Страница 5 из 6
Старые «Жигули» остановились рядом с подъездом. Геля расстроенно подняла голову. Как будто и не было этих девяти лет. Всё так же сидела на лавочке бабушка в красном платочке в белый горошек. Рядом скрючился всё тот же ангел. Раньше Гела не замечала, что за эти годы он высох ещё больше. И взгляд у него стал ещё грустнее. Даже на каруселях крутились всё те же подростки. Только сейчас они уже превратились в здоровых дядек, с трудом влезших в металлические детские кресла.
Выйдя из машины, Геля взяла дорожную сумку с вещами и поплелась к подъезду. Поздоровавшись с бабушкой-соседкой, она впервые услышала свой голос. Голос девочки Гели. Красивый голос. Неуверенный немножко, но приятный. Ангел-хранитель соседки грустно вздохнул и помахал ей крылом. Наверное, он уже знал, что случилось и сопереживал. Геля гордо вздёрнула нос. Всё равно лучше, чем сидеть целый день на скамейке и ничего не делать. Впрочем, откуда ей знать, что лучше, а что хуже.
«Дальний родственник» нажал на кнопку звонка, опустил голову и ободряюще подмигнул стоявшей рядом Геле. Опустив глаза, она рассматривала знакомые трещинки на дерматиновой обивке двери. Надо, наверное, как-то отреагировать? Улыбнуться в ответ? Или что там у людей полагается? Улыбка получилась жалобной и какой-то заискивающей. Неужели Геля боялась первой встречи со своей любимой подопечной? «Да, – честно призналась она сама себе, – боялась».
В квартире был бардак, хотя мама вчера всё убрала к приезду родственницы. Поселили Гелю в, соседнюю с Лизиной, комнату. Здесь всё было чистенько и только на светлом покрывале кровати то тут, то там валялись чёрные катыши. «Помёт хомяка», тут же определила Геля и расстроенно перевела взгляд на маму. Не побрезговала же Лизавета сбегать к Вовке на пятый этаж, собрать остатки жизнедеятельности его питомца и рассыпать по кровать уже ставшей нелюбимой сестрички. Даже не оборачиваясь, Геля почувствовала, как покраснела мама и услышала, как счастливо хихикнула Лиза. Ладно, переживём и это. Наверное, «сюрприз» не произвёл тот эффект, на который рассчитывала девочка, поэтому, как только Геля переступила порог комнаты, Лиза устроила очередной скандал. Да такой, что даже через несколько часов Геля не могла прийти в себя и чувствовала, как в районе лопаток дрожит то место, где были крылья. Геле-человеку поведение её подопечной нравилась ещё меньше, чем Геле-ангелу и это не на шутку беспокоило. Перед носом плавно опустилось белое облачко побелки: с потолка спускался чей-то ангел-хранитель. Геля постаралась взять себя в руки. Не хватало ещё, чтобы соседи заметили, как ей плохо.
За спиной послышалось сочувственное сопение. Милый, добрый Рини. Только он все эти годы поддерживал её. Обернувшись, Геля жалобно кивнула другу.
–– Она же не была такой, – смахивая с глаз выкатившиеся слезинки, прошептала Геля.
–– А какой она была? – удивился собеседник. – Такой же. Просто ты раньше этого не замечала и всё время её оправдывала. Ах, у бедной девочки кризис, ах, у неё депрессия. Вот и расхлёбывай теперь то, что натворила. А давай мой Никитос ей мозг подрехтует. У него и рогатка с собой.
–– Я тебе подрехтую, – возмущённо зашипела Геля, завязывая шнурки на высоких ботинках.
–– Не расстраивайся, Геля, пробьёмся. Помнишь, как трудно нам было в первые дни. Разве сравнить.
Резкое погружение в жизнь человека, оказалось огромным испытанием. Знакомая дорога до школы показалась сегодня особенно длинной. Ходить в обуви было неудобно. Ноги разъезжались на присыпанном снегом февральском льду. Попав в замёрзший буерак, ступня подворачивалась и тело грузно падало. До сих пор Геля даже не подозревала, что снег такой холодный и колючий, что лёд такой твёрдый, а падение вызывает такую боль. Тяжёлая одежда тоже не придавала образу изящества, пеленая и сдерживая движение. Глядя, как легко идёт по дорожке Лиза, Геля тяжело вздыхала и не знала, как намекнуть новоприобретённой «сестре», что она не в состоянии угнаться за ней.
Наконец, добрались до школы. Шум на площадке стоял такой, что Геля невольно сжалась. Дети, большие и маленькие, носились друг за другом, бросались снежками, визжали, верещали… Прямо, не школьный двор, а… Геля долго искала подходящее сравнение и не нашла. Школьный двор в чистом виде. Пробегающий мимо мальчишка стукнул её рюкзаком по плечу, лихо подпрыгнул, шлёпнулся и покатился на пятой точке по длинной ледяной дорожке. Испуганно переведя дыхание, Геля нашла глазами «сестру». У лестницы Лиза остановилась и заговорила с одноклассницей, брезгливо показывая пальцем в её сторону. Девочки дружно оскорбительно засмеялись. Подслушивать чужой разговор показалось неприличным. Обойдя подружек, Геля поднялась по ступенькам и решила, по привычке, пройти сквозь стену. Лихо врезавшись в кирпичи, она несколько мгновений пересчитывала закружившихся перед глазами чёрных мошек и на подгибающихся ногах сделала пару шагов назад. «Лестница» донёсся из-за спины голос Рини, но было уже поздно. Поскользнувшись, Геля пересчитала все обледенелые ступеньки и затормозила у ног Лизы и её подружки. Из носа потекла кровь, а сверху донёсся оглушительный хохот.
–– Тебя что не учили, что дверь надо открывать, а не лезть на стену, – захлёбывалась от смеха Лиза, снова тыкая в неё пальцем.
Геля возмущённо подняла глаза к небу. Вообще-то, в жизни человека должны чередоваться белые и чёрные полосы. Ну и где её белая полоса? Если она наказана, то это не значит, что законы на неё не распространяются.
Казалось, что первый день в школе никогда не закончится. Сидения оказались жёсткими, одноклассники крикливыми, но самое главное, Геля почувствовала себя непроходимо глупой. В их школе по подготовке ангелов высшей категории больше внимания уделялось естественным наукам: анатомии, физике, химии, тому, что могло помочь в дальнейшем уберечь подопечного. Готовя уроки вместо Лизы, она просто выбирала день, когда девочка хоть что-нибудь знала и настраивала учительницу, чтобы та вызвала её к доске. Даже если возникали какие-нибудь накладки, Геля решала их за счёт собственных знаний. Кроме вышеперечисленных предметов, она хорошо ориентировалась в географии, математике, но литературу в школе ангелов проходили факультативно. И именно эти занятия Геля регулярно пропускала. Как назло, именно сегодня на уроке литературы собрались все ангелы-хранители одноклассников. Даже двоечник Хлон, с которым она девять лет назад училась в школе, находился рядом со своим подопечным. Время шло невыносимо медленно. До конца урока оставалось ещё двадцать минут. Очередной ученик, получив заслуженную оценку, гордо пошёл к своему месту. Палец учительницы снова пополз по списку в журнале. В классе наступила мёртвая тишина. Съёжившись за партой, Геля зажмурилась, слушая, как колотятся сердца сидевших вокруг неё ребят. Если сейчас вызовут её, то стыда не оберёшься. Геля засопела: хоть бы Рини догадался помочь. Тишина угнетала. Что же так долго-то? Приоткрыв один глаз, она резко выпрямилась и чуть не задохнулась от увиденного: все ангелы, оставив своих подопечных, собрались за спиной учительницы и старательно двигали её палец вверх по списку, подальше от фамилии Гели. Палец сопротивлялся. Скрипнув зубами, Хлон свернулся до минимальных размеров и нырнул в сапог учительницы. Вылетев через несколько секунд наружу, ангел-хранитель комично махал руками, всем своим видом показывая, что внутри – далеко не розы и намекая, какие страдания он вынужден терпеть во имя дружбы. Учительница поморщилась, потёрла ногу о ногу, и рука медленно поползла вверх. Губы Гели растянулись в глупую, счастливую улыбку. Глядя, как ангелы разлетаются к своим подопечным, она незаметно махнула друзьям рукой и удобнее устроилась за партой. Оказывается, и сидения не такие уж жёсткие, и одноклассники довольно симпатичные.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.