Каюсь

Набираю его номер, в ответ: «абонент недоступен». Становится как-то совсем не по себе. Кажется, как будто в этом чертовом мире я одна. Впрочем, так и есть.

 

Кому я могу быть нужна, если даже собственная мать за все это время ни разу не дала о себе знать? Никогда не думала, что она может быть настолько безразличной. Неужели не болит душа о том, как я, с кем, где? Неужели совсем ничего нет? Что она за мать?

Но все же я скучаю, безумно скучаю. Я пыталась сделать первый шаг, исписала целых десять страниц вордовского листа, пытаясь извиниться, рассказать о своих переживаниях, но мне так и не хватило духу, чтобы отправить письмо, а также уверенности, что маме нужны мои излияния.