще три раза. Наконец он отступил, сложил руки за спиной и ничего не сказал. Прошла целая минута, прежде чем Алусейр прорычала:- Ну? Вангердагаст подскочил, словно она пробудила его от сна, и огляделся с тревожным выражением растерянности на лице.

Что ну? - спросил королевский маг. - Алусейр кивнула на темное одеяло. Теневая мантия- подсказала она. - Может ли она сделать то, что утверждает эльф? Вангердагаст повернулся и посмотрел на одеяло так, словно видел его впервые, потом пожал плечами и отвернулся. - Откуда мне знать? Я не понимаю теневой магии.

Единственное, что упало ниже выражения лица Алусейр, было сердце Галаэрона. Что тут понимать? - воскликнул Галаэрон, шагнув к трону. - Просто положи руку—

Хватит, эльф, - сказал Донеф Марлиир, хватая Галаэрона за руку и прижимая острие кинжала к его ребрам. - Вы сказали свое слово. Ривален сверкнул клыками в сторону Галаэрона, затем повернулся к Алусейр. - Если они сказали свое слово, принцесса, я позову своих лордов.