Страница 17 из 224
Сейчас же студенческого люда было особенно много (хоть учёба ещё не начиналась), поскольку кто-то уже сдавал отчёты по практике, а некоторые - прошлогодние долги. Среди старшекурсников Настя приметила высокую фигуру Нижегородцева и поспешила к нему.
– Салют, Руслан! Ну, как начало учебной жизни? – поздоровалась она.
– Пока ништяк! Привет! Я уже успел по всем соскучиться! – улыбнулся парень. – А учёба... Ты же сама знаешь: «От сессии до сессии живут студенты весело!»
– Как там процесс защиты?
– Ты - за Лесей, Олеся - за мной! Но очередь наша подойдёт ещё не скоро. Надо было, как в советские времена, с вечера занимать! Принимает наша горячо любимая Светлана Юрьевна!
– Крыса? – скривилась Настя.
– Да! И процесс, как ты понимаешь сама, идёт ну, очень, очень мед-ле-н-но, – деловито доложил Руслан. – Можешь туда не торопиться! Расскажи лучше как дела, Царица?
– Нормально! – уклончиво ответила Настя и, в пику собственным словам, нервно закурила.
Но Руслан не сводил с неё пытливого взгляда.
– А я слышал, Романова, что вместо того, чтобы на солнышке греться кверху пузиком, где-нибудь на уютном пляже, ты развлекаешься поиском шаманов и запрещённых сект в диких лесах необъятной России?
– Петрушенко надо язык вырвать! – вздохнула Настя. – Уже всё разболтала?
– Всё!!! – безжалостно подтвердил Руся. – Мне, причём, ещё вчера, по телефону… А вот всем остальным – сегодня! Боюсь, что пол-института уже точно в курсе, а после обеда и вторая половина узнает последние новости из жизни Анастасии Романовой.
– Круто! – разозлилась Настя. – Она бы ещё в новостях выступила и объявила на весь город! Особенно, всё это умно, после того, как нас в милиции послали куда подальше и сказали, что у нас с Лесей были обычные «глюки».
– Кстати, о ментах… Надо от них не отступать! Снова к ним наведаться. Пусть ещё раз лес прочешут! – упорствовал Руслан. – Хочешь, после защиты с вами съезжу? Что ни говори, в органах работают люди циничные и твердолобые. И на вас они посмотрели как на детей, всерьёз не восприняли. Может, если я с ними потолкую, как говорится по-мужски, больше толку будет?
– Ладно, если тебе это нетрудно, давай! – согласилась Настя. – Хотя, не знаю, есть ли смысл: если уж сразу ничего не нашли, теперь тем более поздно.
***
Пережить этот день было нелегко. Все, кому не лень, заглядывая в лицо с плохо скрываемым любопытством, норовили спросить: «Как же бедная Настенька пережила такой ужас?». Все стремились уточнить детали происшествия, чтобы (как понимала Настя) сопоставить рассказы обеих девушек и вычислить, не приврали ли подруги чего-нибудь. Насте хотелось высказать Олесе всё, что она думала по этому поводу, но вечно рядом с ними находился третий лишний.
Последней каплей стала сама преподавательница Светлана Юрьевна, более известная под прозвищем Крыса.
Так как голова Насти была забита совсем не мыслями о практике, отвечала она в этот день вяло, без энтузиазма.
Со слащавой улыбочкой Светлана Юрьевна проговорила своим лживо-медоточивым тихим голоском:
- Что ж, Настенька, сегодня только четыре, и очень слабенькая! Вижу, что писала ты всё сама, а вот ответить толком не можешь. Я всё понимаю – у тебя проблемы. Но я ведь не могу ставить тебе оценки авансом, или за твои былые заслуги! Надеюсь, что к началу учёбы ты разберёшься со всем этим криминалом, и мы увидим прежнюю Настю Романову, собранную и внимательную!
***
Поездка в милицию ничего не дала. В принципе Настя понимала это и раньше, но хотела использовать последний шанс.
Сегодня, правда, Владимир Сысоев не вёл себя столь агрессивно. Поговорили спокойно, «как белые люди» – меткое выражение Руслана описало встречу довольно точно. Но Владимир не смог дать никаких новых сведений: милиция не нашла ничего, абсолютно ничего, что могло бы доказать правдивость слов девушек.
– Похоже, лучшее, что вы можете сделать – это забыть о произошедшем, – подвёл итог Руслан, когда они уже вышли от Сысоева и стояли на улице, жмурясь от яркого закатного солнышка.
– Да, в самом деле, – согласилась Олеся, – ведь сами мы не пострадали. Нас не ограбили, не убили, не … – она запнулась. – Короче говоря, нас-то пронесло! Так что же голову ломать? Скажем: Слава Богу! И забудем всё это! Если менты этих тварей не нашли, не нам же их искать…
Настя рассеянно кивнула рыжей головой:
– Да! Я согласна – забудем! Забудем и больше никогда не станем это вспоминать!
***
Но забыть не получилось, потому что ночью вновь пришли кошмары…
И следующей ночью тоже… А потом снова, снова и снова!
Настя почти перестала спать. Едва она закрывала глаза, как на неё обрушивался поток таких жутких, леденящих кровь видений, что она вскакивала среди ночи с диким криком, в холодном поту, и сидела потом до самого утра, не выключая ночника. Каждая ночь превращалась в испытание, в борьбу с самой собой, в схватку с ночными демонами и марами.