Страница 5 из 7
Заглянула в гостевые номера. Быстро прошла мимо дверей в подвал. Даже заглянула в дальнюю кладовку, расположенную около выхода в сад, — несколько пылесосов и парочка зомби. Ничего необычного. Взяв за ладонь одного зомбака, я приметила, что срок годности подходит к концу. Срок указывался всегда на запястье. Зомби покупали для работы в саду. Но сезон цветов уже прошел. Надо бы сказать Нилу, а то если просрочится — вонь по всему дому гарантирована.
После прикосновения к зомби от пальцев несло формалином. Дамская комната нашлась быстро — около черного входа.
Включив воду и хорошо намылив руки, я подняла взгляд. В зеркале отражалось нечто: с тенями под глазами, слишком бледная кожа, темные густые волосы, собранные в беспорядочный пучок. Одна бессонная ночь — всего-то надо, чтобы я была похожа на мертвеца? Внезапно взгляд наткнулся на что-то стеклянное в мусорном ведерке. Я присела на корточки. Вот что меня сегодня потянуло заглянуть туда, куда не следовало? На дне валялся шприц и пустой стеклянный пузырек. Вытащив его, я отметила, что на нем выгравирована знакомая эмблема: треугольник с молнией. Знак «Сферы». Неужели они еще что-то кололи монстрам? Холодок прошёл по мне, ком застрял в горле. Находку я швырнула обратно.
***
Мне надо было узнать, что вампир не получил увечий. Только тогда я успокоюсь. Сколько уже можно медлить?
Я застыла около входа в подвал, нервно заламывала пальцы и переменилась с ноги на ногу. Никак не могла решиться зайти внутрь. Уже третий раз за чертовы сутки предстояло спуститься к нему. Я поправила волосы и, как можно более уверенным шагом, направилась в камеру. Она была открыта. Тонкая желтая полоса лежала на пороге — граница, сдерживающая крепче, чем замок или стальные двери. Если попытаться преодолеть барьер, чип в голове вампира вызовет приступ боли.
Стоило мне войти, вампир прижал меня к стене. Запустил пятерню в волосы, погладил талию, провел по бедру и ключице. Сколько у него рук? Казалось, они были везде, изучали, ласкали и распыляли. Я замешкалась от неожиданности: мое собственное тело предательски послушно реагировало на умелые прикосновения. Слишком умелые. Но чужие. Дрожь пошла мелкими разрядами, вырвалась тихим вздохом. Он держал грань: не заходил дальше, не пытался поцеловать в губы, прикоснуться к груди или провести между ног. Погладил вдоль пояса джинсов, поцеловал в шею, прижался вплотную так, что я почувствовала рельеф его тела. Это неправильно…
— Я пришла не за этим, — прошептала я. Кажется, вышло с придыханием. Его опасность и его сила. Ледяной огонь разжигал меня обволакивающим теплом внутри живота. Монстров использовали для секса, вампир действовал как привык?
— Хозяйка, всегда можешь нажать на контроллер, — прохрипел вампир, обжигая взглядом. Он прекрасно знал, что я не хотела им пользоваться.
— Остановись, — вырвалось предательским легким стоном. Внизу живота сладко заныло, налилось теплом.
— Я знаю, вам нравится. От вас исходит аромат возбуждения.
Что? Это было нечестно — раскрывать мои тайны. Вампир самоуверенно ухмыльнулся и подхватил меня на руки, взяв за ягодицы так, чтобы мои ноги обхватили его бедра, прижал к стене. Полностью сбивая все мысли и эмоции… Я не из доступных девиц… хотя в опытных руках уже начала сомневаться в этом. Злость на себя сразу же охладила меня, как ледяной душ. Стоп.
Я дала ему звонкую пощечину. На удивление это подействовало. Не хуже контроллера. И я дрожащим голосом пояснила:
— Нет.
Он отпустил, оценивающе рассматривая меня, слегка наклонив голову, верно думал, что я затеяла какую-либо игру.
— Нет, — повторила я более уверенно, — Запомни раз и навсегда, еще раз тронешь меня!.. — запнулась. — Я что-нибудь придумаю, не волнуйся. Тебя подарили не для этого. А для церемонии моей свадьбы! Я выхожу замуж! — на эмоциях все высказала и выдохнула.
— Понял, — удивление промелькнуло на его лице.
— Что еще?
— А отнеслись ко мне, как к мужчине, — едкая улыбка царапнула меня. С рабами разговаривали посредством контроллера и не отчитывались.
— Не забывайся, я отнеслась к тебе, как к ублюдку, — выбила я рикошетом и заметила на его груди свежие окровавленные полосы. Его били. — Кто тебя так?
— Я упал.
— В камере метр на метр? — с неприкрытым раздражением произнесла я.
— Так точно, хозяйка, — взгляд нехороший испытывающий, в интонации проскальзывала едкость. Он знал больше, чем говорил, но не собирался делиться.
— Я узнаю.
— Вперед, моим старым костям не впервой, — он указал на нишу в камере, которую я не замечала, там закреплена рукоять с электрическим кнутом. Он предлагал им воспользоваться?
— Ты мазохист? — с нажимом уточнила я.
— Я реалист.
— Ты спятил.
— У каждого свои недостатки, — просто парировал он. Выбешивал и злил этим.
— С кляпом ты мне нравился больше.