Страница 19 из 78
«Где же может быть эта проклятая улица Рыбьей Требухи?» – в отчаянье он задал вопрос самому себе, – «так можно сутками бродить».
За его спиной тихонько скрипнула дверь. Демьян вскочил готовый бежать, но не успел. Из темной щели между дверью и косяком появилась тонкая белая женская рука и протянула ему небольшой квадратный конвертик.
– Вот возьмите и передайте своему господину, – тихо сказал приятный, но очень печальный женский голос.
Демьян хотел что-то возразить, но вместо этого, повинуясь рефлексу, взял конвертик. Дверь мгновенно закрылась и легкие шаги, отдаляясь от двери, затихли где-то в глубине дома.
«Да что же, черт возьми, такое происходит?!» – Демьян едва не завыл от злости.
Теперь его с кем-то спутали, и он должен передать письмо. Он сделал шаг, намереваясь постучать в дверь и вернуть его, но благоразумно передумал. Поднять шум посреди ночи – можно попасть в неприятную ситуацию. Оставить здесь письмо, на ступеньках. А вдруг это любовное письмо, написанное для возлюбленного, а женщина замужем. И тем самым он навлечет на женщину гнев ее мужа. А наказывали неверных жен в средние века довольно жестоко. Десятки сценариев пролетели в голове Демьяна одним потоком. Мало того у него есть обязательства перед Гастоном, так теперь еще он случайно стал почтальоном любовников.
Не зная как поступить, Демьян решил больше не останавливаться и поплелся вперед в надежде выйти хоть к какой-то улице по признакам, которые свидетельствовали, что это улица Рыбьей Требухи.
Небо немного просветлело. Скоро должен начаться рассвет. Демьян дико устал, хотелось пить, есть, спать он буквально валился с ног от усталости. Перед его глазами все плыло, как в муаре, сознание путалось он шел «на автомате» не обращая внимание на грязь, вонь, холод.
Он даже не придал значения легкому свисту, раздавшемуся рядом. И вкрадчивый голос произнес.
– Куда собрался благородный сеньор?
Ему перегородил дорогу, молодой парень лет двадцати пяти. На голове щегольская шляпа с короткими полями и тульей в виде усечённого конуса. Длинные волосы ниспадали на плечи интересного костюма, состоящего из куртки с дутыми рукавами и шерстяных шосс. Костюм странного фасона – двухцветный. Одна часть красная, а вторая зеленая. Правую руку парень держал на рукояти длинного кинжала висевшего на поясе. Его усмешка не сулила ничего хорошего. Демьян резко развернулся, пытаясь уйти от парня в другом направлении.
– Извините, я всего лишь заблудился, – сказал Демьян, как можно более миролюбивым голосом.
Но он тут же уткнулся в коренастого коротышку неровно подстриженного наголо. Он осклабился редкозубой улыбкой и нахально смотрел ему в глаза. Одна кисть у коротышки отсутствовала, а другая с короткими, грязными нечищеными ногтями, судя по тычку в спину, оказалась очень сильной.
– Ну не надо так спешить сеньор, мы только начали нашу с вами беседу, а вы так не вежливо уходите, – послышалось за спиной.
«Сейчас он попросит закурить, а у меня нет, потом попросит мобилу, а я не дам, и семок у меня, конечно же, с собой нет. Потом он скажет: «А если найду?» Потом будет удар по лицу. И так далее. Господи, ну ничего не меняется в этом мире», – предугадывая события, подумал Демьян.
Он повернулся к парню обратно и тут же почувствовал, как что-то очень твердое и острое уперлось ему в спину под ребра в районе почек.
«Ну, все! Это конец.… Так жаль избежать всех опасностей и в конце концов умереть от рук гопников из пятнадцатого века».
– Пожалуйста, забирайте все что хотите, только не убивайте.
Он поднял руки.
Коротышка сзади напирал и Демьяну пришлось подойти к парню поближе.
– Вы благородный сеньор иностранец? – спросил парень.
– Да я недавно прибыл в Париж из Московии.
Парню это ничего не говорило, он лишь медленно приближался к нему с улыбочкой на устах.
– Какая нам разница кто он, – раздался за спиной хриплый голос коротышки, – обчистим его как окуня, я пущу ему кровь, а там спустим его в Сену «в чем мать родила».
– Ну, ну Тиль осади, не нужно быть таким не гостеприимным.
И обращаясь к Демьяну сказал.
– Сеньор ваши деньги и одежду.
Демьян быстро разделся, оставшись стоять голым, посреди улицы и протянул одежду парню.
«И опять я без всего. Да что ж у них тут за хрень такая всех раздевать!?»
Протягивая ему, ворох своей еще теплой от тела одежды он, дрожа от холода, прикидывал – сколько у него шансов, швырнув ее в лицо грабителя, выиграть время и убежать. Но куда бежать? Сзади острый нож коротышки, больно упираясь, уже надрезал кожу, и Демьян почувствовал, как тонкая теплая струйка крови потекла по пояснице. Во всем теле появилась предательская слабость, а на душе опустошенность и покорность судьбе.
«Пусть будет так, как будет», – обреченно думал Демьян.
Внезапно из кучи одежды выпала половина монеты, что дал ему Гастон. Парень быстро подобрал ее, внимательно посмотрел и сказал:
– Где ты ее взял?
В его голосе уже отсутствовало угрожающее ехидство, а появилась странная заинтересованность.
– Я – я, – заикаясь от холода, ответил Демьян, – мне ее дал один человек в тюрьме.
– В тюрьме? – удивленно переспросил парень.
– Да, он просил меня найти какого-то его друга Пьера Удачливого Рыбака с улицы рыбьей Требухи, отдать ему эту половину монетки.
Парень протянул ему одежду обратно.
– Ну-ка, расскажи мне, как он выглядел этот твой приятель из тюрьмы.
Демьян описал ему внешность Гастона.
– Он не просил тебя, что-либо передать Пьеру Удачливому Рыбаку.
– Это я могу сказать только самому Пьеру, – уперся Демьян.
– Вот балда, – усмехнулся парень, – а кто ж перед тобой стоит!
– Это улица Рыбьей Требухи?
– А то какая же! Вон взгляни-ка, налево, видишь там река? Это, святая девка Сена, утром здесь рыбаки продают свой улов. Здесь же и потрошат рыбу. Ну что усек? Я и есть Пьер Удачливый Рыбак.
Демьян посмотрел налево и действительно там поднимался клубящийся белый туман от реки, которая отдавала дневное тепло накопленное водой прохладному утру. В воздухе стоял запах гниющей рыбы, который он даже не заметил. Не он нашел улицу, а улица сама нашла его.
– Тысяча чертей, – выругался Пьер, – мы все гадали, куда запропастился Гастон. А он оказывается, в тюрьме прохлаждается.
– Миленькое дело, – засмеялся коротышка Тиль.
– Там мало приятного, месье Пьер, – Демьян совсем не разделял его веселья.
– Я верю тебе приятель, но у мастера Жиля не заскучаешь. Так что тебя просил передать Гастон?
– Черные вороны пленили сокола, но солнце ему дадут увидеть на тридцати скворечниках, только соколу лететь вдоль реки. И потом он еще сказал. Хромая сорока стрекотала на соседнее дупло, да вот с ветки упала.
– Очень хорошо приятель, – задумчиво проговорил Пьер, – его хотят вздернуть не на лестнице правосудия епископа Парижского, а на королевской виселице в Монфоконе. Наш монарх не обидел своего собрата. Вот так дела, королевские почести!
Демьян к этому времени уже оделся.
– Месье Пьер, вы не могли бы мне помочь добраться до дома. Я, как вы верно заметили иностранец и еще очень плохо ориентируюсь в Париже.
– Сам я не смогу, у меня появилось очень важное и неотложное дело. Мне нужно собирать ребят, чтобы отбить Гастона, когда его отправят по дороге вдоль реки на виселицу. Скоро рассвет, нужно торопиться. Видишь ли, ты только, что оказал услугу королю воров и бродяг всего Парижа Гастону по прозвищу Божественная рука, он же и наш ночной король Франции.
Он немного подумал и сказал.
– Ну и тебя отпускать одного, тоже не с руки. Тиль, я пойду, соберу ребят, а ты проводи нашего друга до дома.
Демьян посмотрел на коренастого коротышку, который стоял рядом и продолжал криво улыбаться своим редкозубым ртом.
«Как же мне везет на такие знакомства, даже здесь в пятнадцатом веке мне никуда не деться от организованной преступности», – подумал он.