Страница 106 из 170
Что теперь делать? Как выбираться?.. Поможет ли мне Эрвин?.. Хотя, в последнем я и так не был уверен. Чёрт, чёрт, чёрт!.. Долбаный Юнгер, долбаная политика и долбаный я! Старый полудурок, который...
Так.
Стоп.
Собраться.
Собраться, перестать ныть и думать, что можно с этим сделать.
Гнобить себя в любом случае плохая идея, не хватало только словить приступ апатии. Тогда точно конец. Как знать, может, не всё ещё потеряно?
Я быстро пробежался по доступным спектрам, но так ничего и не рассмотрел. И тепловизор, и ночное видение показывали одно и то же - небольшое светлое пятно в левом глазу. Зато я видел виртуальные значки и пиктограммы, за которые отвечал процессор в моих мозгах.
Значит, проблема в соединении. Нет контакта там, где он должен быть, либо есть там, где не должно.
«А что если?..»
Я максимально наклонился - настолько, что подбородок упёрся в грудь, - и изо всех сил шарахнулся затылком о корпус.
- Эй! - воскликнул неизвестный голос. Я усмехнулся, представив, как боевик стоит рядом со мной с занесённым кулаком, размышляя, стоит ли бить человека, который бьёт сам себя.
Бабах!
Больно не было, но мозги тряслись, как солёные помидоры в полупустой банке. Пятно света пульсировало, то становясь ярче, то едва ли(?) не угасая совсем.
Бабах!
- Прекрати!
Бабах!
Изображение вспыхнуло и вновь погасло.
«Ещё немного!»
Бабах!
«Аллилуйя!»
Напротив меня действительно стоял боевик с занесённым кулаком и перекошенной рожей. За его спиной на откидной скамье настороженно переглядывались ещё трое.
- Я тебя вижу, - сказал я и плотоядно ухмыльнулся. В десантном отсеке было светло: через овальные иллюминаторы жарило беспощадное африканское солнце.
Красный песок на полу, разводы на серых стенах, озадаченный Эрвин, тупые лица боевиков - меня радовало абсолютно всё. Хотелось запеть и обнять весь этот чёртов мир.
Негр сел обратно и пристегнулся, не спуская с меня настороженного взгляда, а я наткнулся на удивлённые глаза напарника и широко улыбнулся:
- Я прозрел!
Тот нахмурился и повернулся ко мне ухом:
- Что?! Не слышу!
Посадка получилась жёсткой, как будто пилот просто ахнулся о землю, не заморачиваясь такими мелочами, как снижение скорости и выравнивание машины.
Открылась дверь в борту, боевики поднялись, отстегнули с поясов длинные чёрные дубинки и окружили нас.
- Или по-хорошему, - произнёс один из негров, - или по-плохому, - его дубинка затрещала, по навершию пробежали белые искры.
Он очень странно говорил, словно с трудом выдавливая слова.
Эрвин хихикнул:
- Это похоже на сцену из порно, где большие чёрные А-А-А! - завопил он, когда дубинка ткнулась ему под рёбра. - Я понял! Я понял!.. Кстати, там ими тоже тыкаА-А-А! Всё-всё! Я больше не буду!
Нас вытолкали наружу, где уже ждали, взяв в кольцо вертолёт, вооружённые тощие чёрные оборванцы. Я был бы рад увидеть еле живые «калашниковы», но пушки у этих ребят были поразительно новыми и ухоженными. Такие и впрямь могли нас продырявить, а это значило, что побег откладывался как минимум до той поры, пока охрана не ослабит бдительность.
Жаль.
Я огляделся. Интересное место - мне почему-то казалось, что мы сядем где-нибудь в городе, но вокруг простиралась, насколько хватало глаз, красно-бурая, словно марсианская, земля, поросшая колючей травой, невысокие каменистые холмы и жёлтый выгоревший на солнце буш.
Корпа не видно даже на горизонте - далеко же нас завезли. Вертолёт сел посреди какого-то индустриального заброса: то ли карьера, то ли шахты, - неясно.
Несколько обвалившихся строений, в тени которых ржавел оранжевый бульдозер. Рядом с посадочной площадкой возвышалась целая гора щебня, возле которой притулилась старенькая тойота-пикап с установленным на треноге в кузове пулемётом. Поодаль - здоровенный ангар из стальных листов, к которому нас и повели по плотно утоптанной рыжей земле.
Периодически боевики подбадривали нас тычками в спину и электрическими разрядами, кричали на разных языках, но в этом не было совершенно никакой нужды: мы с Эрвином и так шагали быстро и не оказывали сопротивления. Скорее всего, негры сами нас боялись, и это, в свою очередь, внушало опасения мне: не дай бог у кого-нибудь палец на спуске дрогнет и всё — прощайте, капитан ван дер Янг.
Эрвин же был на удивление беспечен. Поначалу я напрягался, опасаясь, что он опять потеряет контроль и наделает глупостей, но нет - даже шокеры не могли вывести его из себя. Сукин сын выглядел так, будто вышел поутру из своего дома в халате и с чашкой кофе в руках, чтобы дойти до почтового ящика за свежей газетой.