Страница 38 из 79
Приятного прочтения, ваша Аннабель Ли.
Я всегда любила зиму за морозную чистоту. Кипельно-белый снег задорно хрустел под ногами и по ночам сверкал ярче алмазов в диадеме королевы. Это была первая безрадостная зима в моей жизни. Я не мечтала поиграть в снежки, слепить снеговика или сделать снежного ангела около дороги. События последних дней слишком многое изменили и забрали. Мы без проблем миновали границу, единственное — лошадям было тяжело идти утопая по брюхо в снегах. Нам пришлось спешиться, чтобы облегчить их ношу. Уже на земле кочевников мы нашли протоптанную узкую тропу, выйдя за пределы которой можно было провалиться глубоко в снег. К тому моменту я уже выбилась из сил и малодушно мечтала о смерти. У нас было мало еды, лошади чахли и выход был только один.
Первой пришлось убить лошадь, на которой большую часть времени ехала я. Беренгар еще в начале пути понял, что с двумя седоками бедное животное долго не протянет и учитывая мою слабость, это был единственный выход. Мне было невыносимо смотреть ей в глаза, на прощание я обняла животное и пожелала ей сочных лугов на полях во владениях Луноликой. Кочевникам тоже было не по себе, хотя забивать скот для них казалось вполне обыденным делом. Но тяга к жизни взяла свое. Вечером мы на запасенных еще с Западного Королевства дровах разожгли костер и поели нечто более съедобное, чем старое вяленое мясо. Удовлетворение голода, быстро сменилось отвращением. Я вспоминала лошадиный визг снова и снова, возвращаясь мысли к тому моменту. Она сначала удивленно осмотрелась вокруг, словно не веря в предательство людей и завалилась на бок, подрагивая всем телом.
Мне казалось, что я больше никогда не смогу видеть снег, не вспоминая о том, как контрастирует на нем алая кровь. Между тем мы шли дальше. Вскоре настала очередь лошади, что несла тело Кичи. Беренгар соорудил нечто вроде носилок из попон лошадей и сам тащил останки своего брата.
Весь наш путь был пропитан тишиной и со временем мне показалось, что я растворяюсь в степи, превращаясь в безликий призрак. Словно все мы были неупокоенными духами, затерявшимися в бесконечной белой пустоте.
Я пыталась поговорить с Беренгаром во время стоянок на отдых, но он только смотрел сквозь меня, иногда безразличие сменялось раздражением и заметив это, один из кочевников, Тиис лишь покачал головой и положив руку на мое плечо попросил его не трогать. Знаками, не словами. И я кивнула в ответ, словно разучилась говорить, как и они.
После вечности в зимней степи, мы выбрались к стоянке кочевников. На лицах мужчин заиграли улыбки, все ускорили шаг, предвкушая скорое возвращение к теплому очагу. Даже я не сдержала эмоций и искала взглядом Пово и Амадехи. Нас вышли встречать к самой границе расчищенного снега и любопытные лица детей в пушистых капюшонах то и дело выглядывали из-за маминых дубленок. Смех и гомон быстро стихли, когда последним на стоянку вошел Беренгар со своей ношей.
Он не говоря ни слова, призраком прошел мимо расступившейся толпы и скрылся в одном из шатров.
Тиис не зная куда меня вести, по старой привычке указал на шатер Пово. Не смотря на ужасный характер старой карги, я успела соскучиться и с глупой улыбкой откинула полог шатра, забыв на секунду о произошедшем. Но надеждам на небольшую передышку от грустных мыслей и скорби, идущей за нами через всю степь, не суждено было сбыться. Пово лежала на теплых шкурах, и выглядела бледнее обычного. Бездельничать днем было не в ее правилах и только действительно сильный недуг, мог заставить неугомонную старую женщину не вставать с кровати.
- Пово, - выдохнула я, - это я.
- Явилась не запылилась, - улыбнулась старая женщина, - я прекрасно вижу что это ты и еще пока не выжила из ума, чтобы забыть такую невоспитанную девчонку.
Выдохнув с облегчением, я присела около старой женщины. Не смотря на показное брюзжание, я знала что на самом деле она рада меня видеть. Взяв ее за руку я влила немного магии исцеления в ее кровь, облегчая самочувствие.
- Ты многому научилась, пока была дома. - она остановила меня, не позволив закончить начатое, - для меня снятие мигрени уже достаточно. Лучше скажи, почему Беренгар с Кичи, еще не пришли проведать меня.
- Ох, Пово... - мой голос дрогнул.
Как сказать старой женщине, что одного из ее сыновей больше нет?
- Значит камни не лгали, - устало заметила она и прикрыла глаза.
Несколько секунд она неподвижно лежада на шкурах, а я сжимала ее руку, пытаясь просто быть рядом. Хотя в таком горе наверно чужой человек не сама лучшая компания. Мои размышления прервало ее резкое движение. Она откинула шкуры и попыталась встать.
- Ну что стоишь, помоги мне. Я хочу увидеть своего мальчика.
Я неуверенно посмотрела на Пово, думая, что это не самая лучшая идея в ее состоянии, но полный решимости взгляд, заставил повиноваться. Накинув на ее плечи старый тулуп, мы достаточно быстро дошли до шатра братьев. Я помогла ей войти внутрь. Там уже собралось несколько пожилых мужчин с Беренгаром. Онф мазнул взглядом мимо меня и остановился на Пово.
- Прости, - сказал он одними губами, не в силах выдавить большее.
- Здесь могут находиться только родственники и старейшины, - сказал один из мужчин, чем заслужил гневный взгляд Пово.