Страница 26 из 158
Ну вот спектакль и закончился. Трегир подвёл Анжелику к ожидавшей их машине. За время обратного пути не было сказано ни слова. Анжелика смотрела, как вечерний город искрился огнями. Разноцветные фонтаны. Публика прогуливалась, наслаждаясь сентябрьским теплом. Анжелика вспомнила свой северный город, где в конце сентября уже падает снег. И опять защемило в груди. Опять резь в глазах. Домой, ей до безумия хотелось домой.
Машина опять остановилась около крыла великих герцогов. Анжелика вздохнула:
–Снова к тебе? Но почему? Что я такого сделала, за что ты меня наказываешь?
Трегир усмехнулся: «Я тебе уже сказал: потому что мне так хочется. Ещё есть вопросы?»
Трегир всё так же молча довёл её до апартаментов.
–Спокойной ночи, – Анжелика зашла к себе. «Вот невежа, даже не попрощался», – пробурчала она под нос.
Эта спальня была меньше той, что во дворце. Кровать уже и с одной стороны прижата к стене. На стене висел хрустальный бра. Лучики света играли в гранях. В изголовье находиласьтумба, на которой лежала какая-то книжка, стоял стакан с водой. Анжелика залюбовалась шёлковым пододеяльником с вышитым павлином. Вся комната была уютной, умиротворённой. Анжелика нырнула под одеяло, взяла книгу. Это был томик Дюма. Но почитать ей не удалось. Дверь отворилась, и в комнату вошёл Трегир. На нём был цветастый длинный шёлковый халат. На ногах – мягкие тапочки. Лучики света отражались во влажных волосах.
–Ты что здесь делаешь? – Анжелика нахмурилась.
–Пришёл пожелать тебе спокойной ночи, – он прошёл и сел на край кровати.
Анжелика поднялась, натянув одеяло до шеи:
–Трегир, я могу узнать, а по какому праву ты приходишь ко мне в спальню без разрешения? Я, между прочим, тебя не приглашала.
Трегир улыбнулся:
–По праву твоего жениха. Я единственный, кто может входить в твою спальню, когда пожелаю. И мне для этого не требуется твоего приглашения.
–Да какой ты жених? – спросила она, всё больше закутываясь в одеяло. Она чувствовала, что её начинает пробирать страх. – Ты от меня отказался.
–Послушай, девочка, – Трегир поправил её одеяло. – Ещё раз я услышу про то, что отказался, как тут же отзову своё ходатайство. Мне кажется, что тебе было объяснено, что я остаюсь женихом и опекуном, пока не найдётся другая кандидатура. Так вот, как только я отзову ходатайство, ты переедешь жить сюда насовсем. Что, девочка не знает традиции страны, потому что не хотела их учить? Согласно законам Анастаса невеста с четырнадцатилетнего возраста может жить в доме жениха, если он это пожелает и если у него есть отдельная комната. У меня, как ты видишь, для тебя есть комнаты, и я могу пожелать, чтобы ты была под моим неусыпным оком. Ладно, давай спи.
Трегир наклонился к ней. Он коснулся губами щеки и прошептал в ухо: «Девочка, ты ведь не со мной, ты с собой борешься. Подумай...» Он провёл пальцем по щеке, спустился на шею, провёл по подбородку, задержался, как бы размышляя над чем-то. Невинные прикосновения вызывали внутри неё непонятный ей огонь. Анжелика не шевелилась, замерла. Он медленно повернул её голову. Они смотрели друг другу в глаза. Она не знала, сколько это длится. Он стал медленно склоняться над ней. Ниже, ещё ниже. Его дыхание на её щеке. Она закрыла глаза. Его губы, касаясь её уха, прошептали:
–Однажды ты сама придёшь за поцелуем. Спокойной ночи, моя принцесса, – он поправил одеяло и вышел из спальни.
Горькое чувство досады почему-то пронзило её.