Страница 32 из 60
— … что для получения ISBN на любую книгу нам будет достаточно оформить заявку по установленной форме, что займет часа два, — подхватываю я. — Таким образом, писатель получит бонус — ISBN, а мы с тобой — прибыль с продажи книги в онлайн-магазинах.
— Так точно, партнёр, — Дробин удовлетворённо жмурится.
— Отлично, партнёр. А теперь скажи-ка, ты подготовил второй договор?
— Тот, что на два миллиона? — уточняет Илья. Я киваю. — Ага. Тебе распечатку сделать? Сейчас Машке скажу…
— Стой.
— Почему?
— Пришли мне его на почту.
— Ладно, как скажешь… кстати, напоминаю: в договор нужно будет внести подробное описание сервисного центра и паспортные данных тех людей, которые заключат сделку.
— Внесу, внесу. — («Я этот сервисный центр по гроб жизни вспоминать буду!») — А насчёт паспортных данных — узнаю у Ка... то есть, у владельца спрошу.
— Всё у тебя тайны… — небрежно замечает Илья и косится на часы. — Слушай, пошли, пообедаем? Я тут такую кафешку нашёл — м-м-м, какие там блинчики!
— Я уже сегодня обедал. А есть два раза для фигуры вредно, — усмехаюсь я. — А ты знаешь, что сделай? Пригласи-ка ты Машу. И сам развеешься, и девушке приятное сделаешь.
Пауза. Дробин вскидывает на меня изумлённые глаза:
— Ну ты даёшь, Соболев.
Я глубокомысленно поднимаю вверх бровь, указываю на дверь, за которой ресепшен Маши, закатываю глаза, и до Дробина наконец доходит. Он сглатывает, я киваю:
— Она держит в верхнем ящике своего стола твою фотографию, — шепотом сообщаю я.
Ильюха моргает. Потом улыбается и трясет головой:
— Ну, ты спец. Ладно, давай, вали.
— Удачи в любви!
Пропускаю несильный удар в плечо, прощаюсь с Дробиным. Братские рукопожатия, похлопывание по спине, шаг — и я на ресепшен. Красная, как свекла, Маша сидит за столом и старательно отводит глаза в сторону. Я грозно сдвигаю брови:
— Маш, тебя Илья Алексеевич просил срочно зайти!
— Ой, — Маша пугается и стремглав несётся к Дробину в кабинет. Я смеюсь, опускаю на нос очки и выхожу на улицу».
2.
23 мая 2016 года, понедельник.
«Пристраиваю «Ауди» в квадрат придомовой парковки, выпрыгиваю из машины и первое, что я вижу, как из подъезда моего дома, украшенного латунной табличкой «Дробин и Ко», выходит облачённый в костюм мальчишка, которого я встретила в «Меге». Я моргаю и — присев, быстро прячусь за дверцей.
Не замечая меня, мальчишка сдвигает с затылка на нос солнцезащитные очки, достаёт мобильный, что-то ищет в нём, быстро бегая пальцами по клавиатуре. Через секунду убирает сотовый в карман и быстрым шагом идёт в сторону проезжей части дороги. Через секунду его гибкая фигура скрывается от меня за зарослями акаций. А я выпрямляюсь и ловлю себя на мысли о том, что я спряталась от него, как девчонка. Раздражённо кусаю внутреннюю сторону щеки и рассматриваю вывеску адвокатской конторы. В голове мелькает безумная идея зайти и поинтересоваться, кто этот парень? Но, во-первых, мысль заглянуть к адвокатам действительно дурацкая, а во-вторых, мой отец и сам юрист, и я, зная его работу, руку могу заложить, что в «Дробин и Ко» меня, после такого вопроса, скорее полиции передадут, нежели выдадут мне тайны клиента.
От вихря мыслей, образовавшегося в моей голове, меня отвлекает пришедшая на телефон смс-ка. «Только бы не с работы», — молюсь я и вижу сообщение от Германа. Открываю его:
«Добрый вечер, Катя. Скажите, Вы можете позвонить мне сегодня ровно в шесть? Есть разговор».
Прикидываю время. Мне ещё нужно сходить в магазин, набить холодильник продуктами и переделать кое-какие домашние дела, потому что моя квартира долгое время была в запустении. И я пишу:
«Добрый вечер, Герман. А Вы не против поговорить со мной не в шесть, а в восемь вечера?»
«К сожалению, против. У меня встреча в девять».
«Интересно, куда это он, на ночь глядя, собрался?» — думаю я. Впрочем, мне-то какое дело? И я печатаю: «Хорошо, в шесть так в шесть».
«Отлично. Тогда жду Вашего звонка».
Запихиваю телефон в карман жакета, роюсь в сумке, ищу ключи. Двигаю к подъезду, вызываю лифт, прибываю на свой этаж, отпираю входную дверь. До звонка ещё час. За это время я уже не успеваю наведаться в магазин, зато могу кофе выпить. Иду на кухню, включаю чайник. Пока вода греется, сдираю с себя офисную «броню» и, голышом, на ходу завязывая в пучок хвост волос, отправляюсь в ванную.
Через двадцать минут, облаченная в джинсы и футболку, я сижу на кухне. В руках — мобильный телефон. На столе чашка кофе. Я медленно прокручиваю в сотовом фотографии. Вот мы с Димкой, ещё улыбающиеся и очень счастливые. Этот снимок был сделан на нашем первом свидании. Вот Димка в своём кабинете, сидит за широким столом, и, привычно упершись в кулак подбородком, смотрит на меня и смеётся. Вот третье изображение: Димка и я в первые майские выходные, на даче у моего отца. Рядом стоят мой папа и Инесса, его жена, заменившая отцу мою маму. Я не люблю этот снимок, но всё же все мы здесь кажемся одной семьёй. Листая фотографии, я разглядываю то весёлое, то спокойное, то задумчивое лицо Димки и думаю, когда же всё в нашей жизни пошло не так? Отчего всё так изменилось?