Страница 23 из 71
— Вы узнали причину?
— Проклятье!
— Что случилось, профессор? — герцог наклонился, думая, что тот ругается, обронив какую-то безделицу.
— Проклятье колдуньи из-за гор.
— Я что-то слышал о ней.
— Слышал, — старик отклонился назад и мечтательно закатил глаза, — она прекрасна! В жизни не встречал такой красоты.
Он поглядел на Громма и поправился:
— Среди женщин.
— Вы её видели? Говорят, жила ведьма лет двести назад, или сто.
— Я видел её. Поехал, чтобы расспросить о проклятье и узнать, как можно снять его.
— Разве могла она жить так долго? — в голосе герцога звучало сомнение.
— Конечно, нет. Это была дочь её дочери, а та дочь её дочери. Видишь ли, мой мальчик, это сильная ведьма. Она рожает девочку, вскармливает её, а потом умирает, переселяясь душой в новое тело.
— Бог мой, разве такое возможно?!
— Возможно. Я сам наблюдал. Всё-таки прежде всего я учёный и не мог пройти мимо такого феномена. Это был великий эксперимент! Величайший.
— Постойте, профессор, — волнуясь, Громм сел и подался вперёд всем корпусом, — как это наблюдали?
— Я поехал тайно. Предполагал, обернусь за неделю.
Рассказчик закрыл глаза. Гром не шевелился, боясь его потревожить, он вглядывался в морщины, среди которых много весёлых, но заметны и горькие. Испещрённое линиями лицо можно было читать, как рукопись. Наконец, старик очнулся:
— Вы ещё здесь? На чём я остановился?
— Ведьма задержала вас?
— Моя шалунья, — губы его изобразили поцелуй, — Кандида. Она выслушала просьбу и обещала помочь. Не бесплатно.
— Хотела денег?
— Нет. Она хотела дочь, — рассказчик изобразил деликатный смешок, — любой мужчина поймёт меня. Я согласился в то же мгновение.
— Стали отцом её ребёнка?
— Нашей дочери и, как я тебе уже объяснял, некоторым образом, её отцом, самой Кандиды.
— У меня голова идёт кругом, — отшатнулся Громм.
— У меня тоже шла кругом голова, — мечтательно произнёс старик, — я не замечал бега времени. Прожил там пять лет, пока не пришла пора.
Они помолчали. Герцог рассеянно собирал и отправлял в рот кунжутные семечки, рассыпанные на подносе. Старец покачивал головой в такт неслышной музыке. Эдуан пытался объяснить самому себе, как это возможно, чтобы один человек переселился в тело другого, пусть даже и собственного ребёнка, но не мог. Профессор протяжно вздохнул и ответил на его сомнения:
— Девочка наша родилась странной, — говорил он глухо, как будто слова доставляли страдание, — бесчувственной и глупой. Этакий милый зверёк. Я думал, это болезнь, уже встречал в своей практике.
— Вы лечили её?
— Кандида не позволила, сказала, так и должно быть. Ей самой требовалось место в этом теле, — он снова вздохнул, вкладывая в этот вздох столько горечи, что Громму стало не по себе, — моя милая ведьма растила тело для себя.
— Она умерла, то есть переселилась на ваших глазах?
— Не хотела, чтобы я это видел, выгнала меня. Я вскоре приехал и застал здоровую девочку и безумную старуху. Через месяц прежнее её тело умерло, я похоронил.
— Так. А что с ледяным сердцем? — Эдуан, внутренне дрожа, сменил тему.
— К сожалению, обещание своё колдунья выполнила наполовину.
— Как это?
— Женщина из проклятого рода могла родить здорового мальчика, но могла и больного. Всё только усложнилось, — профессор приободрился, по-видимому, освобождаясь от неприятных воспоминаний.
— Но это обман! Она должна была… — возмутился Громм.
— Не горячитесь, ваша светлость. Это не со зла. Срок жизни её истекал, силы были не те. Но ведь и я не промах! Много чего у своей любовницы поднабрался, — широкая улыбка сделала его лицо моложе, — задумав победить ледяное сердце, не отступал, пока не изобрёл шкатулку. Поверьте, многие ей воспользовались.
— Да. Благодарю. Испытал на себе и могу с уверенностью утверждать, что это великое изобретение.
— Так-то. Ну, вам пора ехать.
— Да, — герцог поднялся, обнял двумя руками фолиант и всё-таки спросил, — а почему вас изгнали из Колуи, профессор?
— Бросьте, ваша светлость, к чему пустые вопросы. Изгнали — не изгнали. Мне здесь хорошо. Поближе к ней. Навещал, пока мог. Теперь Кандида сама иногда приезжает ко мне. А Колуи? Ложь, страсти, жестокость. В путь, дорогой мальчик, в путь! И найдите счастье, если сумеете!
Простившись с лекарем, Громм вышел из дома, но не спешил садиться в карету. Рассказ о ведьме из-за гор не шёл у него из головы. Как можно быть совсем рядом с этой удивительной женщиной и не повидать её? Он подозвал долговязого слугу волшебника:
— Скажи-ка, любезный, ты знаешь дорогу к ведьме из-за гор?
Старик пригладил двумя руками длинные седые волосы, пряча взгляд, промычал что-то невразумительное и пожал плечами.
— Но ведь ты служил здесь, когда профессор был ещё в силах, и наверняка ездил вместе с ним туда?
— Хозяин ревнив, — хрипло заговорил старик и посмотрел на герцога исподлобья, — он не любит, когда его жену навещают мужчины.
Эдуан с трудом подавил смех.
— Ревнив? С чего ты взял, что я хочу навестить её для таких целей?
— Ну-у-у, э-э-э, — долговязый почесал подбородок, взлохматив неопрятную седую бороду, — ваши цели мне неизвестны, господин. А вот она женщина темпераментная. Вы так красивы.