Страница 90 из 110
- Километров в трех точно на север от кратера. Точные измерения произвести не успели, вилка – от двух с половиной до трех с половиной.
- Ерунда, даже пешком дойду, а уж на лунокате и вовсе доеду без проблем. Если, конечно, сам сяду недалеко от лагеря. В общем, дублировать этот пуск не нужно.
- А если вы все же останетесь без инструментов и аммонала?
- Ну, уж лом-то в лагере точно найдется, им и буду долбить.
- Откуда там лом?
- Отломаю упорную штангу от лебедки, вот он и будет. В общем, повторяю – следующим пуском отправляем лунокат и баки с горючим. Этот же я, как координатор проекта, приказываю считать удачным. Где бы про это расписаться?
- Не надо, вам же туда лететь.
- Вот именно, и пусть я лучше вспотею на работе, чем в случае какой-нибудь внештатной ситуации под рукой не окажется готовой к старту ракеты. Ладно, скажу секретарше, приказ она сочинит, а вы начинайте готовить второй пуск.
Второй грузовик сел штатно, но все же не в самом лагере, а метрах в семистах от него. Ничего, сегвей там вроде исправен, и, если тележка из комплекта первого рейса тоже цела, будет на чем в случае необходимости перевезти баки. А если нет, то из «Профессора» можно будет сделать не то что тележку, а самую настоящую телегу.
Больше всего я волновался за третий грузовой рейс, но он получился удачней всех. Посадочный модуль с «Салютом» безупречно прилунился совсем рядом с кратером, между лебедкой и базой с уткнувшимися в нее остовами луноходов. Теперь работали два радиомаяка, что повышало вероятность посадить лунный «Союз» там, где надо.
В воскресенье двадцать седьмого июня с мыса Канаверал стартовал «Аполлон-16», а в понедельник вышел на околоземную орбиту «Союз-Л4». Это событие я, можно сказать, наблюдал своими глазами, потому как уже находился в Тюратаме – месте, которое в открытых документах называли Байконуром.
Мне предстояло лететь к моему кораблю вечером во вторник.
Глава 32
- Увы, - вздохнул Антонов. – Полный ноль, как будто никакого двадцать первого века в природе вообще не существует. А ведь мы и половины пути не пролетели! Похоже, ты случайно попал в десятку, ткнув пальцем в небо, и за нашими возможностями действительно стоит ноосфера.
- А связь-то какая? – лениво поинтересовался я. Мне было скучно, неудобно и немного холодно.
- Ну, если бы это был какой-нибудь высший галактический разум, вряд ли он имел бы такую ограниченную зону возможностей. И гипотеза, что это господь бог, тоже не проходит. Он же вроде вездесущий.
- Точно? По-моему, он всего лишь всемогущий, но вообще-то про подобные вещи лучше проконсультироваться у специалистов. Кстати, уже начинается твоя вахта, а я попробую виртуально поспать, раз уж попасть на диван в твоей квартире мне нельзя. И, если будет время, прикинь, нельзя ли тут, не увеличивая энергопотребления, слегка повысить температуру, а то ведь задубеем.
- Не ленись сучить ногами, - назидательно посоветовал духовный брат, - тогда и не замерзнешь. Аккумуляторы у нас далеко не бездонные.
- Подкожные жировые запасы тоже, - буркнул я.
Да, один научный результат полет к Луне уже дал. Возможность сменить время пребывания исчезла примерно в шестидесяти тысячах километров от Земли. И, значит, бедному Антонову во время полета придется обойтись без икры и консервированного лосося, ведь с собой мы взяли только всякие тюбики, да и тех не сказать, что много, а консервные банки остались в двадцать первом веке.
- Икра в лунном доме есть! – уточнил Антонов. – Сам проследил, чтобы положили. Правда, она не в банках, а в тюбиках.
Мы поделили весь полет на шестичасовые вахты. Одна личность бодрствует и управляет организмом, другая дремлет где-то на границе подсознания. Не сказать, что это полноценный отдых, но что-то он все же дает. Вот и сейчас настала очередь Антонову бодрствовать, а мне слегка вздремнуть. Ну, а во время пересменки мы немного поболтали, не чужие же люди.
Лунный корабль «Союз-Л4» сейчас тащил на себе посадочный модуль «Луна-22». Проход из корабля в модуль и обратно мог осуществляться только через открытый космос, этот «Союз» вообще не имел стыковочного узла. Один раз мы с духовным братом в этом открытом космосе уже побывали, когда перебирались из орбитального «Союза» в лунный. Все проделал я, Антонов же восхищался видами и ужасался разверзнувшейся со всех сторон бездне, а то мне было некогда. По плану он должен был в случае чего помочь мне не потерять сознание, но такого случая не возникло, переход продолжался всего четыре с половиной минуты. Это немного, даже учитывая, что давление в скафандре было всего двести миллиметров ртутного столба – даже меньше, чем на Эвересте.