Страница 89 из 100
Враги, друзья – суета сует. Человеческие страсти, сокращающие жизнь».
Чем сильнее приближались они к галеону, тем темнее и осязаемей становилась тень, отбрасываемая кораблём на зыбкие волны.
– В случае если всё пойдёт ни к чёрту мы уже ничего не сможем сделать, – волновался, кусая губы, Адам Беннет.
Он ухитрялся одновременно и бесить, и умилять Айрис. Трусоватый и вечно раздражённый, готовый впасть в панику по малейшему поводу, вечно ожидающий неприятностей, упрямо не отставал от неё ни на шаг, куда бы она не пошла.
Вот и теперь, уверенный, что они плывут на верную смерть, вместо того, чтобы остаться на фрегате, Адам первый полез в шлюпку. И ворчал всё время, ни на секунду не смолкая, словно лейтмотив унылой песенки: «Бу-бу-бу, бу-бу-бу».
Им сбросили сверху сходни. Айрис и её люди взобрались наверх, представ пред светлые очи Оливера.
Дойл стоял на коленях в кольце нацеленных на него мушкетов.
Это было почти смешно! Достаточно двух-трёх солдат, чтобы с расстояния меньше, чем фут, наверняка убить одного человека. А их тут не меньше десятка! Что это? Трусость? Демонстрация сила? Перестраховка?
Оливер знает – Айрис не понять.
Рядом с Дойлом, в нескольких шагах, тоже на коленях стояли члены его команды.
Сам господин муж восседал на стуле, изображая королевское достоинство, хозяина жизни и положения. Но взгляд под опухшими веками был как у затравленного волка. Или как у человека, поднявшего ставки выше крыши и готового идти до конца, чего бы это не стоило.
Люди Оливера смотрели на Айрис с ненавистью и презрением. Как если бы она была не леди, а обычной пиратской шлюхой. Как если бы не их господин, а она предала Ранерлик.
– Миледи? – при её появлении Оливер поднялся.
Его рука непроизвольно потянулась к жуткому синяку на скуле молодой женщины.
– Неужели кто-то осмелился проявить к вам непочтение?
Ветер трепал волосы Айрис, такие же буйные, как её фамильный темперамент.
Она резко отклонилась от протянутой к ней руки.
– Насланные вами, милорд, муж мой, мародёры-католийцы, увы, не оказали мне должного почтения.
Голос так и сочился язвительностью.
– Я знаю, вы вините меня в случившимся, но ты было необходимое зло.
– Боюсь вы не смогли до конца просчитать риски, на которые пошли в тот момент, когда предали интересы своей короны и своей семьи.
– Я всего лишь пытаюсь спасти вас от вас самой!
– Я сама себе ничем не угрожала. В отличие от вас.
Оливер в нетерпении нервно кусал губы.
– Нам нужно поговорить, миледи. Наедине.
Он указал рукой на распахнутые двери. Не говоря ни слова Айрис двинулась в тёмное нутро корабля.
– Слушаю вас, милорд. Что вы желаете сообщить?
– Вы считаете меня своим врагом, сударыня. Вы считаете, что я дважды предал вас.
– У меня нет альтернативы мнений, сударь, – развела руками Айрис. – Ваши поступки не оставляют маневра для толкования.
– Айрис… – было, снова шагнул Оливер к ней, но она вскинула руку, выставляя ладонь в жесте отрицания, всем своим видом приказывая не приближаться.
– Милорд, вы пришли со мной торговаться, взяв в заложники того, чьей жизнью, как вы знаете, я дорожу. Будет лучше, если, не теряя времени, вы изложите суть ваших требований.
– Айрис, я хочу всё исправить!
– Что тебе мешает?
– Я сделаю всё возможное и невозможное чтобы искупить свою вину. Дай только шанс…
– Нет.
Оливер, едва заметно вздрогнул:
– Вот так? Решительно? Даже не думая?
–Ты считаешь, мне есть о чём думать? Оливер! Ты ведь не пытаешься вынудить меня вернуться к тебе, шантажируя жизнью моего любовника?
– Мы оба совершали ошибки…
– Ни ты, ни я не совершали ошибок – мы делали осознанный выбор. Ты свой – я свой.
– Когда-то ты ради меня готова была драться с самой судьбой. Такая любовь не может пройти без следа, Айрис! Что-то ведь осталось?
– Труп любви. Разложившийся от разочарования. И я намерена сбросить её в могилу здешних бескрайних вод.
– Я в это не верю!
– Поверь, – отрезала Айрис. – Нет на земле силы способной заставить меня вернуться к тебе. Я не торгуюсь. Особенно своим расположением. Особенно – с шестёрками, предателями и трусами.