Страница 30 из 49
Часть большой семьи
В пятницу около трех пополудни я отправился навестить семью Мок в Юкаипу — бурно растущий город в 11 км от Лома-Линда. Я надеялся увидеть, как традиционная семья адвентистов проводит шабат, и проверить, связано ли это с культурой долголетия. Когда я постучался в дверь нового большого пригородного дома, расположенного в тупике, встречать меня вышли трое: сам Джесси Мок и его сыновья — Джастин, пятнадцати лет, и Остин, тринадцати, которые походили друг на друга как две капли воды: стройные атлеты с круглыми лицами, широкой улыбкой и густыми светлыми кудрями. Жена Джесси, Ронда, поприветствовала меня из кухни, где готовила ужин.
Разговор тек легко и непринужденно. Джесси и Ронда рассказали, что всего несколько месяцев назад переехали из Денвера, штат Колорадо, потому что Джесси предложили пост вице-президента в LLUMC. Когда-то, много лет назад, они жили в этом районе и были рады вернуться туда, где есть богатая программа церковной школы, получив положительный опыт домашнего обучения. (Адвентисты верят в образование, получаемое в церковной школе, и создали в Соединенных Штатах разветвленную сеть школ, спонсируемых церковью.)
— В семье все были вегетарианцами, — сообщил Джесси, — но я думаю, мальчики раньше ели мясо. Помнишь тот день рождения, Джастин?
— Да, я ел мясо, — подтвердил Джастин с робкой улыбкой и добавил с некоторым удивлением: — Было не так уж невкусно.
Остин выразил несогласие:
— А мне не понравилось. Какой-то у него был странный привкус.
Тренькнул дверной звонок: пришел доктор Джанг, с которым я чуть раньше беседовал в LLUMC, вместе с женой и двумя детьми. Его сын и оба мальчика Моков отправились во двор играть в баскетбол, а дочь осталась с взрослыми. Разговор продолжался в прежнем расслабленном русле. Женщины обсуждали события прошедшей недели, а мы с Джесси по очереди рассказывали, как познакомились с доктором Джангом. После переезда в Юкаипу Джанги поддерживали семью Мок: давали советы по поводу местных школ, возможностей для спорта и отдыха и знакомили с прочими аспектами жизни общины. То, что супруги Джанг являются врачами, а супруги Мок — нет, было не столь важно, как их общая религия и схожий возраст сыновей. Через пятнадцать минут Джесси позвал мальчиков, и две семьи расселись по гостиной послушать отрывок из Библии. Затем настало время ужина.
Все взяли по пластиковой тарелке, положили себе еды и уселись за обеденный стол. На ужин предлагались бутерброды с «соевой» курицей на крошечных булочках и красивый салат с огромными ягодами ежевики, вкуснее которых я в жизни не пробовал. Бутерброды понравились мне намного больше, чем предполагалось, и я с некоторым смущением осознал, что их сервировали специально для гостя: соя подавалась по-американски, на булочке с хрустящим сельдереем и майонезом. На десерт были предложены цукаты из гибискуса, которые Ронда, по ее собственным словам, купила шутки ради. Засахаренный гибискус напоминал сушеные абрикосы или манго.
Джанги еще немного задержались после ужина, чтобы посплетничать об университетских делах и рассказать о танцевальном кружке, где занималась их дочь. Поговорили и о видах спорта, которыми их сыновья собирались заняться этим летом.
После ухода семьи Джанг меня пригласили сопровождать Джастина и Остина на репетицию, то есть на джем-сейшен, в котором они участвовали вместе с другими молодыми прихожанами. Они готовились к утренней службе. Барабанную установку Остина загрузили в фургон. Джесси поехал со мной, большую часть пути рассказывая о баскетболе в колледже и о том, как мальчики восприняли переезд.
Около десяти участников молодежной группы вряд ли высоко поднимутся в музыкальных чартах в ближайшем будущем. Но было увлекательно слушать дирижера, который руководил исполнением двух-трех песенок в новой обработке, в то время как его подопечные играли, то слушаясь, то игнорируя его. Родители толклись рядом с похожим на гараж помещением для репетиций. Две забавные девчушки, близкие подруги и вокалистки, оживляли обстановку, сопровождая слова песен телодвижениями. В песне Билла Уизерcа «Обопрись на меня» они, к примеру, наклонились друг к другу и напрягли бицепсы на строчке «когда ты теряешь силы», а при словах «я помогу тебе идти вперед» сложили руки, словно баюкая воображаемого младенца.
Вот такой кусочек шабата. Если вы не входите в это сообщество, все вам может показаться странным. Но членам общины подобная монотонная расслабленная интимность дарит приятные воспоминания и теплое чувство надежности и благополучия — а также регулярное подкрепление полезных привычек, которые значительно повышает их шансы на долгую жизнь. Нет ничего удивительного, что большинство адвентистов предпочитают общаться именно с адвентистами.
Оставьте бекон себе
Я никогда не стану адвентистом. Но не нужно обращаться в другую веру, чтобы восхититься тем, как благодаря сплоченности и неуклонному следованию правилам жизни, способствующим долголетию, им удалось создать «голубую зону». Проведя в Лома-Линда более недели, я познакомился с удивительными людьми: не только с Мардж Джеттон и Эллсуортом Уэрхэмом, но и многими другими.
У подножия холма, на котором жил Уэрхэм, расположился дом Минни Вуд, которой в мае 2008 года исполнилось сто лет. В 1925 году Минни стала победительницей конкурса красоты и, по ее признанию, пошла бы в актрисы, если бы не адвентизм. Правда, она ни о чем не жалеет. Сколько актеров выступали перед тремя президентами, громогласно вопрошала она, называя Трумэна, Эйзенхауэра и Никсона, слушавшими хор, которым она дирижировала в Вашингтоне, округ Колумбия. Минни преподавала музыку, путешествуя с мужем по Китаю и Сингапуру. Она и сейчас занимается с учениками, приезжая к ним на «олдсмобиле», и может сыграть не фальшивя, если не подводят клавиши пианино.
— Мне нравится то, что я делаю. И всегда нравилось. Я не хотела бы заниматься чем-то другим.
Была еще Лета Грэм, родившаяся в 1906 году. Она жила в доме на вершине горного хребта и сдавала комнаты пациентам, проходившим лечение в медицинском центре. Раньше Лета продавала медицинские энциклопедии в Альберте, в Канаде. Последнее время она жила вместе с 94-летней сестрой, каждый день обходила свои владения и принимала ванны в джакузи.
Чуть дальше от квартиры Мардж жил 94-летний доктор Уэйн Макфарланд, создатель первого — ныне широко известного и пользующегося огромной популярностью — пятидневного плана отказа от курения. Жилистый и энергичный, Макфарланд всегда хлопал ладонями — друг о друга, по спинке кресла, по плечу собеседника, — когда приходил в сильное волнение. Вспоминая, как он и Данбар Смит работали штатными врачами в санатории и госпитале Батл-Крик, реализуя пятидневный план по отказу от курения, Уэйн рассказал, как нашел брошюры доктора Келлога «Больше орехов и меньше мяса» и «Простая жизнь в ореховой скорлупе». Его квартира, где он жил вместе с женой, была вся заставлена мисочками с орехами. Позднее Макфарланд привел меня в тот же сад, где Мардж показывала свою кукурузу и томаты, и, завидев созревшие помидоры, в восторге хлопнул ладонью по цементной стене.
Затем я познакомился с Этель Мейлике, 108 лет. Она также проживала в Linda Valley Villa, только в той части, где за жильцами ухаживал персонал. История ее жизни во многом напоминала историю Мардж Джеттон: она выросла на ферме, работала на консервном заводе и выучилась на медсестру. Во время моего визита она неважно себя чувствовала и уже плохо слышала, но на вопрос о самых радостных днях в ее жизни она с трудом выговорила Shneckens — немецкие мучные сладости, которые, по словам ее дочери (восьмидесяти лет), та очень часто готовила. Этель скончалась меньше чем через месяц после моего последнего визита в Лома-Линда — 1 июля 2007 года.
Любовь к смеху
Исследования показывают, что частый смех помогает сохранять здоровье. В 2005 году исследователи из Университета человечества доказали, что смех снимает напряжение в кровеносных сосудах, что, в свою очередь, способствует их лучшей работе и уменьшает вероятность сердечных приступов. Еще обнаружилось, что смех снижает кровяное давление и увеличивает число клеток, борющихся с болезнями.