Страница 19 из 124
Мама отдаёт ему исписанный не «тем путём» лист и быстро кладёт свою руку Эштону на лоб.
- Ребёнок! Ты весь горишь! Термометр есть? – внезапно восклицает.
- Нет…
- Так я и думала! Как ты лечишься?
Эштон с улыбкой пожимает плечами.
- Ты сейчас чем занят был?
Эштон протяжно вздыхает, обдумывая, по всей видимости, свой ответ, но сделать это как следует не успевает:
- Только не говори мне, пожалуйста, что ты с температурой, весь охрипший, решаешь мою контрольную!!!
- Вы ведь сказали до вторника всем сдать, иначе незачёт!
- Но не в том случае, если студент заболел, Эштон! Ты как маленький, ей Богу! Я что? Изверг, по-твоему?!
Эштон снова вздыхает, а я, пользуясь возможностью, спешу напомнить о своём существовании:
- Мамочка, ты, конечно же, лапушка у нас дома, но на своём подиуме в Институте выглядишь довольно таки грозно!
- Да ты даже не представляешь себе, дочь, чего мне стоит порой заставить этих обалдуев учиться!
Затем безапелляционно заявляет Эштону:
- Так, всё, дорогой мой, собирайся, ты едешь к нам - будешь жить в гостевой комнате до полного выздоровления! И вообще, давно пора завести тебе собственную комнату у отца в доме. Соня, дочь, помоги мне собрать для Эштона вещи.
- Не нужно! Я сам! – как-то нервно восклицает больной.
- Ладно. Давай сам, только быстро. Сонь, пойдём глянем, что у него на кухне.
А на кухне совершенно пустой холодильник и на полке в шкафу одинокая пачка макарон соседствует с не менее одинокой пачкой чая.
- Так я и знала! - раздражённо замечает мама. - Ведь говорила же: проверь, как ребёнок живёт! Так нет же! “Он взрослый, я не имею права к нему соваться!”
- Если ты про папу, то он прав, я считаю… - возражаю несмело.
- Папа он для Эштона, а для тебя Алекс! - успевает нервно высказать мама, но тут же осекается, осознав, по-видимому, свою ошибку.
- И мне тоже он папа! – огрызаюсь, едва сдерживая слёзы.