Страница 14 из 42
– Сиди молча, – цедит сквозь зубы и крепче вжимает пальцы в моё тело.
А для меня это действует как спусковой крючок.
Воспоминания вихрем проносятся в голове, заставляя вернуться в прошлое. И взглянуть на все сцены, связанные с этой комнатой. В которой Доминик трахал меня, прижимая к стене, и к тумбе. Ко всему, что было в этой комнате.
Страх только подталкивает меня к безрассудным действиям, и я снова кричу, боясь, что Ник снова возьмёт меня.
– Отпусти!
Но как бы не кричала, на пол он меня не ставил. Зато затолкнул в душевую кабину, стоящую недалеко от ванной, и грубо посадил на пол. Включил холодную воду, сразу же подрубая горячую.
Но несколько секунд под холодной водой уже отбило всякое желание купаться. Как и назойливые мысли, о том, что мог сделать этот мужчина.
Вскочила на ноги и попыталась протиснуться сквозь тело Форда, но тот только оттолкнул меня и заставил больно удариться спиной о кафель. От боли и струящейся из душа воды, зажмурила глаза.
– Блять, Бель, почему с тобой так тяжело? – слышу его слова, произнесённые сквозь сцепленные зубы. – Почему мне каждый гребанный раз приходится применять силу?
– Да потому что ты меня не слышишь! – выкрикиваю, открывая глаза. – Сколько можно игнорировать мои слова и делать всё по-своему? Я устала, Доминик! Ты решаешь абсолютно всё, и мне это надоело! И если ещё раз причинишь мне боль, сделаешь что-то против моей воли, я не выдержу, ясно? И всё кончится не падением, а нечто другим!
Умирать, я, конечно же, не собиралась. Ведь теперь уверена, что ребёнок в моём животе будет жить. И убивать его вместе со мной, когда у него есть шанс на существование, я не собиралась.
Но вместо ответа чувствую на запястьях резкую боль, создаваемую руками Доминика, которыми он схватил меня.
– Какая же ты мерзкая, Бель, – выплёвывает мне в лицо и толкает, отчего я чуть пошатываюсь, но не падаю, схватившись за полку.
Оседаю на пол, не сумев больше стоять на ногах. Откуда в этом человеке столько силы?
– Я спасаю ей жизнь. Разрешаю оставить ребёнка. Даже готов был обеспечить ему будущее, вырастить, а что получаю взамен? Моя жена решает пригрозить мне своей жизнью! Обалдеть! – демонстративно возмущается,
– Убьёшь себя, потянешь за собой ребёнка, которого так хотела. И что теперь? Если ты так просто готова расстаться с ним, я дам тебе шанс. Без проблем! Запишу тебя к врачу на аборт, как тебе, а?
Моё лицо перекосило, и я сжала ладони в кулаки, впиваясь ногтями в кожу.
Не хотела этого признавать, но он был прав. Зря я закатила эту истерику. Но контролировать себя не смогла. Это было будто… Спонтанно и неосознанно.
– А что это с нашим лицом, а? Правда уши режет? Анабель, не забывайся, если я разрешил оставить тебе ребёнка, так же могу тебя и лишить его. Поэтому будь паинькой, и слушайся своего драгоценного мужа, – говорит напоследок и идёт к выходу из ванной.
Стоило ему только сделать пару шагов, он остановился у двери.
– Завтра у нас прямой эфир в одном шоу. Публике интересна наша жизнь, поэтому натяни на завтра улыбку и играй роль хорошей жены. К вечеру будь готова, мне нужно уехать до завтрашнего дня, поэтому дома меня не будет. С собой тебя взять не могу, зрелище не для таких неженок. Но не думай расслабляться. Теперь Николь и Оливер будут твоей тенью, и чтобы ты не сделала, мне будет это докладываться. Выкинешь что-нибудь, с ребёнком можешь попрощаться, ясно?
Я тихо всхлипываю и киваю.
Как только за ним закрывается дверь, ударяю кулаком о пол, и разрыдавшись, кричу.
***
Поднявшись с пола через полчаса, вдоволь накричавшись и наплакавшись, вышла из ванной комнаты, попутно снимая мокрую рубаху.
Надоело, просто надоело.
После этого шантажа с ребёнком, я с трудом смогу сыграть любящую жену. Что делать – не знала. Понимала, что завтра могу сорваться, да и вовсе послать Доминика в прямом эфире. А что, отличная идея. Что он мне сделает на камеру?
Вот и правильно, ничего. Ничего не сделает на глазах миллионов людей. Хоть это и обнадёживало, но идти против Доминика сейчас не собиралась. Просто слушаться и беспрекословно подчиняться.
Единственное, что может помочь мне сейчас сохранить ребёнка и не слететь с катушек.
Всё, взяла себя в руки Анабель, и перестань быть тряпкой!
Зайдя в свою спальню, на кровати обнаружила сухую одежду, и столик с вкусно пахнущей едой. Стоило только аромату коснуться носа, как живот заурчал, и быстро нацепив на себя лёгкое платье лимонного цвета, принялась за трапезу.
Николь в комнате не было, хотя Доминик сказал, что теперь она будет моей тенью. Но её здесь неоказалось, как и Оливера. Чтобы это значило? Долго зацикливаться на этом не смогла, полностью отдавая себя ужину.