Вятские рассказы (сборник)

Ну вот я «дошел» и до истории, которая дала название моей повести – «Деревенский детектив».

Как-то, однажды поутру, еще до завтрака, к нам в горницу вбежала какая-то женщина и со слезами на глазах и громкими рыданиями просила нас, постояльцев, выйти на улицу. Мы оделись и вышли во двор. Там уже было достаточно много деревенской молодежи. Вот что мы узнали между рыданиями женщины от деревенских жителей. У женщины уже сутки, как «потерялся» сын. Мать нашла от него записку, что, дескать, в его смерти виновата….(имя девушки я, конечно, не помню), которая не хочет выходить за него замуж. «Ну не хочет девка замуж, значит – в омут с головой!». Известная русская история, только наоборот. Мать искала тело сына в ближайшем лесочке около своего дома и около дома несостоявшейся невесты – «а вдруг – повесился». Мы с ребятами встали «цепью» и пошли прочесывать лес у дома незадачливого жениха и неуступчивой невесты. Многочасовая наша работа не принесла никаких результатов. Жених как в воду канул. Правда воды в деревне и ближайших селениях не было. Топиться было негде, кроме как в придорожных лужах, или, «на худой конец» – в каком-нибудь колодце. После многочасовых неудачных поисков, какая-то соседка порекомендовала матери «слетать» в какую-то деревню, где жила известная на всю округу гадалка. Женщина воспряла духом, запрягла на конюшне лошадь и во весь опор покатила к гадалке. Долго ли, коротко, но, наконец, мать вернулась домой. Как она сказала, гадалка ей велела спокойно возвращаться домой, дескать, сын ее не выходил и за ворота.

Так оно и было. Мать нашла своего несчастного жениха, спящим в стоге сена, что стоял во дворе дома. Сын, как и положено, был бит батогами и осмеян всей деревней, да и горожанами тоже.

Вот такие детективные истории бывали в русской деревне. И так «весело» проходили наши дни в дивной сибирской глубинке. Мы с ребятами работали и по выходным дням, поэтому могли раньше уехать домой. Мне надо было продолжать готовиться к поступлению в институт. Оформив в сельсовете положенные «бумаги», мы с Николаем решили «на следующий день» уехать по домам. Да, за нашу работу, несмотря на бесплатную кормежку, нам еще выдали какую-то сумму.

Для того, чтобы добраться до Кирова, сначала надо было «дотопать» от деревни до железнодорожной станции Белая Холуница к уходящему до Кирова поезду. По «лесам» и «горам», каких-то часа три – четыре.

Собрав свои пожитки в рюкзаки, выстругав из сосны посохи, мы часов в шесть утра отправились в путь. Наша дорога проходила по «всамделишным» дремучим лесам, иногда попадались деревушки, где мы могли попить колодезной воды. Естественно, дорога была «грунтовая» и хорошо, что в последние дни не было дождей. Так шли мы «долго ли, коротко ли», и вдруг однажды я вижу – прямо перед нами лесную дорогу переходит упитанная овчарка. Овчарка остановилась на краю дороги, метрах в двадцати от нас, повернулась, как-то странно, всем корпусом, посмотрела в нашу сторону и спокойно пошла в другую сторону леса. Я удивился вслух: «О! Откуда-то здесь овчарка». Обернулся, а мой товарищ стоит, опершись на посох, весь бледный-бледный. Я спрашиваю: «Что с тобой?». Он мне тихим голосом говорит: «Это – никакая не овчарка, это – волк».

Только потом, значительно позже, я осознал, что нас повстречал самый настоящий серый волк. Как говорят, волки никогда не поворачивают шеи, они разворачиваются всем корпусом.

Вот такой серенький волчок нас чуть не съел. Вспоминая эту встречу «задним числом», я подумал, что, понюхав воздух, он «поморщился и плюнул»: кроме кирзовых сапог и рюкзаков с грязным бельем есть то было и нечего.

Вступительные экзамены

Ура! Я еду в Москву подавать документы в МАТИ и сдавать вступительные экзамены. В Кирове на вокзале меня провожали отец, бабушка, школьные и заводские друзья и подруги. Москва! Я здесь впервые! Мне нужно было ехать на улицу Петровку. Оказалось, что от Курского вокзала на метро это всего минут двадцать. Я уже в приемной комиссии. Отдал все документы, заполнил всякие нужные бланки и жду направление в общежитие, где мне предстояло бы готовиться к экзаменам. Но радость моя от приезда в столицу была преждевременной. В приемной комиссии мне сказали, что мест в общежитиях нет и что делать, они, в этой комиссии, не знают. Традиционный ответ: «Приходите завтра». «Хорошенькое дельце» – «приходите завтра», а где я должен быть до этого «завтра». Как оказалось, я не один был так осчастливлен. В таком же положении оказался еще один «приезжий». Я предложил ему поехать на Курский вокзал, единственное «знакомое» для меня место в Москве. Мы поехали на вокзал. До ночи бродили по привокзальной площади, а как совсем стемнело, пошли в зал ожиданий, нашли свободные кресла, сели и решили по очереди подремывать.

Так мы провели ночь и утро, а к 10 часам утра поехали в это МАТИ. Настроение было мерзопакостное, но настрой – боевой. Приехав в институт, я потребовал, чтобы меня принял председатель приемной комиссии, и заявил, что я командирован на учебу предприятием, и согласно постановлению Правительства должен быть обязательно обеспечен общежитием! И что я не буду еще раз ночевать на вокзале! Мой напор возымел действие, и мне дали бумажку – направление в общежитие студенческого городка на Соколе. Расспросив у ребят, как туда поехать, я уставший, без особой радости от «привалившего счастья», поехал до станции метро Сокол. Как оказалось, общежитие находилось в районе улицы Всехсвятской, почти Вятской – прародиной моего Кирова! В Головановском переулке. В общежитии комендантша отнеслась ко мне доброжелательно и отвела в комнату, где уже расположилось человек восемь абитуриентов! После кресел на вокзале, своя кровать – это же счастье!

Нашел!!!! Сегодня в Интернете! Вот в таком, если только не в этом самом корпусе, как сейчас помню, и началась моя абитуриентско-студенческая жизнь!!!

Я не буду описывать жизнь в общежитии. Для меня это были дни сплошной подготовки к экзаменам. На улицу я выходил, чтобы купить еду: бутылку молока, батон ароматного хлеба за 20 копеек и граммов 200 корейки. Вкуснотища! В Кирове я о корейке и представления не имел! Счастье, аж жуть! Иногда, правда, ходил и в столовую, чтобы поесть настоящего обеда.

Вот за этим памятником Ленину, была столовая, куда изредка я и ходил за «полноценным» обедом.

Вот описание из Интернета состояния этого студенческого городка на Соколе, в Головановском переулке, в настоящее время.

«Комплекс из шести прямоугольных корпусов для холостых студентов и двух н-образных корпусов для семейных студентов и аспирантов был аналогичен городку в Дорогомилово. От всего комплекса сохранилось (четыре корпуса были снесены в начале 2000-х гг.) только четыре прямоугольных корпуса, железобетонная чаша бывшего фонтана, памятник В.И. Ленину в Головановском переулке и ажурные осветительные конструкции во дворе со стороны 1-го Балтийского переулка».

Кстати, в тот памятный 1960 год фонтан не фонтанировал.

Ребята из общежития приглашали меня погулять по Москве или сходить в кино. «Удастся ли остаться в Москве студентами?!». Мне запомнился один парнишка, который, «дорвавшись» до столицы, устроил себе экскурсии и культурную программу – несколько раз смотрел идущий в то время фильм «Мистер Питкин в тылу врага». Надо было видеть его, «помирающего со смеху» от этого фильма. Досмеялся. На первом же экзамене схватил «неуд».

Экзамены для меня проходили в целом успешно, но поволноваться пришлось.

Физика. Первый вопрос – Второй закон Ньютона. Реактивные и ракетные двигатели! Мои познания потрясли экзаменационную комиссию. Они даже вызвали кого-то, для сверки моих документов с моей личностью. Сверка подтвердила, что я – это я. Второй вопрос – Оптика, формула линзы. Я на этот вопрос, как говорят, – «ни бум-бум». Что делать? Почувствовав к себе очень доброжелательное отношение за качество ответа на первый вопрос, я, наклонившись к одному из принимающих преподавателей, тихо сказал, что я не успел приготовиться по этому разделу! «Ка…к?», – удивился преподаватель. Я только развел руками.