Страница 106 из 107
- Это очень неожиданное предложение…
- Простите, а почему? Вы предложили, вам и работать. Согласны?
- Да, ваше высочество, я подойду к вам по этому поводу сразу, как только прояснится ситуация со здоровьем его величества.
К сожалению, она прояснилась очень быстро…
Зайдя с утра к Николаю, я убедился, что Боткин был совершенно прав. Брат явно простужен, кашляет, а приложив ладонь ко лбу, я убедился, что у него еще и температура. По ощущениям – что-то около тридцати восьми.
- Так, сегодня ты никуда не идешь, лежишь и лечишься. Завтра тоже. Послезавтра – не знаю, это уж как Боткин скажет, он сейчас придет.
- А как же…
- Никак. Ты что, хочешь свалиться перед самой свадьбой? Нет? Значит, лежи и не вставай.
Николай послушался. Он действительно так и не вставал все три дня. До самой смерти.
Боткин сразу определил у него пневмонию, а на следующий день заявил, что она осложнена чахоткой. Которую, скорее всего, его величество получил давно, но после ушиба спины во время катастрофы ее развитие резко ускорилось. В это время каждая из названных болезней была очень опасна, а вместе они означали однозначный смертный приговор.
Мы с Маргаритой были рядом с братом до самого конца. Его императорское величество Николай Второй почил в бозе двадцать первого октября тысяча восемьсот девяностого года, процарствовав всего два с небольшим месяца и не успев ни короноваться, ни даже жениться. Получается, что в этой истории туберкулез подхватил не Георгий, который здоров как бык, собака. А Николай.
На похоронах смогла присутствовать маман – ее несли на носилках с крышей – вот уж не знаю, как они называются. Разговаривать со мной она не рвалась, я тем более. Она вообще не выдержала до конца церемонии, потеряв сознание.
Я выдержал.
Только вечером, уже у себя, наконец-то осознал, что все, к чему я готовился с детских лет своей здешней жизни, пошло прахом. Николай лежит в Петропавловской крепости, а я – император. Пока еще живой, но может оказаться, что это не очень надолго. Потому как почти для всего ближайшего окружения Георгий является гораздо более желанной кандидатурой, нежели я.
Маман меня, пожалуй, уже откровенно ненавидит. А с Жоржи у них все прекрасно. Все дяди сильно подозревают, кто настраивал против них Николая, и знают, что Георгий ни с кем из них спорить не будет. Да уж, в такой ситуации ни одна страховая компания меня не возьмет в клиенты. Сбежать, что ли, пока не прибили? Сначала в Штаты, там наложить лапу на свою часть золотых денег, а потом – в Новую Зеландию. Но – увы. Не получится. Да и не хочу я! Потому что не имею права. Раньше оно у меня, может, и было, а теперь кончилось. Как там говорили в старину? «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день». И хватит ныть, приказал я себе, это мы еще посмотрим, кто раньше отбросит копыта. Что надо делать, чтобы повысить вероятность выжить? Как можно быстрее заиметь наследника, который не будет столь удобной фигурой для всех моих врагов, как Георгий. И коли начнется какое-нибудь подозрительное шевеление, прибить этого братца к чертовой матери! Причем самому. Бешенство, например, если тянуть с прививкой до появления первых симптомов, смертельно даже в двадцать первом веке, не то что сейчас. А передаваться оно может не обязательно через укус - через укол или царапину тоже. Но это на крайний случай, а пока нужно как можно быстрее жениться. И не слезать, блин, с молодой жены, пока она не забеременеет! Где взять невесту? Да прямо здесь, в Гатчине, на первом этаже Арсенального каре. Маргарита уже приняла православие, теперь ее зовут Анна Федоровна. Сходить, что ли, сделать предложение, пока не испугался и не передумал? Тем более что Николай перед смертью явно пытался что-то такое сказать. Значит, решено – иду прямо сейчас.
Эпилог
- Мне кажется, господа, вы понимаете, по какой причине мы здесь сейчас собрались, но я все равно назову ее. Положение Александра довольно сложное, и это еще мягко сказано. И, значит, наше с вами тоже. Что будем делать?