Страница 20 из 224
Но всё холоднее высь.
Бичуя опустошенье,
Над сердцем ветра взвились.
О, канувшие удачи,
Которых не нужно мне!
О, сон, что живёшь иначе,
И жизнь, что ведёшь во сне!
Взвевайтесь ветра над глушью,
Простёршейся мглы ночной!
Безлюдье пугает душу
Бескрайнею тишиной…
И, слёзы тайком глотая,
Вперяешься в миражи…
О, жизнь ты моя пустая
Хоть кто я такой, скажи?
Ф.Пессоа, перевод Б.Дубин
– Не поняла? Что сие значит? – Олеся, зашедшая утром за Настей, чтобы вместе ехать в институт, одарила подругу недоумевающим взглядом.
Нет, сегодня Настя не проспала. Она была уже вполне готова…
Только вот к чему? Потёртые джинсы, старый свитер стального цвета крупной вязки (за узор в виде сцепленных между собой колечек и цвет Рыжая прозвала его «кольчугой»). Волосы собраны на затылке в «конский хвост». Никакого макияжа на лице. На тумбочке в коридоре замшевая ветровка и кожаный «походный» рюкзачок. А у двери, на коврике с милой надписью: «Добро пожаловать!», стоят готовые сорваться в путь берцы с высокой голяшкой, на шнуровке и толстой подошве-платформе. Такие ботинки можно даже как средство самообороны рассматривать! Если кому-нибудь таким башмаком «засветить» – мало не покажется!
Весь вид Настасьи заявлял о том, что Рыжая куда-то собралась, но явно не в институт… Потому как на занятия её в таком виде и силой не загонишь!
А сегодня, между прочим, по экономике предприятия первая контрольная в этом году!
– Я больше так не могу! Я устала, – со вздохом сказала Настя, присаживаясь на уголок тумбочки.
И Олесе сразу расхотелось возмущаться и взывать к совести подруги.
– Я иду туда.
– Куда? – проворчала Петрушенко, уже зная ответ.
– На Воронов утёс, – серьёзно ответила Романова и вновь вздохнула.
– Рыжая, ты что заболела или головой ударилась? – терпеливо начала Леся, словно говорила с маленьким ребёнком. – Кто-то говорил, что в скалы больше ни ногой! Или мне память изменяет? Настёнок, какого чёрта ты там забыла?! Тебе мало что ли прошлого раза? Зачем ты туда пойдёшь, скажи на милость?
– Так надо! – упрямо доложила Настя. – Постой, не перебивай! Послушай!
Олеся поджала губы, всем видом показывая, что выслушать готова, но заранее не одобряет затею Романовой.
– Я, в самом деле, заболела. Вернее… Я знаю, что ещё немного и просто свихнусь! Я должна найти способ помочь себе! Только я сама – никто другой! Ты даже представить себе не можешь, Леся, что такое эти ночные кошмары! Они мне всю душу вымотали, в клочья нервы изорвали, они из меня силы выжимают! Живу, как на краю пропасти… Ни о чём другом думать не могу! Сегодня вот контрольная, а мне до этого дела нет! Потому что, какая тут может быть учёба, если меня сегодня всю ночь опять истязали! Ты знаешь, как это – каждую ночь умирать?! Чувствовать, как тебя убивают! До мельчайших деталей, до каждого нового оттенка боли и страха! Всё это чувствовать! Снова и снова!
– К этому можно привыкнуть! – возразила Олеся. – Это только сны, Настёнок! Они тебе реального вреда не причиняют!
– К этому нельзя привыкнуть! – огрызнулась Настя. – Нельзя привыкнуть к тому, что тебя убивают, а ты даже защитить себя не можешь.
– Но ведь это всё понарошку! А если ты там, на Вороновом утёсе, опять с этими психами столкнёшься? Ты себя защитить сможешь? – взорвалась Олеся. – Им же только того и надо, чтобы ты вернулась! Тогда они тебя уже не во сне убьют!
– Я буду осторожна. Я буду готова. Если уж на то пошло: пусть лучше один раз в реальности, чем вот так каждую ночь. Всё равно мне жизни нет! Не жизнь, а так… существование, микс ада и бреда…
– Тоже мне нашла выход из положения! – Олеся состроила гримасу. – А Надежда Андреевна знает, что ты задумала?
Теперь уже Настя посмотрела на подругу так, словно сильно сомневалась в её умственной полноценности.
– Нет, конечно! – Настя отвела взгляд. – Разве с матерью говорят о таком? Я не хочу, чтобы она из-за меня переживала. Я её слишком сильно люблю! И так последнее время из-за меня покоя не знает. Я и тебе бы ничего не говорила, но просто надо, чтобы хоть кто-то знал, где меня искать, если я вдруг не вернусь…
Олеся вытаращила на неё огромные чёрные глаза:
– Вот что, Рыжая, никуда я тебя не отпущу! Ишь чего вздумала – «если я не вернусь»!
– Это я так… к слову… Всякое может случиться, – спокойно рассудила Настя и, слегка отстранив подругу, принялась шнуровать свои ботинки в стиле «military».
Олеся заметила, что на поясе у Насти прицеплен сувенирный охотничий нож её брата Дениса. Сувенирный, в смысле изукрашен оригинально, позолоченными узорами – но острый-то он совсем как настоящий!