Страница 165 из 224
Наир остался верен любимым оттенкам: светло-зелёная рубаха с воротничком стойкой, светлые брюки и мягкие сапоги из бежевой замши. Он был как яркий летний день средь сумрака и блеска этого торжественного вечера, и сияние души озаряло его ореолом нечеловеческой красоты.
Атаман лэрианорской вольницы тоже привёл себя в вид, соответствующий поводу, несмотря на то, что горделиво заявлял Деандру, дескать, не намерен скрывать свою сущность и разыгрывать комедию перед гостями Лиэлид. На нем была сорочка из плотного тёмно-вишнёвого материала, напомнившего Романовой бархат, но более нежного, гладкого, переливавшегося в отблесках огней, как атласная шкурка пантеры. Горловина небрежно стянута шнуровкой, откладной остроугольный воротник, широкие манжеты. Сапоги и брюки тёмные, почти чёрные. На поясе два небольших золочёных кинжала. Очевидно, носить боевые мечи на балу воспрещалось, но Настя помнила непреложное правило разбойника – никогда не оставаться без защиты. Она понимала: то, что выглядело как безделица, украшение, антураж – в ловких руках Ворона могло запросто превратиться в смертоносное оружие.
В его облике было что-то от пирата… Выглядел он несколько мрачновато, таинственно и невероятно обольстительно!
Заприметив Настю, мужчины переменились в лице, причём оба. Так и замерли с открытыми ртами, не сводя с неё восторженных глаз. Настя не была кокеткой и красавицей себя не считала, но, откровенно говоря, ей очень понравилось произведённое впечатление – приятно, когда мужчины теряют дар речи при одном твоём появлении.
Она подошла ближе, присела в изящном реверансе, улыбнулась очаровательно, как будто с детства только и делала, что обучалась светским манерам, посещала балы и кланялась вельможам.
Парни с несколько растерянным видом поклонились ей в ответ, продолжая таращиться на свою вчерашнюю попутчицу, как на невероятное чудо. Молчание затянулось. И Настя решила сама рассеять зачарованную пелену тишины.
– И так, благородные милорды, не соблаговолите ли сопровождать даму на нынешнем торжестве по поводу праздника Девятизвездья?
– О, да! – вдохновенно воскликнул Наир.
Он, наконец, сбросил оцепенение. Галантно предложил девушке руку, но так и остался на месте, ещё раз оглядывая Романову с ног до головы.
– Дэини, ты просто ослепительна! Я не могу слов отыскать, чтобы выразить своё восхищение! Знаешь, что я вспомнил сейчас. Тогда, при нашем первом разговоре, я назвал тебя «дитя солнца». Я ведь всегда мечтал отыскать кого-нибудь из рыжего рода бессмертных! Но мне твердили без конца, что я строю воздушные замки, ведь все лэдэины погибли, исчезли без следа, лишь память Свободного Народа хранит легенды о них. Но теперь я вижу, что надеялся не зря! Я смотрю на тебя и вижу: ты – «дочь солнца», ты сияешь как его золотые лучи, и красота твоя превыше красоты бессмертных дев Лэрианора! И честь для меня знать тебя и называть себя твоим другом, о, прекрасная Королева Солнца, златокудрая лэдэини!
– Благодарю за столь изысканный комплимент, Наир! Дружба с тобой для меня честь не меньшая! А ты что молчишь, Эл? – добавила с лёгкой насмешкой Настя. Для себя она решила, что лучший способ избежать неловкостей, это обращать игривые намёки разбойника в безобидные шутки. – Где же твоё знаменитое красноречие?
Эливерт ответил на её иронию нагловатой ухмылкой.
– Боюсь, если честно скажу, что пришло мне на ум, миледи Дэини, схлопочу от Вас по своей бесстыжей физиономии! Посему предпочитаю молчать!
– Что Вы, милорд Элиол, разве я посмею дать оплеуху моему другу?! Ведь мы с Вами друзья, не так ли?
– Ну, если по-дружески… Я бы сказал… Слишком вызывающе! – серьёзно сказал атаман.
– Вызывающе?! – обиженно нахмурилась Настя.
– Да, чересчур смело! – кисло подтвердил Эливерт. – Вы, миледи Дэини, всерьёз рискуете превзойти хозяйку дома. А это непростительная дерзость! Выглядеть ослепительнее Королевы Бала, оказаться прекраснее самой миледи Лиэлид, владетельной госпожи Жемчужных Садов, такое в высшем обществе не прощается! Миледи Дэини, у Вас есть все основания опасаться, что все мужчины на сегодняшнем празднике падут к Вашим прекрасным ножкам, а все дамы возненавидят Вас лютой ненавистью! – С озорной улыбкой разбойник закончил свою речь такими словами: – Я не так изыскан в речах, как наш друг Ушастик, скажу проще… Я сражён! Рыжая, ты выглядишь по-королевски!
Эл отвесил поклон и деликатно взял девушку под свободный локоток.
Итак, в сопровождении двух привлекательных кавалеров, с трепещущим от волнения сердцем, Анастасия Романова вошла на свой первый бал.
Глазам её предстал огромный праздничный зал, сверкающий огнями свечей, блеском золотых украшений, ярких платьев, серебряной посуды. И на миг Настя зажмурилась от этого блеска, пестроты, ароматов цветов, запахов пиршества, людского гомона, сладкозвучных импровизаций музыкантов и сотни чужих заинтересованных взглядов. Но рядом, с непоколебимым видом верных стражей, шествовали её друзья, Настя чувствовала, как бережно её поддерживают их сильные руки.