Страница 43 из 60
— Вы ничего не хотите? Латте тут, кстати, неплохой. А вот капучино я не рекомендую.
— Спасибо, я ничего не буду. — Откидываюсь на стуле.
Растерявшись от холодности моего тона, Наташа начинает хищно грызть губки. А я разглядываю её и отчего-то думаю, что, когда она вырастет, то будет очень похожа на бывшую жену Димки.
Как это ни странно, но Наташа действительно напоминает Аллу: те же серые глаза, та же томность взгляда, и тот же пунцово-алый рот хищницы — из той породы, что всегда с добычей в зубах. Наташа в свою очередь мажет по мне глазами, жадно ощупывает моё лицо и, кажется, даже пытается заглянуть под стол, чтобы разглядеть мои ноги. Кладу правую руку на стол, указательным пальцем левой постукиваю по циферблату наручных часов:
— Наташа, у нас мало времени.
Девчонка вспыхивает.
— А вы красивы, — ни с того, ни с сего злобно заявляет она. — Я думала, на том снимке фотошоп, или это эффект косметики, но у вас даже блеска для губ нет… Впрочем, вы гораздо старше меня, — злорадно заключает Наташа и откидывается на стуле так, как это секундой ранее сделала я. — Вам, если не секрет, сколько лет?
— Секрет, — без улыбки отвечаю я. — Так о чём мы будем разговаривать?
Наташа нервно трёт загорелые ручки, после чего решительно ставит локти на стол и сводит кисти в замок:
— Германа Дьячкова на самом деле зовут Артём. А Артём — это мой парень, — упирая на местоимение «мой», произносит «зайка».
— Поздравляю, — благосклонно киваю я. — Ещё какие новости?
— А вы, кажется, даже не удивлены? — Наташа изгибает бровь. Я тяжело вздыхаю.
— Милая девушка, — в своей излюбленной манере начинаю воспитание зарвавшейся молодёжи я. — Прежде, чем мы обсудим вашего молодого человека, разрешите сказать вам, что мне известна одна милая привычка современных и — увы! — избалованных вниманием девушек мужчин. И она заключается в том, чтобы представляться «зайкам» различными именами. Например, Герман мог сказать вам, что он — Артём. Вы понимаете, к чему я веду?
— Нет, — узит глаза Наташа, — и к чему же?
— А к тому, что так молодым людям проще закончить надоевшее им знакомство. И если вы имели в виду этот обман Дьячкова, то я его как-нибудь переживу, потому что это ко мне не относится.
— Скажите честно, вы спите с Артёмом?
«Нет, она всё-таки ненормальная…»
— Нет, Наташенька, — качаю головой я. — Но я вспомнила, где я вас видела. Это было в «Меге» пару недель назад. Некий юноша познакомился с вашей подругой, а вас отвёл к Герману. Ну, а потом, — я небрежно покачиваю ногой, — вы, очевидно, переспали, потом Герман бросил вас, и вы решили, что это из-за меня. Так?
Хищно поджав губки (и что за привычка дурацкая?), Наташа кивает.
— Наташа, вы поверите мне, если я скажу, что я не встречаюсь с Дьячковым, потому что у меня есть жених? — Наташа молчит. — Вы знаете, почему я вообще пришла сюда?
— Чтобы узнать про Артёма?
«Господи ты боже мой, опять двадцать пять…»
— Нет, Наташа, — терпеливо, уже по новой начинаю объясняться с этой дурочкой я. — Меня заинтересовало, откуда у вас мой электронный адрес, и как вы узнали про два миллиона?
Наташа бестолково таращится на меня, и вдруг, к моему удивлению, начинает давиться хохотом.
— Нет, я точно дура, — смеётся она. — Так Артём, получается, не солгал: у вас с ним действительно ничего не было. И вы ему так, просто фантазия… на пустом месте!
— Вы не ответили на мой вопрос. — Вот теперь я начинаю злиться.
— Катя, — Наташа победоносно глядит на меня и придвигается ближе, — обманывали вас, а не меня. Потому что ваш Герман Дьячков — это и есть мой Артём Соболев. Теперь всё ясно?
Пауза. После чего у меня возникает стойкое ощущение, что выложенный коричневой плиткой пол в «Старбакс» летит у меня из-под ног вместе со стулом, на котором сижу я, потому что в моей голове всплывает фраза, сказанная мне папой: «…при создании сервисного центра Бергера поручителем перед партнёрами выступал некто Соболев Артём Александрович…».
— Катя, очнитесь, — Наташа щёлкает пальцами перед моим носом. — Повторяю: Артём Соболев — это мой молодой человек. И это он настоящий хозяин «Звёзд самиздата» — того портала, для которого вы написали сценарий.
— Книгу, — автоматически поправляю я.
— Что «книгу»? — не понимает Наташа.
— Я написала книгу.
— Ой, да мне-то какая разница? — Наташа небрежно машет рукой. — Важно другое: Артём меня не обманывал.
Вот тут и я наконец беру себя в руки.
— Наташа, — стараясь говорить равнодушно, спрашиваю я, — а чем вы можете доказать, что мой Герман Дьячков — это ваш Артём Соболев?
— А зачем это вам? — прищуривается Наташа.
— Ну, видите ли, у меня с Дьячковым было одно соглашение. Джентельменский договор, можно сказать. А с учётом того, что вы мне сейчас сказали, я понимаю, что наше с ним соглашение будет расторгнуто, и мой сценарий летит в трубу.