# Duo

Женская ревность и любопытство — два пагубных порока. И если первое просто отравляет твою жизнь, то второе проникает в твой дом под личиной энтузиазма и желания оказать посильную «помощь» подруге.

— Олька советовала по датам проверить, — ввинчивается в мои уши пронзительный голос «зайки». — И я проверила. Ты писал этой Кате этюд о том, что ты мечтал с ней сделать, в тот самый день, когда я была у тебя… Как ты мог? Я… я же живой человек! 

У Наташи срывается голос, на глазах появляются слёзы. Я отлепляюсь от стула, тру ладонями лоб. Не сдержавшись, всё-таки чертыхаюсь и бью кулаком в стену. Наташка вжимает голову в плечи, трусливо мечется взглядом по моему лицу и начинает всхлипывать. Крупная прозрачная капля срывается с кончика её носа и падает на клавиатуру. Наташа шмыгает носом, её лицо некрасиво морщится, взгляд становится жалким, и она ударяется в настоящий рёв. 

А я мигом теряю весь свой запал. Почему-то ловлю себя на мысли, что женские слёзы изобретены для того, чтобы нами манипулировать. Не верите? Надави на жалость — и посыплется каждый второй. Вот и я опускаюсь на корточки и, поглаживая колени Наташи, начинаю просить:  

— Ну перестань, ну, хватит. У меня с Катей ничего не было, слышишь меня?

— Кто она такая?

Очень хочется отвесить Наташе оплеуху, но вместо этого я принимаюсь вытирать её мокрые щёки.

— Катя —  это новый автор на моём сайте.

— Да? Ну и как этот твой сайт называется? — «Зайка» обиженно хлюпает носом.

— «Звёзды самиздата».  

— Правда? 

— Правда.

— Покажи, — Несчастная Наташа трёт глаза ладонью и доверчиво прижимается к моему плечу. Придвигаю злосчастный ноутбук, ввожу знакомый веб-адрес:

— Вот, смотри сама.

«Зайка» внимательно изучает страницу, после чего снова хмурится:

— Но здесь написано, что сайт принадлежит Герману.  

— Так и есть, — подтверждаю этот неоспоримый факт я. — До 7 июля хозяином сайта для всех будет небезызвестный тебе Дьячков. 

— Так ты поэтому его именем подписываешь свои письма к Кате? — Киваю.  — А скажи, — Наташа судорожно вытирает нос, — эта Катя тебе очень нравится? 

— Так, хватит, — в конце концов, не выдерживаю я. Поднимаюсь и отхожу в сторону.

—  Я тебя ей не отдам! — догоняет меня голос Наташи. Оборачиваюсь. Знаете, что интересно? В голосе у Наташи слёзы, а в глазах — откровенная злость. — Я люблю тебя, а ты… ты…

— Наташ, — устало отзываюсь я, — может, хватит уже? Ну какая любовь?

— Зачем ты общаешься с Катей? Тоже играешь с ней в любовь? 

— Оставь эту тему. 

— Почему это? 

— Потому, что Катя собирается выйти замуж за другого человека. 

— И как зовут этого человека?

— Господи, да какая тебе разница?

— А тебе скажу, какая: у тебя в почте есть договор на раздел сервисного центра. И ты очень хочешь, чтобы Кате досталась в нём доля.  Ты даже писал этой Кате, что отдашь ей два миллиона! С чего бы такая щедрость, Артём? 

Знаете, кто я? Я — дурак, который чуть было не открыл нараспашку душу в то время, когда мне надо было запереть её на засов. Да ещё и бревном подпереть.

— Всё, собирайся. 

— Что? — в ужасе выдыхает Наташа и растерянно открывает рот. Сглатывает, поднимается, после чего с отчаянным видом захлопывает ноутбук и направляется прямиком ко мне. Кладёт руки мне на талию, встаёт на цыпочки, но я, пользуясь разницей в росте, отвожу подбородок в сторону:

— Нет.

— Опять нет? Почему? — яростно шипит Наташа. — Из-за неё всё, да? Из-за этой Кати?

Я молчу, разглядывая серые глаза, так похожие на глаза Аллы. Наташа в свой черёд упрямо прикусывает губы и за каким-то чёртом опускается передо мной на колени. 

— С ума сошла? — холодно интересуюсь я.

— Ты её забудешь, — с угрозой произносит «зайка» и со знанием дела проводит ладонями по моим ногам, вниз и вверх. — Я тебе обещаю.

— Ты что задумала? 

Вместо ответа Наташа дёргает кнопку на моих джинсах, тянет вниз «язычок» молнии и прижимается щекой к моему бедру. 

— Ты их всех забудешь, — обещает она. Прежде чем меня опаляет её дыхание, успеваю сделать шаг назад: 

— Прекрати это. 

Наташа растерянно поднимается. А я ищу сигареты.

Через пятнадцать минут, которые мы проводим в её злых слезах и моём молчании, сажаю Наташу в такси.

— Артём, мы ещё увидимся? 

«Ну, это вряд ли», — думаю я.

— Я тебе позвоню. 

«Зайка» всхлипывает. Я вручаю таксисту пятьсот рублей, называю адрес Наташи, после чего, не оглядываясь на отъезжающий автомобиль, иду к своему подъезду. Вызываю лифт, отпираю квартиру и возвращаюсь на кухню. Сажусь за ноутбук и разглядываю свою выпотрошенную почту. Письма — Катины и мои.

Глядя на переписку, опороченную детской ревностью и любопытством двух глупых «заек», я думаю о том, что Наташа, как это ни странно, права: я заигрался в прятки, в то время, как в жизни всегда приходится выбирать между тем, что тебе нравится, и тем, что ты сделать должен. 

— Прости меня. — Я выделяю то, что так долго хранил — фотографию Кати, письма и мой этюд, и навсегда их стираю. После чего кладу пальцы на клавиатуру.