Страница 6 из 12
– Подожди, но как же так? – Уцепился я за одну нестыковку. – Ты ведь говорил, что такие как мы не можем умереть?
– Слушай внимательнее, Адепт, а заодно старайся и понимать! Я не сказал, что Жрецы вымерли или были убиты. Я сказал, что перестал ощущать их. На деле это означает, что большинство, подобно мне, оказались заперты в узилищах, где попросту сошли с ума. Вероятно, они до сих пор лежат скованные ржавыми цепями, потеряв всякий разум, и даже не понимают, кто они и где находятся. Морта отобрала у них свое благословение, и теперь они обречены на вечное прозябание во тьме и мраке без надежды на освобождение.
От озвученной судьбы неизвестных мне некромантов стало как-то не по себе. Отчего-то сразу представилось, как я медленно теряю рассудок, сгнивая вместе с сотнями окружающих меня трупов, и моя твердая уверенность провести вечность в могиле сразу как-то сильно пошатнулась.
– Помни, Адепт, что я тебе рассказал, и без разговоров убивай любого встреченного тобой христианина, ведь только так ты сумеешь сберечься.
Я не стал объяснять, что за прошедшие сотни лет вся мировая религия претерпела значительные изменения и уже не занимала столько места в жизнях людей, сколько ей отводилось во времена Древнего. Во-первых, это было наверняка бесполезно. А во-вторых, после услышанных откровений мне вообще не хотелось говорить. Даже краткий пересказ тех давних событий почему-то вверг меня в подавленность и меланхолию. Возможно, общий негативный характер рассказа каким-то образом наложился на мои собственные переживания, и теперь мне вообще стало казаться, что мир целиком состоит и тьмы и грязи. Пожалуй, прав был царь Соломон – во многих знаниях многие печали. Так пусть же история и дальше хранит свои порочные секреты, нечего в них лезть…
– Я запомню это. Но, думаю, пришло время сказать, зачем вообще весь этот разговор был нужен? Ты ведь не просто так явился мне, Жрец? Тебе что-то от меня нужно.
Последняя часть моей реплики была сказана уже утвердительно. Я не спрашивал, я твердо знал, что так оно и есть. Теперь осталось только разузнать подробности.
– Да, Адепт, ты нужен чтобы вызволить меня из узилища, где я коротаю свой век. Приди ко мне, разбей мои цепи, поделись каплей Дара Морты, и когда я восстану, награда затмит любые твои самые смелые чаяния.
Я в ответ только хмыкнул, удивившись тому, как все, оказывается, просто и приземленно.
– Что такое?! – Тут же отреагировал на это древний лич. – Тебе что-то показалось смешным в моих словах?!
– Вовсе нет, только ты не учел одного момента. Я и сам сейчас лежу под землей, придавленный многотонной плитой. Даже если бы я захотел тебе помочь, то не смог.
– Это ты кое-что не учитываешь, Адепт. Я лежу в глухих горах, где перестали летать даже птицы, а ты находишься среди тысяч трупов… да-да, я ощущаю их страх рядом с тобой! А помимо этого, в тебе все еще достаточно энергии. Я бы даже сказал, что ее слишком много для простого Адепта! Кто бы ни занимался твоим погребением, сделал он это очень небрежно. Ты вполне в состоянии выбраться из своей могилы!
– Зачем?
– Что за глупые вопросы?! Ты что, все-таки тронулся умом?! Прекрати городить эту нелепицу и слушай. Сейчас я расскажу тебе, как использовать Дар Морты более рационально, чтобы он исцелил твое тело быстрее и точнее. Пока что он у тебя подобен неумелому плотнику, который вместо того, чтобы заделать дырку в стене, сносит весь дом и строит его заново…
– Я не собираюсь тебе помогать, Древний, не трать слова.
– ЧТО-О-О?! Да как ты… – некромант задохнулся от возмущения, но потом быстро взял себя в руки, успокоился и сменил тактику. – Почему ты не хочешь вызволить своего собрата? Нас ведь и так осталось совсем мало.
Теперь его голос звучал вкрадчиво и почти жалобно. Если бы во мне были силы, я б удивился такому талантливому лицедейству.
– Таких как мы вообще не должно остаться на земле… – убито ответил я, неволей вспоминая все те чудовищные вещи, что успел натворить. – А кроме этого, я уже встречал других Адептов, и знаю, как мой собственный дар реагирует на них. Думаю, тебе захочется просто меня уничтожить, а не отблагодарить.
Я ждал от властолюбивого некроманта любой реакции, но только не смеха…
– Ха-ха! Ты просто смешон! Не оскорбляй меня сравнением с собой, потому что я над своим Даром Морты работал сотни лет, ограняя и усмиряя его. А вот твой похож сейчас на капризное и избалованное дитя, которое не умеет себя контролировать! Но не бойся, если дело только в этом, я научу тебя, как укротить свое второе Я.
– Нет. Я останусь здесь.
Я понял, что аргументами ничего не добьюсь, поэтому не стал даже и пытаться объяснить свое решение. Вряд ли древнее отродье сможет разделить и понять мои терзания. Судя по тому, что людей называет исключительно «смертными» и «людишками», у него точно такой же комплекс высшего существа, который совсем недавно был и у меня. Скорее всего, при убийстве человека он испытывал эмоций не больше, чем лесоруб, срубающий дерево. Так что у меня не может быть никаких общих целей с ним. О чем бы он мне не рассказывал, чему бы ни учил, это все будет просто тратой времени.
– Глупец! Ты хоть представляешь, что тебя ждет?! Твой рассудок не выдержит долгого пребывания во тьме! Совсем скоро твое тело начнет ломать от долгой неподвижности, а разум скрутит судорога отчаяния! Ты будешь готов залезть хоть к черту в пасть, лишь бы прекратить это и не находиться больше в осточертевшей могиле! Поверь мне, Адепт, я за свою жизнь много раз прошел через это. Сбереги свое время, используй Дар Морты, подними Кадавров, сколько сможешь, и пробей с их помощью путь к свободе!
Мне показалось, что некромант немного изменил тон, словно мой отказ заставил его изрядно понервничать. Хотя, если принять во внимание, что во всем мире осталось только два человека… или как там нас можно назвать, способных помочь Древнему, то его переживания вполне оправданы. А уж если тот второй даром и не пользуется вовсе, как сказал лич, то я вообще его единственный шанс.
– Не выйдет, – все еще спокойно ответил я, – я не могу управлять Силой, дар меня не слушается.
– Это временно, Адепт. Немного придется потерпеть, пока твое тело достаточно восстановится. Я не сомневаюсь, что к тому времени, когда снова овладеешь Тьмой, ты и сам будешь молить всех богов, лишь бы они помогли тебе выбраться. Не спорь! – Повелительно воскликнул Древний, едва я успел подумать о том, чтобы возразить. – Просто доверься моему опыту. Если ты столь упрям, я ничего тебе сейчас не расскажу. Пусть те муки, что ты испытаешь, будут тебе первым уроком от меня. И помни, Адепт, я жду тебя. Спеши ко мне, как только высвободишься из сырой земли! Следуй на мой Зов, ведь теперь он всегда будет с тобой…
И злой шелестящий голос в моей голове умолк, словно никогда его и не было, а я остался наедине с мертвыми, их криками и черной пустотой своей собственной души…
Глава 3
Дни тянулись медленно, словно полуживая осенняя муха, плывущая в густом мёде. Иногда мне вообще начинало казаться, что время для меня замерло, и только лишь частые приступы боли и влажный хруст в моих костях и суставах доказывали мне, что оно все-таки движется. А вместе с ним двигался вперед и процесс восстановления пострадавшего тела.
Весьма, кстати, болезненный процесс. Поганый настолько, что с ним даже не мог сравниться тот день, когда я получил все свои бесчисленные раны. Тогда, по крайней мере, все было быстро, а сейчас я изнывал долгие часы, ощущая как Сила протаскивает сквозь растерзанные внутренности осколки разлетевшихся костей.
Но физическая боль не шла ни в какое сравнение с болью душевной, той самой, что люди зовут угрызениями совести. Ничто не способствует осмыслению своих поступков лучше, чем пребывание в собственной сырой могиле. По моему внутреннему ощущению, я провалялся тут уже не меньше месяца, и за это время я успел вспомнить и разложить едва ли не посекундно каждое из своих прегрешений, начиная с убийства Вагона, и заканчивая массовым истреблением многих тысяч солдат.