Страница 94 из 131
- Может, поделишься своими мыслями, и я смогу тебе чем-нибудь помочь? – предложил он. – Вот только приберусь немного, - он показал на стол - , а ты соберись духом, чтобы все мне рассказать.
Дмитрий быстро собрал со стола тарелки, поставил их в раковину. Подвинул поближе к ней свой стул и сел рядом. Его глаза выражали такое участие, что Маша не смогла удержаться, чтобы не поделиться с ним своими сомнениями.
- Марина перед смертью просила передать тебе письмо. В тот момент я не придала ее словам значения. А когда начала искать завещание, документы на все их жилье, чтобы оформить наследство, случайно обнаружила конверт адресованный тебе.
Сказав это, она замолчала. Дмитрий тоже молчал, ожидая продолжения ее рассказа. В таких случаях, он знал, не стоит подгонять рассказчика, он собьется с мыслей и вообще не хочет ничего говорить. А то, что собиралась рассказать Мария, было очень важным. Он совсем не знал, какая была Марина, кроме тех дней, что она была у него. Да и по ним он не смог бы описать, каков был ее характер в обыденной жизни. Если судить по школе, и по событиям последних дней, он ничего хорошего о ней не мог сказать. Она была эгоисткой до мозга, добивалась для себя выгоды, не взирая на чувства людей. Но это его мнение, и оно может быть предвзятым и не объективным из-за его обиды на нее.
- Я думаю, она поступила правильно, оставив для тебя письмо, – тихо высказалась Мария. - Неправильным был бы ее поступок, если бы она скрыла его рождение от тебя. Хотя оно так и было с самого начала, и если бы не ее смерть… Это жестоко конечно, но только ее смерть соединила тебя с Эриком. - Она вновь замолчала, но тут же заговорила, - но я думаю, ты достоин быть отцом. – На ее глаза набежали слезы. Руки Дмитрия легли на ее, и нежно сжали, но она резко вырвала их и сжала в кулак. – Ты меня простишь за то, что я препятствовала вашему соединению? – и чуть ли не захлебываясь словами, она торопливо заговорила, не дожидаясь его ответа, - я понимаю, что была глубоко не права. Ты его родной отец, и он должен жить с тобой, - твердо сказала она, - а я всего лишь тетя, - пробормотала Мария с сожалением.
- Мария, не кори себя. Ты не знаешь, как я гордился тем, что у моего сына есть такая тетя. Не каждая мать, так будет бороться за своего ребенка. А ты?… - И он замолчал, не находя слов, чтобы описать ее отношение к его ребенку и неожиданно возникшее еще в то время свое чувство к ней. Сейчас он понимал, что не будь этого, то он тут же заявил бы на нее в милицию.