Страница 78 из 87
Король Апродии, герцог Адалика, Айкон Третий".
С небольшим перерывом я отправил письмо и королю Демиану, где в вежливых тонах попытался расспросить его о намерениях:
"Дорогой король государства Некод, Демиан Первый, отправляю Вам это послание чтобы узнать, насколько решительны ваши планы в отношении моего бывшего врага, короля Серпины Эскеля Первого. Верны ли слухи о вашей ссоре и предстоящем военном походе? Если это, действительно, так, то хотелось бы узнать о Ваших претензиях к соседу, стоит ли из-за них начинать кровопролитие? Возможно, стоит уладить всё мирным путём. Если это для Вас допустимо, я готов выступить посредником в Вашем споре.
Король Апродии, герцог Адалика Айкон Первый"
Некоторое время я дожидался ответа, наконец, буквально через неполную неделю (видимо, гонец скакал без отдыха и регулярно менял лошадей), я получил ответ от Эскеля, видно было, что король чувствует себя очень и очень плохо, готовится к самому худшему, а потому готов хвататься за соломинку.
"Дорогой брат, король Айкон, весьма благодарен Вам за Ваше предложение. Спешу сообщить вам, что война неизбежна. Я действительно готовлюсь отражать нападение со стороны короля Демиана, но, боюсь, что за неимением сколько-нибудь внушительной армии, ничего не добьюсь, а война эта закончится, не успев начаться. Демиан уже посылал мне письма с требованием дани, на которую никаких оснований не имел, но он считает, что основания не нужны, если за ним стоит сила. Я был готов заплатить ему, чтобы оттянуть время, но казна моя пуста, кроме того, нет никой гарантии, что отданные деньги предотвратят нападение, король Демиан не слишком часто следует своему слову. Единственная моя надежда - укреплённые города и замки, кочевники, пусть и бывшие, плохо умеют их штурмовать, но никто не помешает им вырезать под корень всех сельских жителей, вытоптать поля и сжечь деревни, даже если они потом уйдут, страна моя превратится в выжженную пустыню, а городское население, истощив все запасы, встретит голодную смерть. Так уже было, когда дед Демиана Сослан захватил территории, которые теперь именуются королевством Некод, то истребил более половины населения и разрушил почти все города. Потом их пришлось отстраивать заново. Я не хочу такой судьбы для своей страны, а потому готов лучше покориться Вам, нежели обречь своих подданных на мучительную смерть.
Ваш брат, король Серпины, Эскель Первый"
Письмо это меня удовлетворило. С этой стороны всё было гладко, такого ответа я от него и ожидал, а ещё через две недели пришло письмо уже от короля Демиана, разумеется, этот варвар, чей отец только к концу жизни стал спать в палатах отстроенного дворца, а не в шатре, что ставили на площади, не имел никакого представления об этикете. Подозреваю, письмо в оригинале было ещё более грубым, но сами писари и переводчики немного сгладили его стиль.
"Слушай меня, юный король Айкон, ты, в своей надменности, думал, что мне нужен будет посредник для разговоров с тем, кто и так у меня в руках? Нет, никакой посредник мне не нужен, да и никаких переговоров у нас больше не будет, я предложил этому трусливому мальчишке заплатить дань, купив у меня спокойствие для своей земли на один год, но деньги для него важнее, чем жизни подданных, а потому я приду и возьму всё сам, по праву сильного. Короля Эскеля больше нет, как нет и его королевства. Я всё сказал. А ты, юный король, лучше оставайся на месте и не суйся в наши дела, придёт и твоё время.
Король Некода, владелец Серпины и повелитель степей, Демиан".
После таких посланий всё уже было ясно, осталось только согласовать выступление со своим невольным союзником, упустить момент мы не боялись, поскольку завоеватели, какими бы дикими ни были, понимали, что лучше нападать после уборки урожая, чтобы было, что грабить. Серпина, в этом смысле, уступала моему королевству, климат там холоднее и почвы не столь плодородны, потому, чтобы в походе не заботиться о пропитании воинов и коней, кочевникам придётся нападать тогда, когда у крестьян полные амбары зерна.
Попутно я отправил письмо герцогу Виндорфу, напоминая о его настоящем статусе.
"Герцог Виндорф, я, Айкон Третий, король Апродии, герцог Адалика, покровитель Серпины и твой настоящий сеньор, в скором времени прибуду к тебе. Твой отец принёс мне вассальную присягу, но сразу же её нарушил, его смерть была справедливой карой богов за столь тяжкое преступление. Обязательства твоего отца никуда не пропали, а потому я приду и потребую, чтобы ты, как законный наследник титула, исполнил их. Учти, что я очень зол на твоего отца и могу излить свой гнев уже на тебя. Не пытайся сопротивляться и не ищи союзников, никого, кто мог бы взять тебя под своё покровительство, поблизости нет и в ближайшее время не будет. Если я, прибыв к тебе с визитом, увижу запертые ворота, не только твоя судьба будет плачевна, твоим подданным также придётся ответить за грехи сеньора. Сделай так, чтобы они не проклинали твоё имя, как человека, навлёкшего на их головы огонь и сталь.
Твой сеньор, король Апродии Айкон Третий".
Отправляясь на восточную границу Серпины, я сделаю небольшой крюк на север, чтобы поставить на место юного герцога, а также разжиться деньгами. Источник денег был очевиден: богатый торговый порт Дёнинг, что стоял на земле герцогства. Раньше они платили дань герцогу, взамен получая формальную вольность, теперь это денежный поток я замкну на себя, тем более, что герцога у них больше не будет.
А деньги были нужны. Сумма, присланная Эскелем, сразу пошла в дело. Я пополнил свой артиллерийский парк, число орудий приблизилось к сотне. Пороховые мануфактуры, наконец-то, вышли на приемлемый уровень производства, а потому за количество боеприпасов я не боялся. Оружейники, забросив всё остальное, производили примерно по три мушкета в день. Очень помогли поставки железа из Бреттоля.
Пополнялся и личный состав армии. Прибыли по морю ещё две тысячи пехоты из Северного Умбора, но, опять же, всего с сотней мушкетёров. Создавалось впечатление, что огнестрел у них есть, но его банально зажимают, придерживая для себя или других покупателей. А может быть, решили, что король Айкон забрал себе большую силу и следует ограничить поставки.
В своей стране я тоже провёл призыв. Условный, конечно, в армию брали только добровольцев, но и таких нашлось немало, когда команды вербовщиков разъезжали по стране. Я запретил им отрывать людей от мирных занятий, но занятые люди, крестьяне и ремесленники, и сами не особо спешили идти в солдаты. Зато в стране нашлась масса людей без определённого рода занятий: молодые подмастерья, изгнанные из цехов, купцы, что разорились на неудачных сделках, лишние сыновья в крестьянских семьях, на которых в общинной земле просто не найдётся надела. Среди этой массы вербовщики выделяли грамотных, сразу назначая их сержантами. Таким способом удалось набрать более трёх тысяч, которые сейчас активно упражнялись на полигоне за городом, практикуясь в стрельбе, строевой подготовке и пользовании холодным оружием. Я ещё подумал, что война эффективно изымает из общества лишних людей, но, к сожалению, исключительно мужчин, создавая в обществе сильный демографический перекос. Нужно будет придумать способ и для женщин, которым не нашлось мужей, или вдов. Они вполне могли бы приносить пользу и зарабатывать себе на пропитание работой на казённых мануфактурах, но это я пока отложу на будущее, сейчас голова занята другим.